Легенды всегда врут
Шрифт:
– Я не смог.
– Но ты попытался, – вы даже не знаете, что еще сказать, пока на ум не приходит последнее движение призрака. – Знаешь, не мое дело, конечно, судить, я даже не видел ее при жизни, но… Мне кажется, она благословила тебя. Простила. Иди дальше, сказала она. В ее взгляде была такая нежность и одновременно гордость за своего мужчину…
Язык ваш страшно отяжелел и еле ворочается во рту. Какие сопли, война и орки, какие ужасные банальности. Весь ваш образ крутого немногословного рубаки, который вы культивируете последние месяцы, протестует против этого. Лучше сразиться с пятью великанами сразу,
Но Коннери слушает. И вы продолжаете. И где-то в середине своей тирады вдруг понимаете одну простую вещь – никакие это не сопли и не слюни. В конце концов, любая банальность – это всего лишь истина, затертая от многократного употребления. Вы просто говорите то, что положено говорить другу в такие минуты. И все. А образ, имидж, дерзкий взгляд и травинка во рту – всего лишь ничего не значащая глупая поза, последние юношеские иллюзии, которых, как вам казалось, после башни Аксиона у вас уже и не осталось. Пора взрослеть.
Коннери же будто оживает от ваших слов. Что-то из сказанного вами все же смогло достучаться до его сердца.
– Ты правда так считаешь?
– Да, – киваете вы.
– Она простила меня?
– Да.
– Ведь Белый Шар мог бы ее воскресить, как ты считаешь?
Неожиданный вопрос, но вы отвечаете честно:
– Скорее всего – да.
– Я не справился?
– Похоже на то. Но это была задача со слишком многими неизвестными. Ты забрался на край света, прошел сквозь армию великанов и тьму ловушек, ты желал этого всеми фибрами своей души – никто из смертных не мог бы сделать больше. Просто было слишком поздно. Думаю, если бы Шар попал к тебе на следующий день после бойни на площади – результат был бы иным.
Коннери еле заметно вздрагивает при упоминании площади. Смотрит на шар в своей руке, как на какое-то диковинное насекомое. Потом переводит взгляд на вас:
– Все это, конечно, слабое утешение. – Голос его неожиданно крепнет. – Внутри меня такое творится, ты даже не представляешь. Как будто жилы на барабан накручивают. Но черта с два я расклеюсь. Черта с два.
Вы облегченно переводите дух 527
431
Жар обжигает ваши ноги (– 2 ЖИЗНИ), и вам остается лишь:
броситься бегом к спасительной двери, благо она уже неподалеку 419
либо преодолеть оставшееся расстояние двумя гигантскими прыжками 475
432
– Ну ладно, значит первая плита – красная. Кто пойдет? Или сразу вдвоем шагнем?
Коннери цокает языком:
– Я думаю, надо идти поодиночке. Теперь давай ты решай, кому выпадет такая честь. Ты же у нас везунчик.
Ваш выбор пал на самого себя 459
или же на напарника 440
433
Джинн подается вам навстречу и протягивает руку с подарком. На, мол, забери, больше не нужен. Потом вытягивает другую руку – на ней лежит еще один, точно такой же предмет. Что бы вы ему не подарили в свое время, сейчас он возвращает вам это в двойном объеме
Отразил в зеркале, так сказать.
Вы аккуратно берете свои "отдарочки", джинн серьезно кивает и исчезает. Добавьте себе две такие же вещи, как дарили
– А золото-то он не вернул, – вспоминаете вы и почему-то успокаиваетесь 467
434
Несколько пробных взмахов только убеждают вас в правильности выбора – и вот вы уже пристраиваете обновку себе за спину (+1 СИЛА). 484
435
Памятуя о предсмертных надписях, сделанных Френкевичем, вы, хоть и не без труда, находите такой же знак #, выцарапанный на камнях. Пробуете так и сяк – есть, один из камней рядом расшатался. Вынимаете его из скалы и на глазах изумленного Коннери извлекаете из убежища сверток.
– Подарок от Френкевича, – добиваете вы напарника. Насладившись его ошарашенным видом, вы быстро все объясняете и разворачиваете находку. Время не пощадило многое из припасов авантюриста, в целости осталось лишь несколько вещей:
Рог марала – это не кубок, а музыкальный инструмент, которым правда, никто из вас двоих и пользоваться не умеет. Интересно, не у великанов ли позаимствовал его Френкевич?
Медный ключ – тяжелый, с массивными бороздками, но к какой двери он может подойти?
Фляжка спирта – ее Коннери сразу реквизирует для себя, мотивируя тем, что вы еще молоды и сильное спиртное вам противопоказано (Коннери получает 3 ЖИЗНИ, если же сейчас у него максимум, значит, добавите их ему при случае).
Вы с сожалением смотрите на пакет, полный окаменевших сухарей. В еду они уже не годны, а жаль, перекусить вы бы не отказались. Больше ничего полезного в тайнике нет. Вернитесь на 470 и займитесь чем-нибудь еще.
436
До жреца еще десять шагов, и именно шагами вы меряете теперь время, внезапно застывшее вязким киселем. (Шаг ). Плечи жреца вздымаются и опадают, (второй ) словно он издает глубокий вздох. Нехотя, словно ему не хочется этого делать, (третий ) великан в белом балахоне поднимает руки и берется за капюшон, собираясь его сбросить.
На четвертом шаге вам предстоит за долю секунды принять решение:
продолжать бежать на жреца, надеясь опередить его и нанести удар до того, как он совершит задуманное 570
или же резко отпрыгнуть в сторону 541
СГУСТОК 593
Если ваша специализация метатель, то 557
437
Набрав воздуха, вы ныряете в туман и ковыляете вперевалочку "утиным шагом", как остроумно именовали подобное упражнение в Академии. Однако местная взвесь – явно не простой туман, через пару шагов у вас начинается ужасное жжение в носу, ушах и все сильнее покалывает незащищенные участки кожи – руки, шею и лицо (– 4 ЖИЗНИ). Коннери идет за вами, и как у него обстоят дела с аллергией на катакомбную пыль – неизвестно.