Лесной царь

Гёте Иоганн Вольфганг

Тимур-наме

Книга Тимура

Перевод В. Левика

Мороз и Тимур

Так в необоримом гневеК нам пришел Мороз. ОвеялВсе и вся дыханьем льдистымИ бушующие распрейВетры на людей погнал.Повелел вершить насильеВихрю, колкому от стужи,Ворвался в совет ТимураИ ему промолвил грозно:«Усмирись, несчастный, стихни!Прочь, неправедный владыка!Долго ль будет жечь твой пламень,Опалять сердца людские?Или ты один из духов,Богом проклятых? Я также!Ты старик, и я, – и ЗемлюИ

людей мертвим мы оба.Да, ты – Марс, а я – Сатурн,В единенье – роковыеВредоносные планеты.Если ты – души убийца,Если леденишь ты воздух,Помни, мой покрепче холод!Ты ордой своей жестокойИстребляешь правоверных,Но придет мой день – найду я,Видит Бог! – похуже пытку.И тебя уж – Бог свидетель! —Не помилую. Бог слышит!Ты, старик, ни жаром угля,Никаким огнем декабрьскимХлада смерти не избудешь».

Зулейке

Чтоб игрою благовонийТвой порадовать досуг,Гибнут сотни роз в бутоне,Проходя горнило мук. За флакон благоуханий,Что, как твой мизинец, мал,Целый мир существованийБезымянной жертвой пал, — Сотни жизней, что дышалиПолнотою бытияИ, волнуясь, предвкушалиСладость песен соловья. Но не плачь, из их печалиМы веселье извлечем.Разве тысячи не палиПод Тимуровым мечом!

Зулейка-наме

Книга Зулейки

«Создает воров не случай…»

Перевод В. Левика

Хатэм

Создает воров не случай,Сам он вор, и вор – вдвойне:Он украл доныне жгучийСлед любви, что тлел во мне. Все, чем дни мои богаты,Отдал он тебе сполна.Возврати хоть часть утраты,Стал я нищ, и жизнь бедна. Но уже алмазом взглядаПриняла ты все мольбы,И, твоим объятьям радо,Сердце новой ждет судьбы.

Зулейка

Все мне дал ты нежным взором,Мне ли случай осуждать!Если вдруг он вышел вором,Эта кража – благодать. Но ведь сам, без всякой кражи,Стал ты мой, как я – твоя.Мне приятней было б даже,Если б вором вышла я. Дар твой щедр и смел обычай,Но и в выигрыше ты:Все ты взял – покой девичий,Жар душевной полноты. Полюбил – и стал богатым.Ты ли нищий? Не шути!Если ты со мною, Хатэм,Счастья выше не найти.

«Плыл мой челн – и в глубь Евфрата…»

Перевод В. Левика

Зулейка

Плыл мой челн – и в глубь ЕвфратаСоскользнуло с пальца вдругТо кольцо, что мне когда-тоПодарил мой нежный друг. Это снилось мне. БагряныйПронизал листву рассвет.Истолкуй мой сон туманныйТы, Провидец, ты, Поэт!

Хатэм

Так и быть, я истолкую.Помнишь, быль я рассказал,Как кольцо в лазурь морскуюДож Венеции бросал. А твое – тот сон чудесен! —Пусть Евфрат хранит на дне.Сколько тысяч дивных песенЭта быль навеет мне! Я ходил путем песчанымИз Дамаска в Индостан,Чтобы с новым караваномДобрести до новых стран. Ты

же дух мой обручилаС духом этих скал и струй,Чтоб не смерть нас разлучила,А последний поцелуй.

«Знаю, как мужчины смотрят…»

Перевод В. Левика

Знаю, как мужчины смотрят:Каждый говорит, что любит,Что сойдет с ума, страдает,Да и разное другое,Чем нас, девушек, прельщают.Это все мне безразлично,Это все меня не тронет,Но как только взглянет Хатэм,День становится светлей!Эту – говорит он взором —Не сравню ни с кем на свете.Вижу: лилии, фиалки,Всех садов краса и гордость,Поднялись украсить Землю,И украшенной – как чуду —Можно только изумляться.В ней восторг, благословенье,Исцеление, здоровье.Но увидевший ЗулейкуИсцеленьем сердца болен,Исцелен его недугомИ глядит на мир с улыбкой,Как вовек не улыбался.А Зулейка в нежном взореСлышит вечное: «ТакуюНе сравню ни с кем на свете».

«Но скажи, писал ты много…»

Перевод В. Левика

Зулейка

Но скажи, писал ты много,И козявок пел, и бога,Ясен почерк, точен слог,От строки до переплетаВсё – тончайшая работа,Чудо каждый твой листок!Ну и в каждом для кого-тоБыл любви твоей залог?

Хатэм

Да, от глаз, к любви манящих,Алых губ, зубов блестящих,От улыбки, как весна,Стрел-ресниц, кудрей, как змеи,Белой груди, гордой шеиСколько раз душа пьяна!Но и в каждой новой фееСнилась ты мне, ты одна.

«Любимая! Венчай меня тюрбаном…»

Перевод В. Левика

Любимая! Венчай меня тюрбаном!Пусть будет он твоей рукой мне дан.И шах Аббас, владеющий Ираном,Не знал венца прекрасней, чем тюрбан. Сам Александр, пройдя чужие страны,Обвил чело цветистой полосой,И всех, кто принял власть его, тюрбаныПрельщали царственной красой. Тюрбан владыки нашего коронойЗовут они. Но меркнет блеск имен.Алмаз и жемчуг тешат глаз прельщенный,Но наш муслин – их всех прекрасней он. Смотри, он чист, с серебряным узором.Укрась чело мне! О, блаженный миг!Что вся их мощь? Ты смотришь нежным взором,И я сильней, я выше всех владык.

«Раб, народ и угнетатель…»

Перевод В. Левика

Зулейка

Раб, народ и угнетательВечны в беге наших дней, —Счастлив мира обитательТолько личностью своей.Жизнь расходуй как сумеешь,Но иди своей тропой,Всем пожертвуй, что имеешь,Только будь самим собой.

Хатэм

Да, я слышал это мненье,Но иначе я скажу:Счастье, радость, утешенье —Все в Зулейке нахожу.Чуть она мне улыбнется,Мне себя дороже нет,Чуть, нахмурясь, отвернется —Потерял себя и след.Хатэм кончился б на этом.К счастью, он сообразил:Надо срочно стать поэтомИль другим, кто все ж ей мил. Не хочу быть только рабби,В остальном – на твой совет:Фирдоуси иль Мутанабби,А царем – и спору нет.