Летний снег

DtPrince

— Но в таком случае товарищ Хаку, не знающий определённого навыка, умирает, и на его место встаёт товарищ Хаку, который им обладает. Так?

— Не так, — возразил я раздражённо. — Не каждое изменение есть смерть.

— Где же граница, которая определяет, какое изменение смертельно, а какое нет? — продолжал спрашивать Усагин. — В чём их различие?

— Те, что влияют на непрерывность сознания, смертельны.

— Но привычки и прочий личный опыт не влияют на непрерывность, разве нет? Товарищ Хаку, внезапно пристрастившийся к морковке в

результате поглощения чужого опыта, не упадёт бессознательно на землю, чтобы проснуться другим человеком. Он лишь изменится. Просто быстрее, чем если бы его вкусы изменились более естественным путём.

— К чему эти философские дебаты? — с вырвавшейся злостью спросил я, потеряв терпение.

— Желание помочь, — спокойно пожал плечами заяц. — Простите старика, что, возможно, лезет не в своё дело, но чем лучше вы понимаете себя, свои страхи и стремления, тем легче вам будет жить. Страх смерти вполне естественен для любой достаточно развитой жизни, но в вашем случае в него замешались чужеродные страхи и переживания, мешающие вам здраво рассуждать.

Я сделал несколько медленных вдохов и выдохов, насильно успокаиваясь.

— Я буду премного благодарен, если вы оставите сеансы когнитивной психотерапии на время, когда мы не заняты миссиями, — сказал я холодно.

— «Психотерапия», ммм, — повторил Усагин, словно смакуя слово. — Что-то из вашего прошлого, да? Я, кажется, угадываю смысл по контексту. Что же, хорошо, что мы на одной волне! Как только вы освободитесь, позовите меня, и мы сможем начать.

Да ни за что, подумалось мне. Воспользовавшись паузой в разговоре, я начал игнорировать присутствие зайца, с головой окунувшись в расшифровку печати.

Время шло. Команда учёных успела разойтись по своим комнатам, позавтракать чем-то аппетитно пахнувшим, сбивая меня с мыслей, вновь собраться вместе, о чём-то договориться и отправить группу людей на перенос ящиков с техникой к их секретной базе.

В итоге я закончил лишь, когда те успели отойти на приличное расстояние. Вытер пот со лба. Теперь наши змейки печатей будут знать, как подчинять себе подобные скрипты. К сожалению, решение было временным. Неуклюжим. С каждым днём шанс обнаружения будет повышаться благодаря копившимся мелким недочётам. Для полноценного результата мне требовалось время, которого мне катастрофически не хватало, и тесты, которые меня с высокой вероятностью бы выдали.

Чертыхнувшись, я поспешил за уходившей группой.

Единственными, кто меня утешал, являлись змейки фуин, которые после моей кропотливой редактуры справлялись с различными сигнальными печатями у нас на пути на раз-два. Для препятствий такого уровня их хватало с головой.

Группа, за которой я шёл, плелась с черепашьей скоростью. Они явно не доверяли никому, поэтому я слегка удивился, что подобный груз вызывал у них сложности, ведь, казалось бы, за столько лет можно было бы уже и привыкнуть. Вероятно, на самом деле подобная ситуация для них внове, и раньше такой работой

занимался кто-то другой, вроде наёмных грузчиков, но с повышенной секретностью тех пришлось отстранить от работы.

Когда мы дошли до жерла вулкана, смотреть на изливающихся потом ботаников стало совсем невыносимо, и я решил помочь грубой физической силой, после чего дело пошло чуть побыстрее. Иссушающий жар лавы неподалёку не придавал мне хорошего настроения, как и то, что я изо всех сил старался не чихнуть из-за раздражающего нос запаха, пока мы аккуратно шли по хрупко выглядящим и периодически с жутким звуком скрипящим под нашим весом деревянным доскам.

Но вот, наконец, мы добрались до их лаборатории. Тут же я выловил взглядом свою цель.

Красноволосая девушка в летнем кимоно, завязанного оби, в довольно короткой юбке и лентой в волосах. Если это не Узумаки, то я съем Кубикирибочо.

Однако приглядевшись, я с досадой цокнул языком. Молодая. Очень, я бы не дал ей больше двадцати, и то с натяжкой. Значительно моложе разрушения Деревни, Скрытой в Водовороте. Шансы, что её посвятили в клановые секреты, мизерные.

Но я обязан проверить сам. Ведь альтернатива была куда сложней и вела меня прямо в Ивагакуре, благодаря одному секрету, подцепленному из воспоминаний Хозуки.

Усагин топнул мне по плечу, привлекая внимание. Повернувшись в указанную им сторону, я кивнул.

Чакро-звери в гигантских кандалах. Огромные химеры и жуки переростки. В целом, большинство из них, как я заметил, являлись насекомыми. Все сидели мирно, будто чего-то ждали, и вели себя очень тихо. Присмотревшись, я понял, что цепи на них были расписаны своими собственными печатями.

Ближе к противоположной стене просторного зала находилось пирамидальное возвышение со встроенной лестницей сбоку. От меня не укрылось, как люди держали от него определённую дистанцию, стараясь не подходить слишком близко.

— Главный их проект, не иначе, — озвучил мои собственные мысли Усагин.

— Хонока, — поприветствовал мужчина с плешью девушку, заставив меня повернуться в их сторону. Хонока стояла на помосте, испещрённом линиями символов, и оглядывала нашу группу, задумчиво нахмурившись. — …Что-то не так, моя девочка?

— Курохаге-сан. Вы сказали мне, что вас будет пятнадцать человек… Но я засекла шестнадцать, — заявила она.

Должен признать, сердце у меня в тот момент ёкнуло.

Стойте. Только шестнадцать?

— Возможно, какая-то ошибка? Наша миссия завершилась без проблем. Хонока, ты ведь не перерабатываешь сверхурочно? — обеспокоено спросил мужчина, в ответ на что девушка присела на колено, и провела ладонью по одной из линий символов, заставив ту засветиться.

— Хм. Хмм… И вправду… Пятнадцать. Но как?.. — пробормотала она едва слышно.

Я выдохнул, окончательно успокоившись. Всё-таки змейки сработали успешно.

— Она нас заметила? — спросил холодным голосом заяц, напрягшись всем телом. — Моё гендзюцу сработало, как положено.