Лекарка для врага
Шрифт:
Я сглотнула комок в горле. Тело начало бить мелкой, предательской дрожью.
— Я не могу, — прошептала я, чувствуя, как на меня смотрят десятки глаз.
— Яся…
— Я не могу! — уже почти крикнула я, отступая. — Пожалуйста, купи всё сам!
— Но здесь чернь рядом, опасно…
— Я тысячу раз здесь ходила одна, Кайл. Это не опасно, гораздо… гораздо опаснее оставаться здесь.
Я со стыдом почувствовала, как меня трясет. Но еще хуже был взгляд Кайла, в нем было что-то такое… жалость?
Я не стала дожидаться ответа, кинула последний взгляд в его серые глаза, а после бросилась прочь.
Больше всего я боялась, что Кайл бросится вдогонку и силой заставит меня пройти через этот кошмар.
Нужно было спрятаться! Исчезнуть! Раствориться в воздухе от этих колючих взглядов и шёпота!
Я бежала, не разбирая дороги.
Лес уже был близко. Казалось вот-вот и я спрячусь от всех этих глаз. Но мой побег оборвался внезапно и грубо.
Кто-то сильной рукой рванул меня за рукав тулупа. Я не успела понять, что происходит, как полетела вперёд, ударившись лицом о мокрую, грязную землю.
— Люди добрые! — раздался над головой громкий голос. Я подняла голову и встретилась взглядом с… пекарем. Это он схватил меня. — Я требую праведного суда! — завопил он, обращаясь к сбегающимся людям.
В собравшейся толпе я тут же заметила хищный взгляд Клавдии. Сердце упало в пятки.
— Эта ведьма! — пекарь Дамир тыкал в меня пальцем, его лицо было багровым от ярости. — Она наслала чары на мою жену! Украла её разум!
— Я… я ничего не… — попыталась я прошептать, но мой жалкий голосок потонул в нарастающем гуле толпы.
— Дамир, успокойся! — раздался властный голос Прокофия. Я чуть не заплакала от облегчения. Седовласый мужчина вышел вперёд. Староста здесь! — Что ты тут устроил?
— Она ворожила на мою жену! — не унимался пекарь. — Она… она свела её с моим же братом! Совратила!
Толпа ахнула. Клавдия, будто по сигналу, закрыла лицо руками и залилась театральными рыданиями.
— Я только мазь у неё просила, а она… — запричитала она, обращаясь к толпе. — А потом я пришла домой, и всё… всё как в бреду стало! Я себя не помнила!
— Вот видишь, Прокофий! — торжествующе крикнул Дамир. — Доколе мы, люди добрые, будем терпеть это?! Пригрели мы змею на своей груди! А она самые чёрные дела творить!
— А доказательства у тебя есть, Дамир? — холодно спросил Прокофий, скрестив руки на груди. — А то так каждый сможет тыкать пальцем да свои семейные неурядицы на Ярославу списывать.
Я кое-как поднялась на ноги и
— Платок! — внезапно взвизгнула Клавдия. — Она своровала мой платок! Обыщем её дом — и будут вам доказательства!
Платок… Тот самый, что она бросила тогда у меня в сенях. Они найдут его! Они специально его подбросили!
У меня подкосились ноги.
Мир поплыл перед глазами. Гул толпы, злобные взгляды, кольцо из ненавидящих лиц — сбежать было невозможно. Прокофий что-то говорил, но я уже не слышала. Внутри всё сжалось, в глазах потемнело, казалось, воздух вот-вот закончится.
И вдруг кто-то сильный подхватил меня сзади, прижав к себе так, что внутри разлилось тепло. Я подняла голову, и сердце заледенело… Лучше бы меня растерзала толпа! Его глаза… не человеческие серые, а желтые, с кошачьим зрачком!
— Что. Здесь. Происходит? — прорычал Кайл, и его низкий голос был полон первобытной ярости. Все замолчали.
В наступившей тишине кто-то восторженно прошептал:
— Дракон…
Всего одно слово. Мой приговор.
Глава 32
Кайл
Мне казалось, я поступаю правильно. Я хотел показать Ясе, что ей не нужно прятаться, что она может ходить, где пожелает, и что отныне опасность грозит не ей, а любому, кто посмеет ее обидеть.
Но я просчитался. Ее лицо было белым, как снег. Яся дрожала и глотала воздух с таким шумом, словно ее душили. Я видел страх раньше — в глазах новобранцев перед первым боем. Я и сам знал это чувство, которое приходилось глушить железной волей. Но я никогда не думал, что можно испытывать такой ужас не перед тварями черни, а перед людьми.
Она убежала, растворившись в толпе за секунды. А я остался стоять, терзаемый чувством вины. Почему она их так боится? Это же всего лишь… люди. Что они могут сделать? Я вспомнил вчерашнюю Клавдию. Но тогда Яся дала ей отпор! Она была сильной. А сейчас… сейчас в ее глазах был настоящий ужас.
Я не знал, что делать. Догнать ее? Но она явно не хотела этого. Оставить одну? Мысль была невыносимой. Решил дать ей небольшую фору, а потом пойти следом. Проведу до дома и скажу, что запомнил дорогу. Хотя я запомнил ее с первого раза.
Внезапно в нос ударил сладкий, сдобный запах. Я подошел к прилавку, уставленному сладостями. Пряники, хворост, блины с медом, пастила. Может, купить что-нибудь для моего колючего ежика? Сладости всегда улучшают настроение. А я чувствовал себя виноватым и отчаянно хотел загладить свою вину.
Я хотел окликнуть пухлую продавщицу. Вот только она смотрела куда-то сквозь меня, разинув рот от изумления. И в этот момент мой чуткий драконий слух уловил отдаленный крик.
— Эта ведьма! Она наслала чары на мою жену! Украла ее разум!