Ледяное сердце 2
Шрифт:
– Долго объяснять. Если коротко: я люблю другого.
– Кого?
– напрягся принц. Его пальцы больно впились в ее запястье.
– Неважно! Арилан, отпусти меня!
– Не отпущу. Ты нужна мне. Если хочешь, я дам тебе время. Зара, подумай еще раз, не отвечай сразу. Я ведь тебе нравлюсь, наверное, тебе сложно в этом признаться...
– Самоуверенный идиот! Как я рада, что весь ваш род истребили!
Девушка ойкнула - так крепко он сжал ее руку.
– Зара, три недели назад умерла моя мать...
– глухо сказал
– Знаю. Сочувствую, но замуж за тебя не выйду.
– Она этого хотела.
– Еще бы, странно, если бы нет. Считай, что ты выполнил ее предсмертную волю.
– Зара, я даю тебе две недели на раздумья. Надеюсь, ты примешь правильное решение.
– Возомнил себя самым распрекрасным женихом на свете, не ожидал отказа? Это не я должна что-то обдумать, это ты должен понять, что если я сказала 'нет', то это именно 'нет', а не замаскированное 'да'. Как я теперь жалею, что сблизилась с тобой, проводила с тобой так много времени! Найди себе другую невесту, а меня оставь в покое. Даже если сговоришься с моим отцом, замуж за тебя я не выйду, лучше удавлюсь!
– Зара!
– Да, именно так!
– Знаешь, - грустно сказал принц и отпустил ее, - а ведь Советник отнесся к моим словам с большим вниманием, чем ты. Мне показалось, он даже был рад.
– Предатель! Вы оба - предатели! Поздравляю, Арилан, ты только что разрушил нашу дружбу!
– Зара, я прошу тебя...
Она не стала его слушать, с шумом захлопнув за собой дверь.
Скороговоркой повторяя: 'Я не выйду за него замуж!', девушка выбежала во двор. Ей хотелось вернуться в кабинет отца и закатить такую истерику, что дрогнут стены.
Арилан оказался настойчивым: кинулся ее догонять. И догнал, чтобы выслушать поток отменной брани в свой адрес. Принц пытался убедить ее, что все не так уж плохо, что из них выйдет отличная пара, что он готов терпеть все причуды ее характера, твердил о взаимопонимании и своей любви, напоминал, как хорошо они раньше проводили время, всего какие-то пару месяцев назад. Зара огрызалась, советуя ему взять себе в жены вампиршу, потом не выдержала и метнула ему под ноги небольшую молнию, выпуская пар. Арилан еле успел отскочить.
– Так, что здесь происходит? Применение боевой магии в городе запрещено, - раздался где-то рядом недовольный женский голос.
– Ну, что рад?
– прошипела девушка.
– Теперь из-за тебя у меня будут проблемы.
– Сеньорита Рандрин?
– к ним подошла Мелисса Шуарш, на всякий случай, приготовившись защитить 'невинную жертву колдовства'.
– Прекрасно! Вашему начальнику будет интересно узнать, чем Вы занимаетесь в рабочее время. И не стыдно Вам, сеньорита Рандрин? Уже не девочка, а позволяете себе...
– Это наше личное дело, сеньора Шуарш, у меня были на то причины.
– Боюсь Вас огорчить, но пятый пункт 'Магического уложения' никто не отменял. 'Категорически запрещается применение боевых и иных заклинаний,
– Если хотите, можете потребовать объявить мне выговор, -пожала плечами Зара.
– Его высочество заслужил то, что заслужил.
– Насчет выговора решать не мне, а сеньору Эршу. Так и быть, я не скажу ему, но впредь постарайтесь контролировать свои эмоции. Я ведь понимаю, - улыбнулась она, - между молодыми людьми иногда бывают размолвки...
– Вы ошибаетесь, сеньора Шуарш, между мной и Его высочеством ничего нет. Нет и никогда не будет, - сухо возразила девушка, бросив многозначительный взгляд на принца.
– Если Его высочеству что-то кажется, то это вовсе не означает, что так оно и есть в действительности. Если по городу ходят слухи о моей скорой помолвке, то прошу их развеять. Замуж я не собираюсь. Всего хорошего, Ваше высочество, извините, что оторвала Вас от занятий. Прошу простить меня, сеньора Шуарш, за отнятое время.
Развернувшись, она быстро зашагала к лестнице.
Зара сто лет не была у Бланш, но ей хотелось выговориться, а школьная подруга как нельзя лучше подходила на роль слушателя. Приходить с пустыми руками было неловко: как-никак у них малыш недавно родился, - поэтому после работы сеньорита Рандрин немного побродила по лавкам. Правильнее сказать - пометалась, потому что назвать степенной её прогулку никоим образом было нельзя.
Холмы Айши обеспечивают ноги необходимой физической нагрузкой, а, как известно, усталость и ярость вместе не уживаются.
Стоя в лавке с детскими товарами, девушка в недоумении осматривала чепчики, распашонки, погремушки и прочие принадлежности быта младенцев, которые услужливо демонстрировал ей продавец. Что выбрать, она решительно не знала, поэтому взяла игрушку - дети же их любят. Сама Зара младенцами никогда не интересовалась, в бытность жизни в деревне ни разу не остановилась возле молодой матери с ребенком, не просила, как многие другие, подержать маленького на руках. Чужие дети были для нее чужими детьми, интересными только их родителям.
Что до Бланш, то сеньорита Рандрин полагала, что подруга поторопилась. Нужно было пожить вместе пару лет, узнать друг друга получше и только тогда... Ведь жених - это одно, а муж - совсем другое. Вот спала бы пелена влюбленности, и стало бы ясно, достоин ли Авест Мавери того, чтобы сделать его отцом.
Да и финансовое положение семьи оставляло желать лучшего. Начальник городской стражи, несомненно, получает больше, чем капитан гвардии, но ведь им еще дом обустраивать... Ох уж этот их дом! Неужели после великолепного особняка Одели можно жить в этом убожестве, да еще с ребенком? Будто обыкновенные горожане, а не дворяне! Говорила же она, что этот Мавери не пара для графини Одели! А Бланш его любит...