Лекс. Книга 1
Шрифт:
«Превосходно. „Вы ждёте в его кабинете“ — идеальная формулировка для того, чтобы ненавязчиво ткнуть нашкодившего щенка мордой прямо в лужу. Мне явно не оставляли ни права выбора, ни вариантов. Паршиво, но пока непонятно, насколько именно».
— Благодарю, — ответил я, придав голосу ленивую надменность, которую можно было ожидать от Лекса, как я его себе представлял. — Передай, что я буду. И напомни мне о встрече заранее. Так, чтобы я успел прибыть вовремя.
Потому что я понятия не имел, где располагался кабинет
— Слушаюсь, господин Лександр.
Шагов я снова не услышал. Только тихий щелчок замка двери, которую прикрыли, не дав мне возможности рассмотреть говорившую.
Я посмотрел на часы в углу экрана — компьютер показывал и время, и дату, и даже фазу луны зачем-то. Девятнадцатое июля, без двадцати семи одиннадцать.
«У меня немногим больше часа, чтобы понять, чего от меня хочет „отец“. И как не ляпнуть чего-нибудь такого, что отправит меня на улицу без гроша, а то и без фамилии».
Книга легла на стол, раскрытая на главе о классификации катализаторов, а я вновь взял в руки компьютерную мышь.
Всемирная сеть встретила меня с распростёртыми объятиями, и я, старательно маскируя запросы под нечто более-менее непримечательное, — чтобы не искать, как выглядит мой собственный отец, например, — принялся поверхностно изучать всё то, до чего мог и успевал дотянуться.
Первым делом — сухой поиск. Набрал «Лазари», и чуть не присвистнул от количества результатов. Фамилия оказалась не просто известной — она была одной из тех, о которых говорят на каждом углу, если речь заходит о больших деньгах, промышленности и связанных с непутёвыми отпрысками неприятностях.
Я впопыхах перебирал всё: статьи, новостные сводки, заметки о «моих собственных» похождениях, коих в сети оказалось порядком. Отдельного внимания удостаивались приложенные фотографии. На последних толстяк мелькал довольно часто — значит, не совсем левый человек, и знакомы мы больше года.
Выяснил также, как выглядит отец, мать, сёстры, братья, дяди и тёти, плюс ещё с десяток личностей, тесно связанных с фамилией Лазарь. Постарался утрамбовать в голове «основные события» последних месяцев, о которых писали в сети.
Без понимания, просто как факты, на которые можно было бы сослаться.
Дисциплинированный и тренированный разум впитывал новые знания, как губка — воду, но сейчас время играло против меня. Возможности углубляться в реально интересные темы не было, а нахвататься «по вершкам» оказалось на удивление проблематично. Слишком уж обширная это вещь, чужая жизнь.
«Если бы у меня были хотя бы сутки, то проблемы не существовало бы в принципе. Но час… Нужно было с самого начала садиться собирать оперативную информацию, а не зачитываться учебником для начинающих. Проклятье!».
Впрочем, кое-что прояснилось быстро.
Род Лазарей
Окончательно надежды на то, что Лазари — это чуть ли не царские особы, рухнули, когда мои загребущие руки добрались до генеалогического древа де-факто совсем небольшой территориально Империи.
Глава рода — владетельный граф. Я сам — просто отпрыск, без унаследованного титула, что, в общем-то, было даже логично. Наследником считался совсем другой Лазарь, постарше меня на шесть лет.
А вот Лександру, тобишь, мне, годков было восемнадцать.
В этом социуме — важный возраст, «фиксирующий» в глазах окружающих потенциал и перспективы молодого аристократа. Если не успел заявить о себе, то, скорее всего, уже никогда и не заявишь.
«Прелестно. Но восемнадцать лет — это вполне логичное объяснение тому, почему я ощущаю себя вполне неплохо, даже унаследовав тело, ведущее не самый здоровый образ жизни».
Лександр просто не успел себя угробить.
«В каком-то смысле, это даже хорошо, что Лекс был почти маргиналом. Резкие перемены спишут на взросление, как и завершение общения со старыми знакомыми. Но легко в любом случае не будет».
Следующие полчаса прошли в лихорадочных попытках натянуть на себя чужую шкуру, не зная даже, как именно она сидит на оригинале.
Я листал новостные сводки, фотографии, заметки в социальных сетях — всё, до чего мог дотянуться. Выуживал крупицы информации о человеке, чьё тело теперь было моим.
Лександр Лазарь, судя по тону публикаций и комментариев, был фигурой… заметной. Не в смысле достижений, разумеется. Скорее в смысле регулярных скандалов, пьяных выходок и порочащих честь аристократа знакомств, которые местная жёлтая пресса обсасывала и смаковала с особым удовольствием.
«Вечеринка в поместье Лазарей закончилась вызовом стражей порядка».
«Наследник графского рода в очередной раз опозорил фамилию».
«Лександр Лазарь: талант или позор Империи?».
Последний заголовок приковал взгляд и заставил изучить материал.
Статья оказалась пространной, полной намёков и недомолвок. Но суть сводилась к простому: три года назад Лександр демонстрировал выдающиеся успехи в пространственном моделировании.
А потом всё куда-то исчезло. Сменилось сомнительными компаниями, не менее сомнительными увлечениями и ужасным отношением к учёбе. Причина — неизвестна, домыслы простирались от «дурного влияния» до «трагедии, о которой семья предпочитает молчать».
Я же, закончив чтение, отложил мышь и потёр переносицу.