Легенда
Шрифт:
— На неё точно Артамена плохо влияет, — тихо проговорил Ификл, но так, чтобы она тоже всё услышала.
Я только посмеялся, а девушка запустила в кузнеца какой-то камень. В голову не целилась, попала в панцирь, но ситуация была забавная. Я посмеялся. Но в конечном итоге мы разошлись: я — обследовать остров, Ника — командовать нашими моряками, а Ификл — обратно в Убежище вместе с остальными полубогами. Только Палиас остался, стал осматривать территорию, так как тоже почувствовал что-то странное. И с ним я постоянно был на «связи».
Так мы исходили вообще все места этой древности. Оно внушало. Остатки статуй разным богам. Древние храмы,
И именно от этого алтаря шла невероятная магическая мощь, словно кто-то из полубогов некогда тут попытался создать собственное Убежище. Или сделать что-то иное. Магический фон… невероятен. И причём не Гефеста, о нет, а его отца — Зевса. Палиас лучше чувствовал это, так как Зевс был братом Посейдону, другая энергия, но родственная. Всё же божественный дядя. Говорит, разок общался с ним.
— Ас, смотри, — присел на колено Пал. — От них… буквально мощь исходит.
— От кого от них? — подошёл я к нему. — Тут только пыль и стекло.
— Вот именно, что от пылинок и кусочков стекла! — приподнял он руку, и я почувствовал, как прогибаются нити мироздания вокруг неё. — Сам посмотри! Не было бы внутри невероятно много магии, не было бы таких… искажений вокруг.
Я только согласно кивнул и взял часть пылинок щепоткой. Присмотрелся. Направил внутрь магию… и буквально увидел, что это такое. И лучше бы не видел. Ибо я почувствовал весь гнев, который обрушился на смертных в тот момент, когда они это сотворили.
— Это молнии, — отрешённо проговорил я. — Вся пыль тут, которая источает магию… это молнии Зевса. Их тут сломали, тем самым заблокировав путь в его Убежище…
Увидел всё-таки. Хорошо.
И Хаос это подтвердил.
А значит, у сына Гефеста точно появилась только что новая миссия, которая проверит его мастерство и заслуживает ли он называться сыном своего божественного отца.
Он обязан восстановить молнии самого Зевса!
Глава 9
Грузы переносились достаточно долго, причём настолько, что у меня в голове начала гулять шальная мысля. То, что мы обнаружили, не вписывалось ни в какие рамки понимания мира. Нет таких мест на самой тверди, где была бы настолько сильная концентрация божественной энергии. А значит, то было не просто место земное. О нет… это явно было что-то, что тут разместили искусственно. Воссоздали в какие-то ещё первозданные времена по ошибке.
Или же…
Я вернулся обратно в ту «кузню». Слишком много черт намекало на то, что это вообще не кузня. Слишком много остатков от различного рода мелкого инструмента, который фонил мощью Зевса. Слишком много следов других устройств, которые просто рассыпались от времени. Нет. Кузня появилась тут позже. Сначала тут было нечто иное, нечто, что позволяло тоже создавать предметы, но совершенно иного, скажем так, предназначения.
— Ты что делаешь? — внезапно появилась Ника, которую словно провидение какое-то прислало.
— Думаю, — ответил я ей спокойно, осматривая помещение с разных углов.
— Сидя на обломках наковальни? — с усмешкой уточнила она у меня.
— Возможно, это был иной инструмент, а не просто наковальня, — посмотрел я на неё. — Возможно, тут всё не так и всё не то, чем кажется.
Я продолжал анализировать. Почему нет? Отплывать мы пока
Но вместе с тем… нет. Тут точно работали не Гефест и не его сын. Тут работал в самом начале, когда было первое поколение, кто-то другой. Тот, кто знал древний язык. Тот, кто вообще был первым во всём этом. Ибо энергия тут буквально искажается из-за любого воздействия на неё. А я видел только один тип энергии, который так реагирует на чужую магию. Хаос.
Интересно… давай дальше.
— Интересно? — взглянул я в сторону выхода, но ответа не последовало.
Это был прямой намёк. Я копал в нужном направлении. Тут был Хаос. Либо тот, кто вообще привёл его в этот мир. Но почему именно тут чувствовалась энергия Зевса? При этом она чувствовалась как нечто родное, но при этом вторым планом, словно именно за эту энергию цеплялась родная ей энергия Гефеста? Почему именно тут?
Если так подумать… то Убежища же тоже не сразу появились. Древнейшие полубоги искали места, где они смогут отдыхать, а не сражаться, каким-то образом отгородили их от остального мира, пока не появилось мироздание. Возможно, тут было что-то такое, что в будущем и стало прообразом защиты мироздания. А может, и нет. Шесть тысяч лет уже прошло с тех дней. Но эхо… эхо тех дней я чувствую словно наяву.
Я встал, начал бродить. То, что именно тут были созданы молнии Зевса, — факт. То, что тут их и уничтожили, по крайней мере часть из них, — тоже. Свидетельства этого буквально лежат во всех углах этой комнаты. Но чёрт… что-то мне не нравилось. Что-то я не понимал. Но что именно? Для чего тут они создавались и для чего их уничтожили? Явно не для создания мироздания. Слабоваты молнии для такого. Но…
Стоп.
Для чего нужны в первую очередь Артефакты богов? Чтобы усиливать как богов, естественно, так и своих детей, полубогов. Это прямо написано в их описании. Бук-валь-но. При этом они постоянно, но слабее, усиливают вообще всех. А почему? Что в них такого особенного? Материалы? Нет. Дело не в материалах. Чаще всего там самое обычное дерево, тис например, металл — золото и серебро, железо и медь. Да, первые два крайне редки, но они не особенны своей редкостью. Металл — это металл. Что же тогда такого?
Что вообще даёт Зевс? Молния. Молния — энергия в первую очередь. А для чего нам, полубогам, нужна энергия? В моей руке появился камень. Не обычный. А тот самый, который я получил самым первым. Тот самый, который открыл мне путь к условному бессмертию, который позволил дойти до текущей точки. Самоисцеление.
Вроде бы при чём тут Асклепий и Зевс? А всё при том же. Молнии — энергия. Активация способностей в камнях — за счёт энергии. А что при этом даёт Убежище Зевса? Правильно — мастерская камней. Так почему бы этому месту не стать как раз прообразом того места, где были созданы самые первые камни? Нет никаких свидетельств того, как камни умений вообще появились на этом свете. Сто процентов, что в каждой народности они появлялись по-своему. Но у нас… у нас именно дети… а дети ли?