Леопард
Шрифт:
Харри знал, что Лейке прав. С описанием примет у свидетелей, как правило, бывало неважно, но при опознании они обычно не ошибались.
Харри подошел к картотечному шкафу, который они с Бьёрном задвинули в глубь комнаты, открыл нужные папки и вытащил фотографии. Дал пять снимков Лейке, тот принялся их изучать.
— Марит Ульсен, — сказал он и протянул Харри одну из фотографий. — А это, мне кажется, две девушки, сидевшие у очага, но наверняка не скажу. — Он отдал Харри фотографии Боргни и Шарлотты. — Это, возможно, тот парень — Элиас Скуг. — Но никого из них не было
— То есть вы не уверены, что узнаёте тех, с кем довольно долго сидели в одной комнате, но уверены, что узнали бы тех, кого видели всего лишь несколько секунд?
Лейке кивнул:
— Они спали.
— А что, спящего узнать легче?
— Нет, но они же на тебя не смотрят, правда? Так что ничто не мешает тебе их рассмотреть.
— М-м-м… За несколько секунд?
— Может, чуть подольше.
Харри убрал фотографии в папки.
— У вас есть какие-нибудь имена? — спросил Лейке.
— Имена?
— Да. Как я уже говорил, я встал первым, сделал себе пару бутербродов на кухне. Там же была и гостевая книга, а я туда еще не записался. И пока я доедал свои бутерброды, я открыл эту книгу и просмотрел имена тех, кто записался накануне вечером.
— Зачем?
— Зачем? — Тони пожал плечами. — В туристических хижинах часто встречаешь одних и тех же людей. Я посмотрел, может, есть кто из знакомых.
— Были?
— Нет. Но если бы вы назвали имена тех, кто, как вы знаете или полагаете, был там, то я, возможно, вспомню, видел ли я их в гостевой книге, — понимаете?
— Понимаю. Но, к сожалению, у нас нет никаких имен. И адресов тоже.
— Нет? Ну и ладно, — сказал Лейке и принялся расстегивать шерстяное пальто. — Тогда, боюсь, толку от меня немного. Кроме того, что теперь вы можете меня вычеркнуть.
— М-м-м, — сказал Харри. — Ну раз уж вы здесь, у меня найдется еще пара вопросов. Если у вас есть время.
— Я сам себе хозяин, — сказал Лейке. — Во всяком случае, пока.
— Прекрасно. Вы говорите, что у вас в прошлом были проблемы. Не могли бы вы коротко сказать, в чем они заключались?
— Я попытался убить одного типа, — прямо ответил Лейке.
— Понятно, — сказал Харри и откинулся на спинку кресла. — За что?
— Потому что он на меня напал. Он утверждал, что я увел у него девушку. По правде говоря, она не была и не хотела быть его девушкой, к тому же я не увожу чужих девушек. В этом нет нужды.
— М-м-м… Он застал вас на месте преступления и ударил ее?
— Что вы имеете в виду?
— Я просто пытаюсь представить, почему вам захотелось его убить. Если вы всерьез это утверждаете.
— Он меняударил. И поэтому я попытался убить его. Ножом. И я уже почти сделал это, когда парочка моих друзей буквально оторвала меня от него. Меня осудили за нанесение тяжких телесных повреждений. Так что для попытки убийства я еще легко отделался.
— Вы отдаете себе отчет в том, что сказанное вами может навлечь на вас подозрение в убийстве?
— В этомделе? — Лейке недоверчиво посмотрел на Харри. — Шутите? Я надеюсь,
— Если вам захотелось убить один раз…
— На самом деле мне хотелось убить не один раз. Вероятно, я так и поступал.
— Вероятно?
— В джунглях не так-то просто разглядеть черного как уголь негра. Стреляешь почти наугад.
— И вы так делали?
— Да, в годы моей грешной молодости. Отбыв срок, я пошел на сержантские курсы, а потом отправился в Южную Африку, устроился там контрактником.
— А-а-а… Так вы были наемником в ЮАР?
— Три года. Причем в ЮАР я только завербовался, потому что драчка шла в соседних странах. Там всегда шла война и всегда был спрос на профессионалов, особенно белых. Черномазые по-прежнему думают, что мы умнее, они больше доверяют белым офицерам, чем своим собственным.
— Может, вы и в Конго бывали?
Правая бровь Тони Лейке изогнулась черным углом.
— А почему вы спрашиваете?
— Просто был там недавно, поэтому и интересуюсь.
— Тогда это называлось Заир. Но большую часть времени мы даже толком не были уверены, в пределах какой страны находимся. Там ведь либо сплошная зелень, либо сплошная чернота, пока снова не встанет солнце. Я работал в так называемой службе безопасности на нескольких алмазных копях. Именно там я научился пользоваться картой и компасом при свете налобного фонарика. Кстати, компас там можно выбросить к чертям собачьим, в горах слишком много металла.
Тони Лейке откинулся на спинку кресла. Расслабился и ничего не боится, отметил Харри.
— Кстати, о металле, — сказал Харри. — По-моему, я где-то читал, что у вас там, в Африке, шахта.
— Верно.
— А что за минерал?
— Колтан.
Харри медленно кивнул:
— Используется в мобильных телефонах.
— Точно. И еще в игровых приставках. Когда в девяностых годах производство мобильных телефонов в мире резко возросло, я вместе со своими солдатами был на задании на северо-востоке Конго. Там у французов и туземцев была шахта, они использовали мальчишек, которые добывали колтан киркой и лопатой. Он выглядит как обычный камень, но из него получают тантал, именно этот металл используется в телефонах. И я понял, что, если бы удалось найти финансирование, я мог бы организовать там настоящую, современную разработку, сам бы разбогател и помог разбогатеть моим партнерам.
— Так и получилось?
Тони Лейке рассмеялся:
— Не совсем. Я занял денег, потом меня обманули ловкие партнеры, и я потерял все. Занял еще, меня снова обманули, занял еще и немного заработал.
— Немного?
— Несколько миллионов, чтобы заплатить долги. Но у меня появились связи, мое имя стало мелькать в прессе, и, хотя я, конечно, продавал шкуру неубитого медведя, этого оказалось достаточно, чтобы быть принятым в кругах, где крутятся большие деньги. Чтобы считаться там своим, важно только количество нулей в числе, которым измеряется твое состояние, и не важно, что перед ним — плюс или минус. — Лейке снова рассмеялся, заразительно и от души, и Харри тоже пришлось изобразить улыбку.