Летающие острова
Шрифт:
Делия устало улыбнулась, больше из вежливости. Все же она отлично держалась – время такое, эпоха жеманных, хрупких, бледненьких принцесс на горошине если и наступит, то очень не скоро. Да и наследственность неплохая. Говорят, Конгер сажал ее на коня раньше, чем научилась ходить.
– Что мы будем делать? – спросила Делия.
– Мы будем делать сущие пустяки, – сказал Сварог. – Сейчас мы вас спрячем. Вернее, все спрячемся. А потом постараемся сделать все, чтобы репутация Таверо не пострадала. Всей Странной Компанией свалимся в гости к одной милой старушке, переждем немного и отправимся к харланской границе, нынешний герцог обязан мне
– А потом?
– Не стоит загадывать. Пока что наш сияющий идеал и светлая мечта – харланская граница…
– Я могла бы обратиться к гланской гвардии. Они не могли не почувствовать неладного. Они-то поверят…
– Вполне возможно, – сказал Сварог. – Но, насколько я знаю вашего батюшку, он, будучи уверенным, что настоящая принцесса пребывает во дворце, станет решительным, недоверчивым и несговорчивым. Выйдет большая кровь и сумятица, мы ничего не добьемся, кроме риска для вас получить случайную стрелу. Или пулю. Или – не случайную… А время все равно работает на нас. Эта тварь во дворце долго не протянет. Надеюсь, ее конец будет достаточно зрелищным, чтобы у свидетелей возникли кое-какие вопросы…
…Он не обратил сначала внимания на дым – в Равене частенько где-нибудь горело. Но чем ближе карета подъезжала к Королевской, тем сильнее несло гарью. Сварог высунулся из окна, глядя вперед. Сердце неприятно колыхнулось в груди.
Пожарные как раз отъезжали. Гнедые упряжки четверкой уносили вскачь огромные бочки на колесах, сверкающий начищенными медными частями замысловатый насос и две длинные повозки, набитые отчаянными усачами в красных кафтанах. Над головами у них торчали длинные багры. Судя по чистой одежде, им не пришлось лезть в пожарище.
Зевак оказалось не особенно много, и гуртовались они на почтительном расстоянии. Забор и калитка почти не обгорели, но во дворе что-то еще чадило, лениво догорало, жидкие струйки дыма колыхались на слабом ветерке.
Во дворе, к удивлению Сварога, шумно гоготали неведомо как уцелевшие гуси.
У калитки растерянно топтались шпики, бдевшие в доме напротив, – бдевшие, как оказалось, из рук вон плохо…
Сварог втянул голову внутрь кареты. Встретил взгляд Паколета и медленно кивнул.
– Бабка! – Паколет рванулся наружу, но Сварог поймал его за руку, стиснул:
– Сиди! Может, обошлось…
Распахнул дверцу и выскочил. Завидев его, гинкеровские шпики оживились. Старший, Мушеро, благообразный седой прохвост, выступил вперед, одергивая кафтан, словно военный мундир. Похоже, он радовался, что прибыл наконец кто-то, имеющий отношение к начальству, и можно свалить все с плеч:
– Несчастье, ваша милость…
– Вижу, что не карнавал с плясками, – сказал Сварог. – Что случилось? Вы куда смотрели, свинячьи выкидыши?
– Ваша милость, полыхнуло сразу, как только эта стерва вошла в калитку, и полминуты не прошло…
Рапорт его был профессионально четким и подробным без многословия, но рассказывал Мушеро ни с чем не сообразные, вовсе уж фантастические байки.
По его словам, все началось с того, что в калитку без стука прошмыгнула женщина, одетая небогатой горожанкой, – и через несколько секунд полыхнуло, домик загорелся, как пучок сухой соломы, причем не было взрыва.
Он, Мушеро, не вчера родился и знает, что существуют разнообразные горючие смеси, применяемые в военном деле, но у загадочной гостьи не было ни в руках, ни под платьем никакого сосуда, они бы заметили. Да и бабка ничего
С приездом пожарных обнаружились новые странности. Домик сгорел дотла, но примыкающие к нему загородки с гусями и сараюшки остались целы.
На пожарище обнаружили два обгоревших трупа и моментально опознали: бабку по фарфоровым расписным бусам, а неотлучно пребывавшего при ней сыщика – по золотому зубу и казенному оружию. Зато странная женщина исчезла бесследно. На улицу она не выскакивала. С двух сторон к бабкиному двору примыкали высоченные заборы соседей – и шпики непременно заметили бы человека, взбиравшегося на забор. С четвертой же стороны… Сварог все прекрасно видел и сам. С четвертой стороны к бабкиным невеликим владениям прилегал высокий отвесный холм, звавшийся Тель-Варрон, Варронский холм. В незапамятные времена с королевского замка на вершине этого холма и пошла столица – серо-коричневые развалины и сейчас еще виднелись там, почти сглаженные временем. Ни одна женщина – да и любой обыкновенный человек, будь то молодой, полный сил скалолаз, – не смогла бы в мгновение ока вскарабкаться на высоченный откос, по которому за все время существования замка так и не смогли подняться неплохо вооруженные осадной техникой враги. Мушеро определенно считал, что это была не женщина, а создание из тех, кого не следует поминать к ночи… И еще. Все произошло молниеносно.
Кинжал сгоревшего полицейского пребывал в ножнах, пистолет – сзади, за поясом. Ни он, ни бабка даже не пытались спастись – трупы лежали посередине комнаты. Мушеро развел руками с видом совершенно безрадостным и исполненным искреннего, нешуточного изумления, до сих пор не прошедшего.
Двое его людей, не таясь, сложили пальцы в фигуры, отгонявшие, согласно поверью, злых духов. Дальнейшие расспросы бесполезны – к чему теперь мелкие детали происшедшего?
– Что теперь передать барону? – озабоченно спросил Мушеро.
– Все так и передайте… – сказал Сварог.
Медленно вернулся к карете, хлопнул дверцей. Переодетый кучером отец Калеб, не дожидаясь распоряжений, хлестнул лошадей. Сварог поднял голову, встретился взглядом с Паколетом.
– А ведь чувствовала… – мертвым голосом сказал тот и умолк.
Сварог понурил голову, уставился на квадратные, по моде, носки своих сапог, но все равно знал, что все смотрят на него. Нельзя было сидеть вот так, молча, словно надгробное изваяние на собственной могиле, – он был командиром, и следовало заботиться о боевом духе своего невеликого воинства.
– Ничего… – сказал он, радостно отметив, что его голос звучит не столь уж беспомощно. – Вы, принцесса, не один день просидели под носом у тех, кто вас яростно искал. Что вам стоит провести несколько часов в одном доме с начальником снольдерской разведки, который вас тоже ищет? Дело почти что привычное…
– Великие небеса, мне все равно, – устало отозвалась Делия, попытавшись, впрочем, улыбнуться.
– «Жена боцмана»? – моментально догадался Леверлин.
– Ну да, – сказал Сварог. – По моим подсчетам, уже сегодня возможны выражения бурного негодования тех, кому никак не удается справиться с «пятнашкой». Если же добрые жители столицы окажутся терпеливыми, дворяне Маргилены немного помогут, они уже действуют по всему городу. Будет переполох, и всем станет не до нас. А пока я приму небольшие меры предосторожности, так что не пугайтесь происходящего с вашими соседями, потому что с вами будет происходить то же самое. Это к каждому относится.