Легион Грома
Шрифт:
Работенка оказалась не из легких, но Страйку она нравилась.
На вершине следующего холма он совсем немного отставал от лембарра. Животное, спотыкаясь, стало спускаться по более крутому склону в очередную ложбину. Страйк заскользил вслед.
Достигнув дна, лембарр свернул вправо и молнией кинулся к следующей группе деревьев. Страйк, уже задыхаясь, последовал за ним. Коричневый мех с белыми прожилками мелькнул на расстоянии броска копья. Страйк ринулся к нему что было сил.
А потом весь мир обрушился ему на голову.
Страйк
Кто-то стоял над ним. Когда в глазах у орка слегка прояснилось, он понял, что этот «кто-то» не один. У Страйка выхватили меч, который он все еще сжимал в руке. Между собой незваные гости разговаривали на гортанном, резком и, к сожалению, слишком хорошо знакомом языке.
Гоблины рывком поставили орка на ноги. Он застонал. В поисках оставшегося оружия они изорвали его одежду. Удовлетворенные тем, что другого оружия не оказалось, они демонстративно помахивали дубинками, одной из которых его, без сомнения, и оглушили. Мечи у них тоже были, с зазубренными лезвиями. Подталкивая Страйка, гоблины заставили его идти в нужном им направлении. На ходу он поднес руку к голове. Один из гоблинов тут же грубо заставил его убрать руку и прокаркал что-то непонятное. Однако тон был угрожающий, тут ошибки быть не могло.
Страйка провели до конца ложбины, потом вверх, на следующий холм. Все кости у него болели, и он слегка прихрамывал, но ему не позволили идти медленней. На вершине орк посмотрел вниз и увидел большой охотничий дом. Его подтолкнули, чтобы спускался. В этот момент он подумал, что вряд ли они сейчас находятся далеко от занятых охотой Росомах. Однако на этот источник помощи рассчитывать не приходилось: преследование зверя может увести охотников и очень далеко.
Тяжело дышащий и окруженный сворой злобных пленителей, Страйк подошел к строению.
Этот охотничий дом мог быть построен представителями самых разных рас: как и у большинства образчиков марас-дантийской архитектуры, вид у него был такой, как будто его могли использовать для самых разных целей. У этого простого, но прочного деревянного сооружения с тростниковой крышей была одна-единственная дверь, в торце. Когда-то имелась и пара окон, но теперь они были заколочены. Сразу было видно, что дом давно заброшен, настолько обветшалый вид он имел. Тростник почти превратился в труху, внешнее покрытие тронуто гнилью.
Страйка грубо втолкнули в дверь.
Там ждал Разат-Киг.
Работорговец скорчил гримасу, у гоблинов долженствующую обозначать улыбку. Он так и исходил злорадством и торжеством.
— Мои приветствия, орк, — просипел он.
— И тебе приветствия. — Страйк пытался прийти в чувство и избавиться от путаницы в мыслях. Он бросал вызов боли, отталкивал ее прочь. — Неужели не мог дождаться момента, когда сумеешь попрощаться со мной как следует?
— Мы шли по
— Ну надо же! Вряд ли, чтобы поблагодарить меня.
— О-о, мы хотим… поблагодарить всех членов твоего отряда. Лично поблагодарить… У этого плана есть и дополнительное преимущество, а именно, награда, объявленная Дженнестой за ваши головы. К тому же мы прочли листовку, в которой говорится, что вы стащили у нее какую-то реликвию. Надеюсь, за ее возвращение она нас тоже наградит.
Страйк возблагодарил богов, что звезды не с ним. Он рассмотрел присутствующих гоблинов. Их было шестеро или семеро.
— И с таким числом вы собираетесь идти на мою дружину? Смерти ищете?
— Мы не собираемся идти на твою дружину. Я пошлю весточку Дженнесте.
Это подействовало на Страйка, как новый ушат холодной воды. Он окончательно пришел в чувство.
— Не воображаешь ли ты, что отряд будет сшиваться здесь, покуда не явится ее армия?
— Вообще-то я намеревался взять тебя в заложники. Это послужит гарантией, что они не уйдут.
— Они не купятся на это, работорговец. Моя дружина точно не купится. Я вижу, ты не слишком разбираешься в орках.
— Пожалуй, стоит развлечься и узнать что-то новое, — с издевкой в голосе отвечал Разат-Киг. — Чувствуй себя как дома. Страйк решил, что сейчас надо выиграть немного времени и обдумать стратегический план.
— Всем оркам известно, что цена войны — смерть. Мы вырастаем с убеждением, что надо делать все возможное, чтобы выручить товарища из беды, но если это не удается, то рисковать жизнью всех ради спасения одного бессмысленно. Именно поэтому, даже если ты возьмешь меня в заложники, ничего не получится. Они уйдут.
— Однако ты, спасая вашу женщину, сделал прямо противоположное. — Работорговец неприятно осклабился. — Наверное, одни товарищи у вас стоят больше других. Из чего следует, что командир стоит больше всех. Посмотрим.
Чтобы продолжить разговор, Страйк сменил тему:
— Что-то я не вижу поблизости твоих приятелей-людей.
— Они — всего лишь деловые партнеры и пошли своей дорогой. Мы с ними не по-хорошему расстались. Они словно бы обвиняли меня в том, что вы, орки, скрылись. Уверен, дошло бы и до мордобоя, если бы один из них не нуждался в помощи целителя. К счастью, мне удалось продать им одно имя.
— Бьюсь об заклад, они были очень благодарны. — Страйк окинул взглядом длинное помещение. — И что теперь?
— Ты будешь моим гостем, а я тем временем набросаю письмецо агентам королевы. — Работорговец кивнул своим приспешникам.
Они провели Страйка в дальний конец дома. Как и во всем остальном помещении, этот участок не блистал изобилием обстановки. Из мебели была лишь жаровня с тлеющими углями, которые слегка согревали, воздух. Страйка оставили рядом с жаровней, тем временем его стражи заговорили между собой на своем гортанном языке. Разат-Киг остался у двери, рядом со столом. У него были пергамент и перо.