Лекарка для врага
Шрифт:
Он сказал это так искренне, что у меня снова побежали мурашки по коже.
— Это плохая идея…
— Другой нет, — пожал плечами Кайл. — Ведь мне нужно доделать пол. Так что здесь выбор стоит между пойти на рынок или жить с дырами в полу. А ты ведь хочешь, чтобы я скорее доделал все это?
Взгляд невольно упал на разобранный пол. Я вздохнула. Это был выбор без выбора.
Я вспомнила,
Чтобы увидеть это все лично? Или услышать… услышать что-то похуже того, что здесь наговорила Клавдия.
А может, ну его, этот пол! Лучше уж с дырой в полу, чем снова пройти через это. Вот только на лице Кайла была такая решимость, что было очевидно: дракон со мной явно не согласится. Спорить бессмысленно, он просто не отстанет, пока не попадет на этот проклятый рынок.
Глава 28
Яся
Мы шли по узкой тропинке, петляющей между высоких сосен. Утро было еще прохладным, и земля под ногами хранила ночную сырость, но солнце уже поднималось, и от этого понемногу становилось теплее.
Я не хотела идти. Но мне просто не оставили выбора. Дракон поднялся на рассвете, и его тяжелые шаги по моей крошечной кухне сделали сон невозможным. А этот взгляд… Я чувствовала его на себе даже сквозь дрему — пристальный, изучающий, словно тень нависшей опасности, которая пока лишь дремлет в лабиринтах его памяти.
Но он проснется. И тогда он спалит меня дотла вместе с моим домишкой и его дырявыми полами. Единственным утешением была моя целительная сила, позволившая за ночь восстановить тело. Оно чувствовало себя куда лучше, чем моя растерянная душа.
Согласиться и провести его до рынка казалось проще, чем топать ногами и что-то доказывать. Мне хотелось поскорее закончить с этим. Поэтому сегодня я не предложила завтрак. Просто натянула платье и, глядя в пол, буркнула, что готова. Хотя прекрасно понимала: к такому готовой быть нельзя. Ладно, провожу его и вернусь. Или… подожду где-нибудь в сторонке, чтобы он не заблудился. Хотя по его уверенному виду было ясно — он найдет дорогу, даже если я заведу его в самую чащу.
— Прекрасное утро, — Кайл глубоко вдохнул полной грудью, и его голос прозвучал неприлично бодро для моего унылого настроения.
Он шагал рядом легко и ровно, будто гулял по знакомому парку. Я промолчала, уткнувшись взглядом в землю.
— Расскажешь что-нибудь о себе? — предложил он, и я чуть не споткнулась. Ну почему он не отстает? Что ему от меня нужно? Просыпается драконье чувство, что что-то не так? И я его обманываю?
Я надеялась, что мое упрямое молчание он примет как ответ, но увы…
— Ты давно живешь одна?
Я
— Да, — отрывисто кинула я.
— А родители?
— Они… умерли, — выдавила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.
— Мне очень жаль, — сказал он так искренне, что, казалось, ему можно было поверить. Вот только сложно верить в сожаление того, кто сам мог бы лишить меня родителей. Сложно поверить в сочувствие дракона.
— Яся, неужели у тебя нет родственников? Кого-то, кто мог бы за тебя заступиться?
— Никого у меня нет, — уже с раздражением сказала я. — Такое бывает.
— Но как ты… Как ты живешь одна?
— Как все, — пробормотала я.
Птицы вокруг заливались трелями, солнечные лучи пробивались сквозь хвою, касаясь лица теплыми пятнами. Вся природа словно нарочно создавала красивую картину, которая была мне глубоко противна.
— Ты сказала, что не берешь денег за лечение, но на что ты тогда живешь?
У Кайла каждый вопрос был хуже предыдущего.
— Мне приносят еду за помощь.
— Но ведь у тебя есть и другие потребности, кроме еды. Например, одежда, ремонт…
— Я считаю, что брать деньги за лечение — неправильно! — вырвалось у меня само собой. — От него зависит жизнь человека. Назначать цену за исцеление — все равно что назначать цену за жизнь. А жизнь бесценна. Понимаешь?
Не знаю, зачем я выложила ему это. Лучше бы отмахнулась. Но Кайл замедлил шаг, задумавшись, будто мои слова и впрямь его тронули.
— Я… я восхищен твоей добротой, — мягко сказал он.
Я почувствовала, как щеки заливает краска. Несмотря на то что я опасалась Кайла, он вызывал во мне странные, но приятные чувства. В которых я бы никогда не призналась никому. Даже себе признаваться не хотела.
— Но тебе нужно иногда думать и о себе.
— Мне кажется, у нас и так достаточно тех, кто думает о себе. Например, наш лекарь, который набивает кошельки золотом, пока другие болеют. А я… Мне достаточно еды.
Кайл хмыкнул.
Конечно, он был прав. Раньше, когда я могла продавать травы, жилось легче. Мне действительно не хватало денег на самое необходимое: залатать протекающую крышу, купить свежего хлеба или просто ниток, чтобы зашить прохудившийся тулуп. Хотя сейчас, когда ко мне и так никто не придет, а на рынке и иголки не продадут… Так зачем мне деньги?