Лепрозорий
Шрифт:
— Где паучья девочка и тигр? — повторила она.
— К гейзеру! Они ведут ее к гейзеру! — он все еще метался, силясь вырвать руки, но это дарило ему еще больше боли, сломанная ключица стала хлюпать кровью. — Это за лесом! Через кварталы кошек, дорога всего одна, не пропустишь.
Люция кивнула и рывком встала. Вернула нож на пояс, поправила крепления арбалета и съехавший по ноге колчан.
— Ее зовут Ева, и она не чудовище, — и ушла под свист и недовольные вопли толпы. Все, что они могли — орать ей вслед, что бой надо
#30. Эту чашу, молю, мимо меня пронеси
Всех бродяг, бедняков и больных знаешь Ты,
Всех беспомощных с горестью их знаешь Ты,
Если я позову Тебя, стоны услышишь,
А смолчу — и наречье немых знаешь Ты.
Кошка очнулась с чугунной головой, рывком села, едва не потеряв сознание, и машинально стала похлопывать по бокам и бедрам в поисках клинка. Подняла голову, чувствуя опасность, и увидела перед собой бледного перепуганного паренька-кота. Тот искоса поглядывал не на саму кошку, а на кого-то рядом. Химари повернулась, но возле нее сидел тигр и пристально глядел на юношу, клокоча.
— Не бойся. Раз он тебя еще не убил, то и не убьет, — прошептала она незнакомцу, с трудом поднимаясь. Она понимала, что этот парень как-то связан с тем, что ей плохо, и она с трудом двигается. К тому же звериная форма исчезла, а Химари ясно помнила, что под конец боя стала львицей.
— Это яд, вам еще долго будет плохо, — словно извиняясь, прошептал юноша, растягивая губы в извинениях.
— Чей яд? — Химари провела рукой по лбу, ощупывая кожу, затем коснулась шеи, куда попал дротик.
— Паучий, — юноша-кот даже зарделся от гордости. Еще бы, такие яды — большая редкость и стоят бешеных денег. — Сам добыл. Я в вас дротиком… ну, того, — он помог кошке устоять на полусогнутых слабых ногах, придержав за локоть.
Она усмехнулась, поглаживая опухшую рану на шее.
— Водки не найдется? — тяжело выдохнула, каждой клеточкой тела ощущая, как невыносимо страдает плоть.
— Только спирт, — недоуменно отозвался парень, опасливо косясь на тигра.
— Пойдет, давай сюда, — усмехнулась кошка, опираясь о ближайшее дерево.
Кот протянул Химари фляжку, и она залпом осушила ее. Закашлялась, прижав руки к горлу, едва не упала. Она чувствовала, как по телу разливается обжигающее тепло, как становится хуже и сразу же — лучше. Травы, способные поднять температуру еще выше и наверняка уничтожить яд, остались в таверне.
— Вам лу… — но договорить юноша не успел. Кошка молниеносно схватила его за горло и прижала к дереву.
— Ох, не стоит, — мурлыкнула она. — Ты всадил в мою шею дротик с ядом, помогая волкам.
— Я не знал! Честно, не знал! Я только когда подошел, понял, что вы — это вы, — просипел он, скребя руки Химари коротко остриженными ногтями.
— Что я — это я? — кошка принюхалась. Спирт хоть и перебивал запахи, но не настолько сильно. Юноша казался знакомым, но Химари не могла понять, почему. Она все еще крепко держала его за горло, пытаясь вспомнить лицо.
— Вы научили меня собирать яд, — хрипел он, стараясь хоть на миллиметр подвинуть кошкину руку с кадыка. — В войну. Которую проиграли, — ему явно не хватало воздуха.
Но кошка отпустила его и, наклонив голову, еще усерднее пыталась вспомнить. Наконец, вспышкой, до нее дошло.
— Ты Винс? — сухо пробурчала она, уже вовсю занятая поиском мечей.
— Да, — юноша-кот уперся руками в колени и пытался отдышаться. — Меня просто послали помочь волкам забрать какую-то очень важную девочку. Они хотят кого-то заманить в мертвый гейзер, — кашляя, закончил он.
— Там много волков? — кошка, упершись ногой в труп, тянула застрявший в ребрах меч на себя.
— Очень, — Винс поежился. — Наших тоже хватает, мы волков кормим и поим, пока он играют в карты по шатрам. К тому же наша задача оповестить их, как только кто-нибудь появится возле каньона.
Химари глубоко вздохнула, вытирая окровавленный меч о край кимоно.
— Они ловят маршала.
— Люциферу?! — Винс побелел от ужаса. — И вы с ней заодно? — кажется, это было сказано с ноткой презрения и обиды.
Кошка кивнула, вышагивая по волчьим трупам ко второму мечу.
— И сколько там кошек? Тех, что я знаю, и что знают меня, — уточнила она, одним махом вытащив второй клинок из волчьего живота.
— Из опытных бойцов будет котов пятьдесят, — неуверенно начал Винс.
— Ох, и что же, мне всех перебить придется?! — простонала Химари, подвязывая мечи. Только этого не хватало, против своих же, в лоб. Она не сможет, как Люция, убивать бывших товарищей, это слишком. Но разве есть выбор?
— Нет!
Химари обернулась на столь бойкий ответ. Винс стоял, не поднимая глаз, и крепко сжимал кулаки.
— Мы не скажем, что вы пришли, — он серьезно посмотрел на нее, нахмурив густые брови.
Кошка криво усмехнулась и пошла дальше, ей этого было мало. Все равно Люция придет и втянет ее в бой с котами, а ведь когда-то все было иначе.
— И не выдадим маршала! — крикнул он вдогонку, спохватившись. — Мы не будем драться с вами, не поможем волкам, — Винс потупил взгляд.
А Химари звонко рассмеялась.
— Глупый мальчишка! Как ты собрался уговорить слуг ослушаться своих господ? Эти кошки трусливы, как мыши! — взревела она, обернувшись к нему. Она вся дрожала от гнева и горькой обиды.