Ледяной страж
Шрифт:
Оставалось найти только меч, который был бы по руке такому гиганту, как Конан. Это, как и предполагал капитан, оказалось очень простым делом. Они подъехали к сторожевой башне, у которой были вчера ночью, потолковали со стражниками, посочувствовали преждевременной гибели их товарищей, выпили по кувшинчику винца, которое Саудан предусмотрительно взял с собой. К концу беседы старший из стражников гостеприимно распахнул перед капитаном дверь кладовки, куда они сваливали оружие арестованных:
— Выбирай приятель, что тебе понравится, видишь, сколько тут накопилось, —
«Да уж, скудному, — подумал про себя капитан, — а кошельки арестованных, интересно, куда деваются?»
Меч киммерийца сразу бросился ему в глаза — его нельзя было не заметить, так он выделялся среди прочего оружия. Капитан для отвода глаз выбрал парочку приличных кинжалов, легкий щит из слоновьей кожи и, уже выходя, как бы невзначай, бросил взгляд на огромный меч.
— А это у вас откуда? — спросил он.
— Да вот, мы же тебе говорили, был у нас тут вчера один парень, разрази его Деркэто, — процедил со злостью охранник. — Вот его меч.
— Ничего себе, — притворно удивился капитан. — Кому может понадобиться такой длинный меч? Может взять себе — мясо рубить, пожалуй, сгодится, лезвие больно широкое.
— Да возьми в придачу, — сплюнул стражник, — его и не продать. Действительно, кто такой возьмет?
Оружие свалили на тележку, и Саудан, радуясь, что все дела успешно завершены, заспешил в порт, где с причала вереница грузчиков носила на его «Утреннюю звезду» тюки и ящики с товаром, предназначенным на продажу в далеких землях.
Корабль, как и было, намечено, отплыл ранним утром. Чтобы плавание было удачным, принесли жертву богам, и «Утренняя звезда», приводимая в движение мерными ударами сорока длинных весел, отчалила от причала, провожаемая родственниками моряков, зеваками да несколькими жрицами любви, которые усиленно махали платками, отыскивая глазами среди столпившихся по борту матросов и воинов своего недавнего щедрого кавалера.
Утро было удивительно тихим и солнечным, на море был полный штиль, и поэтому «Утренняя звезда» долго шла на веслах. Берег и дома Аграпура, а потом неровная линия городской стены и верхушки храмов еще много времени, до самого полдня, были видны с корабля.
Капитан передал руль своему помощнику и спустился с мостика на палубу, где расположилось воинство, от нечего делать рассказывающее анекдоты и байки из своей жизни.
— Капитан, — напомнил ему кто-то из солдат, — ты не назначил старшего среди нас, или ты будешь командовать сам?
— На корабле нет человека главнее меня, — ответил Саудан, — но сейчас вы увидите своего командира.
Конан все это время провел в своей каюте и, как советовал ему капитан, не выходил на палубу. Он появился только тогда, когда его позвал посланный Сауданом матрос. Увидев киммерийца, все находящиеся на палубе невольно внутренне подтянулись. Когда их командир подошел к ним, они вскочили
— Привет, ребята! — просто сказал Конан. — Я не особый любитель разговоров. Клянусь бородой Крома, мне более привычно работать мечом, да и вообще тем, что колет, рубит и режет. Поскольку сейчас наша жизнь и жизнь остальных, — он кивнул на корабль, — в наших собственных руках, то мы должны быть готовы всегда, и не только готовыми, но и умелыми воинами. Поэтому я посмотрю, на что каждый из вас способен, проверю, какое у каждого оружие, а потом назначу всем занятия и распределю караулы на ночь.
— А ты сам-то все умеешь? — спросил один из солдат, крепкий мускулистый туранец, которому не очень понравилась речь гиганта-варвара.
— А вот это совсем не твое дело, — отрезал Конан, даже не оборачиваясь к говорившему. — Я назначен командиром, и мне нужен боеспособный отряд, а не просто сборище солдат. Не потерплю никаких пререканий со мной или обсуждения моих действий.
Он уже был достаточно опытным воином, не один раз командовал отрядами — и даже войсками! — во многих странах и знал, что дисциплину необходимо наладить с первых же мгновений, иначе в решительную минуту на своих подчиненных положиться будет нельзя.
— Если кто-то думает, что он попал сюда отдыхать и играть в кости, то у него еще есть возможность попытаться вплавь вернуться в Аграпур. По-моему, тебе лучше сделать именно это. — Киммериец резко повернулся и взглянул прямо в глаза недовольному солдату.
— Да ты что, — отшатнулся тот, — я ведь просто спросил…
— Ну и хорошо, — миролюбиво ответил варвар, — будем считать, что ответ на свой вопрос ты получил, не так ли?
Солдат угрюмо кивнул головой в знак согласия. Конан еще раз осмотрел строй своих бойцов. По виду это были опытные, закаленные в боях вояки, о чем свидетельствовали шрамы на их обветренных лицах и руках. Ребята все были как на подбор высокими, мускулистыми и крепкими.
«Молодец капитан, — подумал про себя Конан, — редко когда удается собрать такой отряд. Все удальцы, как на подбор. Вот разве что…»
Среди остальных воинов несколько выделялся один человек, высокий юноша с темными волосами и тонким смуглым лицом. Глаза смотрели на киммерийца смело и с явным интересом, как будто юноша видел его не в первый раз. Варвар не страдал отсутствием памяти и, немного подумав, пришел к выводу, что он-то этого паренька не видел никогда.
«Ладно, — решил он про себя, — времени впереди много, там разберемся».
— Значит так, друзья мои, — сказал он солдатам, — с завтрашнего дня займусь каждым из вас в отдельности. Проверим амуницию и что у каждого за душой. Всем понятно, воронье? — гаркнул он.
— Понятно, командир, — дружно прозвучало в ответ.
— Вот так-то лучше, — удовлетворенно буркнул киммериец, — отдыхайте.
Проведя, таким образом, первый смотр своего войска, Конан подошел к капитану, который, стоя несколько поодаль, наблюдал, тем не менее, всю сцену от начала до конца.
— Хороших солдат подобрал, — похвалил он капитана.