Лесь
Шрифт:
— Интересно, что мы ещё откроем, — зловеще сказала Барбара. — Давайте обследуем сперва электрическую проводку.
Не считая такой мелочи, как то, что розетка в кухне, предназначенная для включения машинки, действовала лишь тогда, когда на первом этаже включали свет, а включение света в комнатах производилось с помощью выключателя в подвале, электрическое оборудование было в порядке. На чердаке даже был громоотвод. Возможность регулирования струи воды с помощью крана в кухне всем показалась даже привлекательной и скомпенсировала немногочисленные непорядки.
В огороде была открыта дорожка, ведущая прямо вниз, к городку, сокращая расстояние почти впятеро. Сразу
— Два человека поедут на шоссе на мотороллере, а три полетят пешком просто вниз, — решил Януш. — Потом один человек оставит другого там, где нужно, и вернётся за третьим, потом за четвёртым и так далее. Каждый раз будет ближе, потому что те три человека все время будут летать.
— Когда будет грязь, то они будут летать достаточно быстро, — заметил Каролек. — Поедут скользя от самого верха. Может быть, и успеют перед появлением мотороллера.
— Но ведь сейчас нет грязи, и вообще, давайте не терять времени, — решительно произнесла Барбара. — Прежде всего нам нужна та карта! Я предлагаю, чтобы идти туда ещё сегодня…
Председатель местного Совета в городке был человеком большой амбиции. Не обращая внимания на величину его района, он решил по меньшей мере войти в историю. Услышав, что в ближайшем окружении должен возникнуть туристический комплекс по европейскому образцу, привлекающий валюту и иностранцев, он проникся нечеловеческой гордостью. Лицам, которые должны были участвовать в этом желанном ему мероприятии, он готов был достать луну. Луну, но не карту.
В его распоряжении был уникальный документ, подробно информирующий о богатствах подземного мира района, и он поэтому имел неясное впечатление, что историческую миссию возьмёт на себя кто-то другой, а он останется в стороне. С ним перестанут считаться. На всякий случай он решил не терять власть по крайней мере, над этим документом. Он решил также своей инициативой, размахом и организационным талантом, не считая личных достоинств, потрясти всех и поэтому это решение начинало потихоньку перерастать его возможности.
Уже в первый вечер, перед заходом солнца, весь персонал бюро в полном комплекте стоял у стен ратуши и обозревал площадь городка. По форме площадь напоминала амфитеатр. Председатель Народного Совета, охваченный с самого начала своей власти энтузиазмом, намеревался улучшить площадь, колеблясь между строительством фонтана, памятником и помещением для развлечений на свежем воздухе. Выбор был нелёгким, а последствия колебаний были оригинальными. Амфитеатральные склоны стали выравниваться, причём земляные работы казались в полном ходу, посредине же часть местности представляла собой земляную насыпь, а часть — большой бетонный круг, вызывая ассоциацию с гигантской лоханью, в которой можно было бы производить стирку. Отсутствие воды увеличивало возможности выдвижение различных предположений. Через несколько минут возникло убеждение, что решение Председателя Народного Совета является непреклонным. Святую карту, огромное, покрытое густой сетью линий и немецких надписей полотнище, он может лишь показать в своём кабинете, и то не часто и не всякому, может в конце концов позволить её обследовать и скопировать, но ничего больше. Никто не может ни в каком случае не только вынести её из здания, но даже дотронуться. Документ представляет собой уникум, и его повреждение или утеря были бы невосполнимой утратой.
Очень удивлённый персонал просил и объяснял. Напрасно объясняли ему, что карту надлежит завезти в светокопировальную мастерскую, а не светокопировальную мастерскую к карте. Напрасно просили представить трудности, вытекающие из
— Интересно, что может быть в середине? — спросил задумчиво Лесь, глядя на середину площади.
— Бассейн?.. — неуверенно сказал Каролек.
— Разве что для уток, — буркнул Януш. — Кто ещё здесь может плавать?
— Клумба с цветами, — неохотно сказала Барбара. — Пошевелите мозгами, что нам теперь делать?
— Ведь нам говорили, что карту достанем сразу и сделаем оттиски, — хмуро сказал Януш. — Не предвидели же, что председатель имеет обезьяний мозг. Черт побери, я не знаю, что нам делать.
— Убить его?.. — предложил неуверенно Лесь.
Ознакомленный с подробностями о положении Бьерн живо заинтересовался темой, и вот следующий боец рванулся в атаку. Проинструктированный соответствующим образом, он начал с секретарши.
— Красивая ваша край, — сказал он вдохновенно. — Красивая женщина вы есть.
Исходя из её возраста и признаков красоты, следовало признать искренность его заявления. Секретарша, однако, уже по горло была сыта визитом в Народный Совет красивой Барбары, и прибытие личности противоположного пола приветствовала с нескрываемым удовольствием. Бьерн же твёрдо придерживался своей политики.
— Я иду ваш босс, — продолжал он с неуменьшающейся приветливостью. — Я желаю говорить. Ты, красивая женщина, анонс.
Согласно с расчётами, он был принят незамедлительно. Председатель Народного Совета в первый раз в жизни увидел настоящего иностранца в роли заинтересованного лица и посчитал это счастливым знамением и началом славного будущего. Несмотря на мучившие его сомнения и хлопоты, он жаждал выслушать дело с нескрываемым любопытством.
Экзотический посетитель вошёл в его кабинет с невероятно грустным выражением в голубых глазах — Давай бумага! — сказал просительно он. — Та бумага, ты, дай!
Председатель Нарядного Совета почувствовал внезапную озабоченность. Он испуганно подумал, что бумага ведь уже закончилась, а нового поступления не предвиделось. Он не был уверен в том, что, узнав об этом, иностранец будет недоволен, а с его, председателя, стороны, это будет копрометацией страны. В то же время болезненная грусть, мелькнувшая в глазах и в словах просителя, его умоляющий тон свидетельствовали о том, что бумага просто необходима ему. Председатель Народного Совета почувствовал себя несколько обалдело. Он подумал беспокойно, что из-за незнания существующих на Западе обычаев что-то здесь не в порядке, затем забеспокоился о состоянии здоровья иноземца, который, может быть, употреблял бумагу в гастрономических целях. «Этот мне чёртов Юзефович со своими рыбами…» — быстро подумал он и согнулся под тяжестью собственной ответственности за все. Затем обалдел окончательно.
— Минуточку, сказал он в отчаянии. — Прошу немного подождать. Айн момент.
Он галопом помчался из кабинета, и через минуту после этого работники Совета разбежались во все стороны по городку.
— Если нет в магазине, то пусть кто-нибудь принесёт из дому! — в горячке посоветовал председатель.
Бьерн ждал, не выказывая нетерпения. Если бы на его месте находился Януш, Каролек или Барбара, то без сомнения, они попытались бы использовать положение и украсть карту, взламывая шкаф. Бьерну, однако, такая мысль просто не пришла в голову. Он ждал спокойно, а через четверть часа председатель с радостной улыбкой вручил ему три пачки туалетной бумаги.