Ледяное сердце
Шрифт:
– Этот, этот… – Парень ткнул пальцем в Обито, не сводя с него яростного взгляда. – Запихал мне в глину конфеты! Ты мне весь материал испортил, зараза!
– Но Тоби хотел как лучше! – Плаксиво протянул брюнет, шмыгая носом.
– А зачем ты запихал туда конфеты? – Удивилась Алиса и поглядела на парня.
– Чтобы Дейдаре-семпаю вкусно было. У него же на ладошках ротики. Он ими, наверное, тоже вкус чувствует. А глина не вкусная. Тоби знает, Тоби пробовал. А конфеты же сладкие! Они вкуснее глины!
Девушка рассмеялась. Дейдара обиженно поглядел
– Прости, прости, Дейдара-кун. – Отсмеявшись, сказала некромантка. – Просто выходки Тоби крайне забавны.
– Крайне разрушительны, да. – Поправил блондин, злобно сверкая глазом, и поставил на стол две сумки.
– Значит так, Тоби, достаёшь из моей глины все, я повторяю, ВСЕ, конфеты! Я сам проверю, м!! Иначе я запихаю всю эту глину тебе в рот и подорву, м!
– Неужели Дейдаре-семпаю не понравился мой подарок??? – Обито поник.
– Начинай выковыривать конфеты, м! Я через час приду и всё проверю, м! – Блондин развернулся и направился к двери. Вдруг запнулся о лежащий на полу стул, с грохотом свалившись на пол и, шипя, поднялся.
– Ты в порядке? – Обеспокоенно поинтересовалась Алиса.
– Жить буду. – Буркнул он и, слегка прихрамывая, ушёл.
Некромантка почесала затылок и поглядела на Обито, вытряхающего из сумок содержимое. Глина была белая, но местами виднелись разноцветные розовые шарики и квадратики.
– Ты что, ему леденцы в глину запихал? Ну, хорошо хоть не шоколадные конфеты. Будешь всё это вынимать?
Обито развёл руками.
– Сам натворил, сам и уберусь. А про шоколад это ты хорошо сказала. Надо будет намешать вместо леденцов.
Девушка хихикнула.
– И за что ты так невзлюбил Дейдару?
– Его просто забавно злить. – Отмахнулся Обито. – Поможешь?
Девушка качнула головой и усмехнулась.
– Сам напакостил, сам и разбирайся. А вообще, не знаешь, где Итачи?
Брюнет пожал плечами.
– Понятия не имею. Где-то в убежище. Может, на тренировочной площадке занимается. А тебе зачем?
– На обследование его надо. Он же болен.
– Хм. Бесполезная трата времени. Саске всё равно его скоро прикончит.
– А если он Саске во время боя заразит?
Парень снял с лица маску, задумчиво потёр подбородок, смотря на кучу глины, будто раздумывая, с какого края лучше начать, после чего поглядел на девушку.
– Сомневаюсь, что такое возможно.
– И всё же, лучше подстраховаться. Ты ведь хочешь Саске принять в Акацуки? А если тот будет болен и кровью кашлять начнёт?
Обито поёжился.
– Ладно, пойду я Итачи искать. Леденцы ещё остались?
Парень небрежно махнул рукой в сторону шкафа с посудой.
– В конфетнице что-то было.
– Ага, спасибо. – Девушка несколько минут покопалась в шкафу и, найдя конфеты в указанном месте, взяла несколько с собой. – Удачи в отмывании леденцов от глины.
Обито лишь махнул рукой в след уходящей девушке и принялся вытаскивать сладости, попутно придумывая, чем бы ещё насолить подрывнику. Подкинутый вариант с шоколадом был очень привлекателен…
Алиса
Найти потомка клана Учиха оказалось не так сложно, как думала некромантка. Она порой вообще начинала думать, что носитель Шарингана от неё прячется, хотя это было не так. Убедить Итачи в том, что необходимо принять снотворное перед лечением, поскольку так будет легче проходить само лечение не составило труда. Благо, Учиха, в отличие от Дейдары, врачей не боялся и за свою сохранность не беспокоился. Так что сейчас Итачи мирно спал после лечения и проспать он должен ещё часа три, не меньше. И за это время некромантка должна была придумать, как именно наложить заклятие.
Девушка сидела за столом и задумчиво смотрела то на ожерелье, то на кольцо, которые сняла с Итачи. Если наложить заклятие на, скажем, ожерелье, то душа Итачи окажется запечатана в нём. Весь минус заключался в, так называемом, приращения души к новому телу: одев ожерелье с запечатанной душой на пустое тело, нельзя его снимать, пока душа полностью не перейдёт в тело и не закрепится в нём. Процесс этот относительно долгий, от полутора месяца до года. Как повезёт.
С другой стороны, если накладывать заклинание на Итачи, в любом случае должно быть готово хранилище, куда заклинание пойманную душу и перенесёт. А хранилищем может быть всё, что угодно, начиная от того же ожерелья или камня и заканчивая плащом организации. И опять же сталкиваемся с проблемой приращения души. Впрочем, вряд ли Мадара даст ожившему Итачи уйти. Да и сам парень вряд ли сможет хорошо контролировать тело, пока его душа полностью в нём не закрепится. Так что даже если будет очень стараться, далеко не уйдёт.
На самом деле, был ещё третий вариант – Алиса попросту могла призвать духа умершего Итачи и вселить в тело. Но девушка такое не любила, как минимум из-за того, что ожившие очень не рады своему воскрешению и зачастую пытаются убить, если их вовремя не взять под контроль. Да и потом, воскрешённый таким способом зависит от маны призвавшего. Нет маны – воскрешённый погибает. Если же нужен воскрешённый, не зависящий от маны, то тут отдельные манипуляции нужны. В общем, дело муторное и неблагодарное.
Блондинка тяжело вздохнула, взяла чистый лист бумаги, достала из сумки кисточку и баночку с готовой смесью и, мокнув в неё кисть, начала выводить символы.
– И почему Мадара попросту не решился подкинуть гомункула Саске? Убил бы его, настоящий жив остался бы, и все были бы довольны. – Мысленно рассуждала девушка, пока выводила символы. – С другой стороны, лечить потом Итачи надо было бы кардинально. С помощью пентаграммы, я думаю. А так ему только к новому телу надо будет привыкнуть. Займёт это, конечно, какое-то время, но всё же намного лучше иметь полностью здоровое тело, без шрамов, болезней и слепнущих глаз, чем такой ужас.