Леонора
Шрифт:
Леонора не вызвала у матери такой растроганности, но, впервые облаченная в роскошное вечернее платье, она определенно производила эффект. Мать хотела нарядить ее в скромное белое платье, но Леонора заявила, что ей уже двадцать один год и она переросла этот девический наряд. На ней было шелковое платье любимого золотисто-янтарного цвета, с аппликацией вокруг выреза и по подолу, и опять-таки вопреки советам матери она уложила волосы в высокую прическу. Леди Констанс вынуждена была признать, что дочь выглядит весьма величественно и элегантно, но в душе она лелеяла надежду, что на вечере будет не слишком много мужчин
Она поцеловала дочерей и выпорхнула из гостиной, чтобы убедиться, что мистер Ревелл и только что приехавший и неохотно согласившийся поехать на вечер Саймон не станут причиной задержки.
Короткая поездка в экипаже дала ей возможность сосредоточиться, и она вышла из него величавая и аристократичная в своей чалме. Что бы она ни чувствовала в душе, светские манеры матери вызывали восхищение Леоноры. Поднимаясь по лестнице за леди Констанс в шуршащем шелковом платьем, она испытывала дрожь, но притворная доброжелательность леди Маргарет, которая, здороваясь, поцеловала ее в щеку, придала ей уверенности.
Они вошли в уже заполненную гостями гостиную, и леди Констанс подвела их к дивану.
– Нужно подождать, когда тетушка освободится, чтобы представить нас кое-кому, – прошептала она. – Мария, не тереби бахрому шали!
Мария выпустила из пальцев шаль и вцепилась в ридикюль, а Леонора напустила на себя безразличный вид и откинулась на спинку дивана. Она окинула взглядом зал и заметила неподалеку молодую особу с длинными зубами, когда вдруг ее обволок сильный аромат лаванды и у нее перед глазами появился обтянутый серым шелком необъятный бюст леди Маргарет.
Вздрогнув, Леонора поднялась, и ее представили леди Джерси. Она знала покровительницу общества «Олмакс» по имени и растерянно оглянулась за поддержкой к леди Констанс. Однако той рядом не оказалось, а присевшая в низком реверансе Мария от смущения, казалось, потеряла дар речи.
Леоноре предстояло самой произнести приличествующие моменту слова, но волнение помешало ей проявить себя в полном блеске. Впрочем, леди Джерси со своими рыскающими умными глазами сама что-то непрерывно щебетала, затем бросив какое-то замечание, внезапно удалилась. Леонора с возмущением обернулась к Марии:
– Ничего не скажешь, здорово ты мне помогла!
– Как только я поняла, кто эта леди, у меня все из головы вылетело!
Прежде чем Мария успела сказать еще хоть слово в свое оправдание, к ним снова приблизилась леди Маргарет, рассыпая улыбки.
Мария бросила на нее испуганный взгляд, но тут леди Маргарет, собрав вокруг себя группу гостей, начала представлять им сестер.
– Мисс Харфорд, дочь одной из моих самых давних подруг, – произнесла леди Маргарет. – А это мистер Рошфор. Мистер Рошфор, я знаю, что могу на вас положиться и что вы обеспечите закусками и прохладительными напитками моих племянниц. Видите ли, они не очень знакомы с нашими городскими обычаями.
– А способ подачи закусок так отличается здесь от того, что принято в провинции! – усмехнулась Леонора.
Но мистер Рошфор ее не слышал. С набитым ртом он уставился на Марию, которая, порозовев от смущения, в свою очередь не могла отвести от него глаз. Молчание становилось неловким, и Леонора с интересом наблюдала первый в ее жизни случай любви с первого взгляда. Это было захватывающее зрелище, и ей не хотелось его прерывать, но мисс
Быстро оценив ситуацию, Леонора сочла необходимым вернуть их на землю и намекнула на свою жажду. Очнувшись, мистер Рошфор покорно отправился за лимонадом, и Леонора с интересом проводила его взглядом. Даже в самых смелых мечтах она не представляла себе возможности столь сильного увлечения с первого взгляда, в чем убедили ее несколько минут наблюдения за сестрой и мистером Рошфором.
Леонора хотела было пойти разыскать леди Констанс, чтобы выяснить происхождение мистера Рошфора, но это значило бы оставить Марию в обществе мисс Харфорд, источающей недоброжелательность. Кроме того, она рассудила, что тетка никогда бы не допустила появления в своей гостиной недостойного джентльмена.
Вскоре мистер Рошфор вернулся в сопровождении лакея, который нес полный поднос сладостей, и она снисходительно наблюдала, как он и Мария склонились над тарелкой с пирожными. Казалось, он совершенно утратил дар речи. Они с Марией вполне подходили друг другу. Но ей хотелось иметь собеседника. Принеся извинения, которые остались неуслышанными, она поспешила покинуть их, чтобы разыскать мать и рассказать ей о пикантной ситуации.
– Мистер Рошфор! – воскликнула леди Констанс. – Должно быть, это сын Мэри Уэбберли. Я вспоминаю, что она вышла замуж за Рошфора. – Леди Констанс с удовольствием беседовала с дамой, которая, как выяснилось, выехала в свет в тот же год, что и она сама, и в их памяти оживали старые имена и полузабытые события. – Она больше дружила с твоей теткой, но я очень хорошо ее помню. Нужно будет поговорить о нем с Маргарет.
Она решительно двинулась вперед, и Леонора поспешила за ней. На ее взгляд, мистер Рошфор производил вполне благопристойное впечатление, и ей казалось, что дело требует деликатного обращения.
Однако мистер Рошфор сумел преодолеть свою природную робость и появился у них уже на следующее утро. Он пригласил Марию покататься в парке, и, решив, что этого уже достаточно, леди Констанс сразу же отправилась к сестре за необходимыми сведениями.
Возвратилась она с хорошими известиями. Леди Маргарет похвально отозвалась о нем и заметила, что миссис Рошфор уже начала отчаиваться, поскольку ее сын до сих пор не проявлял интереса к представительницам прекрасного пола. В сравнении с его прежним поведением тот факт, что он повез Марию кататься, был равносилен заявлению о намерении жениться на ней.
И мистер Рошфор действительно продолжал посещать их с внушающей надежды регулярностью. Он приносил роскошные цветы и приглашения на различные развлечения для всех.
Саймон, который встречал его на лестнице или останавливался перекинуться с ним парой слов в холле, находил его отличным парнем, но, когда мистер Рошфор пригласил его на петушиные бои, сообразил, что тот проявляет не совсем обычный интерес к их семье. Поскольку он не отличался особенной наблюдательностью, его пришлось просветить на тот счет, которая из сестер притягивает в их дом мистера Рошфора.