Ледяное сердце
Шрифт:
— Что же это за случай?
— Садись, — сказал Антти, показав на скамейку. — Побудем на воздухе, пока погода немного балует. Значит, так: едва Юха сказал мне название поселка, я связался с одним надежным человеком, который может поведать о жутких и неразгаданных происшествиях по всей области с середины прошлого века. Спросил его, не было ли там чего-нибудь подозрительного в пору молодости наших ведьм. И представь себе: нашлась темная история, к которой Хафиза Шухад имела отношение! Официально — самое косвенное, но стоит добавить одну
Илья слушал, затаив дыхание, и страшные ночные видения вновь воскресали в памяти.
— Тела двух медиков-первокурсников, парня и девушки, обнаружили на обочине у шоссе, в овраге, присыпанном листьями. У девушки имелись травмы, типичные для сексуального насилия, но ни спермы, ни крови, ни кожи под ногтями, — ее будто тщательно продезинфицировали. У юноши вообще ни царапины, так что версия с простым разбойным нападением отпадала сразу. Но самое странное — это причины смерти. Экспертиза установила, что умерли они от остановки дыхания и отказа внутренних органов, а пару часов до этого пребывали в бодрствующей коме. Иными словами, кора головного мозга у них погибла еще раньше.
— На этот счет были какие-нибудь версии?
— Заподозрили травму головы или отравление, но эти версии не подтвердились, а никакие другие не могли объяснить, как подобное случилось с обоими сразу. Тут пошла в ход мистика и конспирология: излучения от сотовой вышки, ядовитые отходы, тайные ядерные испытания, аномальные зоны, контакт с инопланетянами... Прямо-таки локальный «перевал Дятлова»! Ты, возможно, не помнишь, Элиас, но в 90-е годы подобные темы очень любила желтая пресса. Наверняка и этим беднягам в ней уделили крупицу внимания, хоть для них это уже не имело значения.
— Ну а как в этом деле всплыли сестрицы Шухад?
— Они все четверо учились в одном вузе, хоть и на разных кафедрах. Марокканцев в то время там было не очень много, так что эти девицы привлекали внимание. И если сложить показания всех свидетелей, то именно они последние видели эту пару живыми, если не считать одной подружки Хафизы, девушки из «новых русских», которая устроила вечеринку на своей даче. И дача эта располагалась недалеко от нынешнего логова ведьмы — сейчас тот дом уже давно развалился, а все семейство уехало за границу. В этих краях ты и оказался.
— Я верно понимаю, что других фигурантов в деле не было?
— Да, про Абдуллатифа Кахинни в этом кругу, похоже, никто не слыхал, — прищурился старый колдун. — По официальной версии владелица дачи вызвала гостям такси и они туда садились на ее глазах целые и невредимые, а что было потом — для нее тайна великая. Камер наблюдения ни на шоссе, ни в поселке тогда не было, записи звонков тоже не сохранилось, как и прочих зацепок. В общем, чистый «висяк». И вот теперь, Элиас, расскажи подробно, что ты увидел.
Илья рассказал все, не упуская деталей, стараясь говорить по существу и отстраненно. Но временами голос предательски срывался, особенно когда он
— А вот финал мне, увы, не показали, — горько усмехнулся он.
— Ну, по тому, что я тебе сообщил, мы худо-бедно можем его смоделировать. Латиф явно вынул из них душу, а была ли это его импровизация или воля Хафизы, уже не важно. Мы с тобой отлично знаем клиническую картину этого состояния, не так ли?
— Да, все сходится, но в полицию с такой версией не пойдешь.
— Тогда у вас еще была милиция. Но если бы ребята и остались живы — вряд ли стали бы искать там помощь. Сам подумай, каково девчонке было бы рассказывать, как ее лапал какой-то бешеный урод! Тем более непременно начались бы вопросы: а зачем сами туда пошли, зачем пили? Да еще хозяйка дачи из непростой семейки — кто бы в то время захотел впрягаться за нищих приезжих студентов? Так что о них попросту забыли, едва завяли цветы в вазе под фотографиями, висевшими в вестибюле института. Нам очень повезло, что у моего знакомого в архивах завалялась эта история.
— Господи, да в каком же мире мы живем, что люди не могут надеяться на помощь из-за страха, что кто-то там что-то подумает! — вздохнул Илья.
— В обычном, Элиас! Знаешь, какой-то умный человек сказал: сначала мы беспокоимся, что о нас подумают, потом решаем на это наплевать, но только став по-настоящему взрослыми, сознаем, что никто о нас и не думает. Увы, для многих эта нормальная истина так и не открывается.
— А близкие у этих ребят остались?
— К сожалению, нет, да и тогда были только одинокие матери — тоже стандартная картина, особенно для тех лет. Думаю, Хафиза и это брала в расчет, когда их приглашала.
— Значит?.. — задумчиво произнес Илья.
— Значит, эта правда нужна не людям, не обществу, а духам Туонелы. Ифрит украл то, что принадлежало им, не дал упокоить эти души должным образом. Демонам позволяется умерщвлять людей только ради спасения другой жизни, в других случаях они нарушают баланс мироздания, и тогда проводники обязаны наказать виновных и дать жертвам успокоение. Возможно, это и есть условие избавления от заклятья.
— Вот что! — промолвил Илья и обхватил голову руками. — Неужели у нас действительно появился шанс? Вы научите меня, как упокоить души?
— В этот раз я сам с тобой пойду: слишком уж напряженное предприятие, — твердо сказал Антти. — Я еще не настолько слаб, чтобы дома отсиживаться в такой исторический момент. Но стоит дождаться праздников, тем более что ведьма решила взять передышку на это время. Нам она тоже необходима, а для города пять дней ничего не спасут.
— В Новый год совсем нельзя колдовать?
— Слишком высок риск заблудиться в междумирье. Знаешь поверье, мол, как встретишь год, так и проведешь? Так вот на самом деле безвременье — очень опасная штука, и не только для колдунов. Впрочем, тебя-то осторожности учить не надо.