Ледяное сердце
Шрифт:
— Не надо, не утруждай себя! — остановил он потянувшуюся к колокольчику племянницу. — Я сыт. Хорошо поболтали?
Апполина не ответила и, налив в блюдечко молока, пододвинула его к хорьку.
— Можешь спокойно допивать чай, я подожду.
Рэнальд присел с другой стороны стола, достал какие-то бумаги, бегло просмотрел и убрал обратно во внутренний карман. Вызвав слугу, он приказал принести перо и бумаги и, пока дочь и племянница поглощали десерт, успел набросать пару писем. Все они легли на поднос лакея, которому было велено сегодня же
— Документы не забыла? — вопрос был обращен к Заре.
Девушка покачала головой и, встав, попрощалась с Апполиной.
— Не против, если мы пройдемся пешком? Тут недалеко.
Заре было все равно, лишь бы они вообще куда-то дошли.
Муниципалитет Айши располагался на соседней улице, деля здание с городским судом.
Отмахнувшись от нескольких разного рода занятий личностей, толпившихся перед входом, Рандрин пропустил дочь в пропахший сургучом полумрак. Не останавливаясь, игнорируя толпившихся в приемной людей, он распахнул дверь в кабинет какого-то клерка. Один взгляд — и проситель торопливо поднялся со стула и, кланяясь, попятился обратно в приемную.
— Горе на месте?
Клерк кивнул и вслед за посетителем шмыгнул за дверь.
Присев на стул, Зара с интересом рассматривала кипы бумаг, разбросанные по столу чиновника.
Через пять минут появился невысокий лысый человек и, извиняясь, попросил их пройти к нему. А еще через десять в руках у девушки были новые, еще пахнущие чернилами документы. Гербовая бумага с красно-коричневой сургучной печатью сообщала о рождении в мае такого-то года в городе Юр Зары Рэнальд Рандрин-С» Эте; отцом значился герцог Рэнальд С» Эте, а матерью — девица Эгюль, «неизвестного рода и происхождения». Новая метрика, помеченная, как полученная взамен утерянной, была заверена подписью главы муниципалитета столичного города Айши и росписью родителя новорожденной герцогини.
— Довольна? — Рандрин поймал улыбку на лице дочери, бережно убравшей бумагу в кошелек на поясе.
— Разумеется, Вы сдержали обещание, сделали даже больше, чем я ожидала.
— Ты о титуле и двойной фамилии? Раз уж я официально признаю тебя дочерью, то со всеми вытекающими отсюда последствиями. Не забудь сходить к директору и попросить выдать тебе новую розетку: Эзита ты уже не будешь. Хотя, я сам схожу. Учебный год начинается завтра? — Зара кивнула. — Прекрасно, значит, завтра я нанесу неофициальный визит в твою школу. Надеюсь, ты не станешь возражать, если мы появимся там вместе? Пусть привыкают к твоему новому положению в обществе.
Посланные вперед с вещами слуги уже ушли, Бланш и Зара, одетые в форменные платья, с парой книг подмышкой, стояли в холле, вспоминая, не забыли ли они чего-нибудь наверху, когда привратник доложил:
— Сеньориты, Его сиятельство герцог ждет вас в экипаже.
Графиня Одели удивленно округлила глаза:
— Что ему нужно, Грегор?
— Да ничего особенного, Бланш, просто отец любезно согласился подвезти нас до школы, — Зара завязала ленты
— Отец? — выронив книги, подруга прижала руки ко рту.
— Именно. У меня теперь новая фамилия — Рандрин, и, теоретически, я герцогиня.
Удобно устроившись в открытом легком экипаже, запряженном парой гнедых лошадей, Зара считала обращенные на нее удивленные взгляды. Пусть гадают, кто эта девушка рядом с Рандрином.
Эффектная группа не осталась не замеченной и сокурсниками виновницы переполоха, гуськом тянувшихся к ограде Высшей школы магического искусства. Внимание это лишь усилилось после того, как въехав во двор, повозка остановилась и, первым соскочив на брусчатку, герцог подал руку сначала Заре, а лишь затем — графине Одели.
— Благодарю, отец, дальше я пойду сама, — нарочито громко, чтобы слышали все, сказала девушка.
— Как хочешь, — усмехнулся Рэнальд. — Я зайду к директору, поговорю с ним о тебе. Тебя тут все устраивает? Комната, питание…
— Абсолютно. Я не неженка, не нужно меня так опекать.
Гордо вскинув голову, Зара под перешептывания школьников прошествовала к пансиону. Да, о ней будут говорить в ближайшие несколько дней.
— А ты тихоня, столько лет скрывала от нас правду! — к ней подбежала Ри. — Даже мне не сказала!
Уж кому-кому, а тебе бы я рассказала в последнюю очередь! Что, теперь не считаешь себя первой красавицей? Ба, а это что такое? Неужели сам лорд д» Азан? И хочется подойти, и страшно. Конечно, страшно после того, как тебя проучил Эйдан, а уж при мысли, что приставал к дочери Рандрина, и вовсе тошно становится.
А ведь Зара осталась-то прежней, что ж они так переполошились? Подлизываться начнут, но этот номер не пройдет, она всех хорошо за три года изучила.
— Я так счастлива, я так счастлива! — прыгала по комнате неуемная Ри, нервируя соседку своей аномальной активностью. — Нет, ну ты, правда, Рандрин?
— Тебе документы показать, или отца попросить подтвердить? — буркнула Зара. Прошло всего полчаса, а Ри успела ей до смерти надоесть. Иногда так хочется нарушить правила и превратить ее в лягушку — и от нелюбимых веснушек сразу избавиться. А, что, радикальное, но верное средство.
Шутки шутками, а на общем собрании герцог появился. Встал рядом с сеньором Граппом, сказал притихшим школьникам пару приветственных слов, а потом неожиданно:
— Позвольте представить Вам мою дочь, сиятельную сеньориту Зару Рандрин-С» Эте.
Со смешанной гаммой чувств на лице Зара постояла пару минут рядом с герцогом, а потом, злобно шепнув: «Вовсе необязательно было это делать!», поспешила вернуться к Бланш. Скорей бы уже занятия, а то слава начинает ей надоедать.
Четвертый курс принес Заре Рандрин массу удовольствий. Во-первых, начались уроки защитной магии, во-вторых, им начали преподавать азы пограничной «серой» магии, сопряженной с риском причинить кому-либо боль. В-третьих, возобновилась ее любимая демонология; сейчас они изучали драконов.