Лететь выше всех

Гринвуд Керри

– Чем занимались дети, когда вы вчера повстречали их, Берт?

– Пытались запеленать кота одной старушенции, как мумию, – хмыкнул тот. – Они уже и тряпки приготовили, да кот не давался.

– Джим, расскажи нам, во что вы здесь играли, когда господин Макнотон застал вас?

– В пирамиды, – прошептал Джим. – Мы сняли шину, и Микки как раз взобрался на дерево. Мы складывали камни так же, как показано на картинке. У нас здорово получалось. У нас было по четыре камня с каждой стороны квадрата, и мы уже почти закончили, когда…

–

Вот именно. Почему на покойном были уличные туфли? Он увидел с дороги, что стая уличных ребятишек топчет его священную землю. А он ведь строго-настрого запретил дочери пускать детей в сад. И как же он поступил? Прямиком направился сюда и заорал своим ужасным голосом, чтобы они немедленно убирались вон. Микки сидел на дереве, держа веревку, к которой был привязан камень для верхушки пирамиды. Покойный остановился прямо под тем местом, где сидел мальчик, и тот так испугался, что выпустил камень. А потом соскочил с дерева и бросился наутек. Верно?

Джим кивнул. Микки начал всхлипывать. Берт, предвидевший это, поспешил сунуть в раскрытый рот засахаренное яблоко.

– Вы мгновенно умчались. Так, Джимми?

Мальчуган усмехнулся, вспомнив, как ловко перемахнул через забор и как припустил по полю, чтобы укрыться в кустах.

– Как видите, камень был брошен с силой, превосходящей человеческую. Господина Макнотона убила сила гравитации. Булыжник весил примерно десять килограммов и падал с метровой высоты. Этого достаточно, чтобы раскроить любой череп. Таким образом, господина Макнотона сгубила собственная жадность.

– А кто же повесил назад колесо?

– Ах, это! Мисс Амелия была в доме, ей передали, что брат выкрикивал угрозы в адрес отца, а потом направился в сторону лужайки. Она бросилась за ним. И тогда обнаружила своего отца, лежащим на траве. Мертвого. Она решила, что ее брат убил отца. Амелия не придала значения груде камней, а просто перекинула их через забор, а заодно и «сокровища гробницы». Потом отвязала веревку и отправила туда же. На ней были домашние тапочки. Так что следов на траве не осталось. Затем она взяла новую веревку и повесила шину назад. Амелия собиралась объявить о том, что нашла тело, на следующий день, но спаниель Дани сорвал ее план. Пес нашел труп, и его было не провести. Так что о гибели господина Макнотона стало известно раньше, чем предполагала Амелия. Верно я все рассказала?

Паоло восхищенно прижал к себе девушку.

– Ну почему ты мне ничего не рассказала, дурочка? Я бы тебе помог. Тебе нельзя носить камни, ты испортишь руки.

Билл, переполненный эмоциями, воскликнул:

– Амелия, это правда?

– Да. Билл.

– Ну ты молоток, старушка! – пробормотал он.

Амелия улыбнулась. Госпожа Макнотон, которая соображала не так быстро, в конце концов поняла, что произошло.

– Значит, это был несчастный случай?

– Да, мама.

– И Билл его не убивал?

– Нет, мама.

– На самом деле его никто не убивал.

– Совершенно верно,

госпожа Макнотон, – подтвердил детектив-инспектор Бентон. – Как не прискорбно это признать.

– Да. И еще у меня есть свидетельница, готовая подтвердить, что видела, как Билл прогуливался. Это можно также проверить по книге регистрации жалоб полицейского участка в Кью. Справьтесь у них. Вот она – мисс Уилсон.

Маргарет Уилсон была сильной, загорелой, прямолинейной молодой девушкой, ни разу в жизни не солгавшей.

– Я повстречала Билла на тропинке в четыре часа, – сказала она. – Мы и прежде встречались, но, видимо, я не произвела на него впечатления, а жаль.

Билл попытался было возразить.

– Нет, Маргарет, это не так. Просто у меня голова другим занята. И я был в дурном настроении. Не думайте так… – Он покраснел и умолк.

Мисс Уилсон взяла его за руку.

– Что ж, это и есть конец игры? – спросил Паоло.

– Пусть детектив-инспектор ответит, – сказала Фрина.

– Конец или нет? – Паоло еще крепче обнял свою невесту. – Не собираетесь же вы арестовывать девушку за заботу о брате? Это был бы скверный поступок. А так он умер сам собой. Не взъярись господин Макнотон на этих детишек, был бы и сегодня жив-здоров, хотя это не слишком приятная перспектива.

– Против мисс Макнотон не будет выдвинуто никакого обвинения, – мрачно произнес детективинспектор.

– Тогда я хочу объявить, что мисс Макнотон согласилась стать моей женой, и я надеюсь видеть всех у нас на свадьбе, включая вас, бродяги. Но только сперва умойтесь хорошенько. Поскольку моя жена ничего не получит по наследству от своего отца, никто не сможет заподозрить нас в корысти.

– Напрасно вы так думаете, – возразила Джиллиан. – Завещание недействительно, поскольку противоречит закону. Мисс Амелия получит свою долю наследства без всяких условий, и госпожа Макнотон также. Я знаю нотариуса, который составлял завещание. Он предупреждал старика, что условия могут быть опротестованы, но тот лишь твердил: «Они никогда не осмелятся». Малосимпатичный был господин. Так что, если я захочу оклеветать вас, Паоло, я вполне смогу это сделать.

– В сложившихся обстоятельствах я ничего не имею против, синьорина адвокатша. А не пригласить ли нам на свадьбу и этого зануду-полицейского, дорогая?

– Конечно, – кивнула Амелия. – Я бы хотела нарисовать его портрет.

И все, довольные, пошли обедать.

– Хотите еще коктейль? – предложила детективу-инспектору Фрина. – Все теории таковы. Скажите спасибо, что я не рассказала о вас моему приятелю-газетчику.

Полицейский побледнел и отхлебнул изрядный глоток коктейля.

Ребятишки устроились в буфетной поближе ко всяким лакомствам. Люси вытащила изо рта Микки яблоко и угощала его пирожным со сливками, а сама маленькими кусочками отгрызала шоколадку. Джим и Элли были по уши в разноцветном желе. Джейни перепачкала мордашку и передник малиновым соусом.