Летающие глаза
Шрифт:
– Только не это.
– Линк почувствовал как волна жалости поднимается в нем. Он любил Беннета.
– Я хочу, чтобы ты избавился от этого Глаза. Я не хочу иметь его здесь, готового схватить любого моего человека. Мы нуждаемся в людях. И пока эта штуковина здесь, реактор находится в опасности. Ты должен был бы хорошо подумать.
– Держитесь. Я постараюсь прогнать его до вечера. Что я могу сделать такого, что вы не испробовали?
– Для этого я и вызвал тебя, чтобы обсудить этот вопрос. Ты создал этот беспорядок,
Иверсон говорил с ним так, как не имел права говорить. Линк почувствовал, что в нем поднимается желание начать войну с этим старым человеком. Его вызвали, его обзывают дураком направо и налево, и он злился на себя, что до сих пор терпит это.
– Вы поднимаете слишком много шума, - сказал он.
– Шум, паника и полусырые планы - вот все, на что теперь способна эта лаборатория. Вы забыли, что следует сначала задать себе вопросы, а затем постараться разрешить их.
– Какие вопросы?
– Ну, например... Почему Глаз находится здесь? Когда вы прогоняете его, почему он возвращается? Чего он добивается? Ведь я освободил его. Если бы ему нужна была свобода, он бы воспользовался ею. Но он не захотел.
– Я вижу, - парировал удар Иверсон.
– Хорошо. Но возникает еще ряд вопросов. Почему он позволил первоначально поймать себя? Этот вопрос я пропустил. Я должен был задать его сразу же после того, как я вернулся из дыры, сразу же, как только я узнал, что собой представляют эти Глаза. Эта штука могла изменить свои размеры и телепортироваться из клетки в любой момент. У него не было проблем с тем, чтобы вырваться из заключения. Так почему же он находился здесь?
– И у тебя теперь есть ответ на этот вопрос?
– Иверсон оживился.
– Это ответ на все вопросы сразу. Он не улетал из клетки, потому что ему что-то было нужно. Психическая сила, стоящая за ним, разум, воплощенный в жирном чудовище, который его послал, чего-то ждет от нас. Пока мы с Весом изучали его, он изучал нас.
Иверсон потер свой лоб, потрясенный убежденностью Линка и массой новых идей.
– Должен отметить, что это звучит интересно. Но что хорошего это может нам дать?
– Многое, если нам хватит мужества сделать следующий шаг. Пойти к нему и попробовать выяснить, что он хочет.
– Как?
– Старик был настроен скептично.
– Эта штука не умеет разговаривать. Он может только вновь привести тебя к дыре. Может быть это именно то, чего этот Глаз хочет. Личный реванш над человеком, который посадил его в клетку. Я представляю, что он намучился достаточно. И не говори мне, что этот Глаз пытается установить контакт. Ты это имел в виду? Контакт?
– Да, я предполагаю, что это так, - подтвердил Линк.
– Но почему тогда эти существа не предпринимали никаких действий в этом направлении раньше? И почему только этот Глаз пытается войти в контакт? И почему он выбрал именно тебя? Даже твой известный всем эгоцентризм не может привести тебя к мысли,
– Я действительно так думаю, но не потому, что я эгоцентрист. Кто другой, кроме нас с Весом, пытался противостоять ему? Кто еще имел достаточно мужества, чтобы стать лицом к лицу с ним? Он наконец нашел двух мужчин, обладающих достаточным мужеством и здравым смыслом, которых он смог понять, и он захотел войти с нами в контакт. Он не захотел оставлять нас.
– Он оставил Веса!
– Значительно произнес Иверсон. Когда он увидел реакцию Линка на свои слова, он сел.
– Извини меня, Линк, за эти слова. Я не знаю, как они у меня вырвались. Я так обычно не поступаю, ты знаешь. Просто я сейчас слишком перегружен. Постоянные пререкания, постоянно меняющиеся планы, каждый из которых настолько противоречит другому, что я просто не могу сделать выбор.
– Я понимаю.
– Линк принял извинения.
– Но если бы вы выслушали меня опять.
– А если я снова поддержу тебя, к чему это нас приведет?
Линк пытался взять себя в руки, чтобы его слова попали в цель. Его идеи не приведут к легкому решению, но это было единственное, что он считал нужным делать.
– Позвольте мне пойти к нему и посмотреть, что при этом произойдет. Я не знаю, что я буду делать, или что будет делать Глаз, но я должен попробовать. Если я ошибаюсь, я не вернусь назад по всей видимости. Но если я прав, это будет важный и решающий момент во всей этой борьбе.
– Мне не хотелось бы испытывать судьбу именно с тобой. Только не ты.
– Спасибо. Но почему же вы не выказали мне этого доверия прошлой ночью, когда я просил дать мне отсрочку?
– Ты думаешь, что я предал тебя. Нет. Я просто выбрал путь, который казался мне лучше. Я должен был принять план Коллинза.
– Но вы всегда сможете вернуться к этому плану, если мой провалится. Но если я преуспею, кто знает, что будет тогда. Может быть не придется убивать те тысячи людей, которые находятся в дыре. Но времени мало.
– Он старался вывести Иверсона из состояния нерешительности.
– Каждый час, который проводят эти люди внизу, они получают все большую дозу облучения. Они постепенно умирают, пока мы здесь дискутируем.
Иверсон никак не мог принять решение. Его терзали сомнения. Линк это сделал за него.
– Оставайтесь здесь, внутри, - сказал он.
– Не подвергайте себя опасности.
И он выбежал за дверь.
Когда он вышел из здания, ему захотелось вернуться. Каждый нерв его тела кричал о том, что нужно остановиться, вернуться и перестать валять дурака. Это было сумасшествие. Это был сумасшедший план от начала до конца. Что он будет делать, когда подойдет к Глазу? Что будет делать Глаз? Он должен был бы продумать эти детали перед тем, как озадачивать Иверсона грандиозными вопросами.