Леди не летают
Шрифт:
— Но за что-то же вы его уволили?
— А Ригаллион в этой семье как паршивая овца! — с легким раздражением ответил ректор.
Следующие пять минут Рикошет тактично расхваливал ум, красоту, чувство юмора и другие достоинства уволенного преподавателя. Кларисса терпеливо ждала, когда же он перейдет к недостаткам, потому, что сейчас выходило, что «паршивая овца» слишком хороша для этой Академии и должна в ближайшее время сменить на посту Крылатого Короля.
Но не успел Рикошет закончить свои восхваления, как нелегкая
— Леди Кларисса, я велел отнести в вашу комнату все документы по учебному плану, — очаровательно улыбнулся дракон. — К сожалению, я не смогу провести сегодняшние занятия у третьего курса, потому, что вынужден принимать дела у лорда Агри. Но я еще с вечера подготовил список вопросов для контрольных работ по десяти темам, — тут лорд улыбнулся еще очаровательнее.
Кларисса представила искреннюю любовь третьего курса, которая постигнет ее после контрольной по десяти темам, и принялась мрачно прикидывать, сколько приспешников Багрового демона влезет в задницу сухопарого лорда Грайси. Стандартные пятнадцать там явно не помещались.
— Грайси, мы же договорились на завтра, — нахмурился Рикошет. — Ты что, не можешь сам провести эти занятия?
— Я буду принимать дела у лорда Агри. Думаю, леди Шар-Трени справится.
Преподаватель манер снова издевательски поклонился. В целом он очень и очень походил на господина Драко, с той лишь разницей, что начальник следственного управления относился к Клариссе довольно неплохо.
— Третий это же курс Жанны? — прикинула дознавательница. — Не вижу никаких затруднений, я сама хотела познакомиться с ними поближе. Чем быстрее, тем лучше.
— Как знаете, — пожал плечами Рикошет. — Грайси, у тебя все? Кларисса, напомните, на чем мы остановились?
Лорд Грайси изящно поклонился, выдал еще одну очаровательную улыбочку и пошел к двери.
— Мы остановились на штанах лорда Ригаллиона, — напомнила дознавательница.
Спина лорда Грайси застыла в дверном проеме. Кларисса мрачно посмотрела на эту спину и подумала о том, что господин Драко, конечно, был прав насчет драконьего снобизма, однако царящий в Академии бардак не смог предсказать даже он.
— Закрой дверь, Грайси, — устало вздохнул Рикошет. — Тебе нельзя обсуждать штаны, ты ведь снова преподаешь манеры. А вы, Кларисса, не обижайтесь, — добавил ректор, когда лорд ушел, — он просто рассчитывал преподавать право до конца года. А что касается лорда Ригаллиона, так мне скрывать нечего. Когда два месяца назад я застукал его с одной из студенток, схватил за шкирку и вышвырнул за ворота Академии, он как раз без штанов и был.
Кларисса тут же заинтересовалась подозрительной леди, интрижка с которой оставила Академию без преподавателя права.
— А что за девица? Если, конечно, она все еще де…
— Леди Кларисса! — укоризненно сказал Рикошет. — Это уж слишком! Я с уважением отношусь к…
Дознавательница вскочила,
— Что «леди Кларисса», Багрового демона вам в задницу?! О чем вы думаете в своей Академии?! Почему этого эпизода нет в материалах дела?! Почему об этом ничего не известно следственной группе?! Что я скажу господину Драко? Что вы беспокоитесь о нравственности?..
Кларисса хотела добавить «…как хозяйка борделя», но заподозрила, что тогда ее все-таки вышвырнут из этого высоконравственного заведения. Поэтому она снова опустилась на стул и сложила руки на коленях, искоса рассматривая красные пятна на щеках у ректора.
— Лорд Рикошет. Я не студентка и не преподаватель хороших манер. И если уж быть откровенной, имеющиеся у вас преподаватели манер в лице лордов Грайси и Агри никуда не годятся. Только давайте все же вернемся к нашим делам. Вы не сказали следователям о ситуации с лордом Ригаллионом потому, что не хотели опозорить студентку?
Лорд Рикошет поднял на нее глаза и кивнул. Молчал он, видимо, потому, что боролся с искушением накричать на леди в ответ. Было ясно, что он считает это недостойным и неприемлемым.
Зато пилить леди за ее манеры он явно считал нормальным!
— Странно, что больше никто не сказал, — заметила Кларисса. — Неужели эта история не получила широкой огласки?
Вот тут нежному Рикошету все же пришлось пояснять:
— Почти все преподаватели поддержали лорда Ригаллиона, — признался ректор. — Меня целый месяц, как вы говорите, «пилили», что леди Агате уже двадцать, и она в состоянии сама решать, в кого ей влюбляться. А я, может, и не имею к Агате никаких претензий. Они у меня только к лорду Ригаллиону.
— Правильно, нечего соблазнять студенток, — поддержала его Кларисса. — А то дособлазнялись уже.
Рикошет окончательно успокоился и принялся рассказывать, что влюбленный лорд Ригаллион осел в своем поместье и шлет пачки любовных писем, леди Агата демонстративно страдает, а преподаватели из числа дам ходят хвостом за ректором и уговаривают его сменить гнев на милость.
— Понятно, — вздохнула Кларисса. — Никто и не подумал на лорда Ригаллиона, потому, что все знают, что он влюблен в леди Агату.
— А вы?
— Пока не решила, — призналась дознавательница. — Меня смущает, что он так хорошо подошел под критерии Жанны. И да, я не считаю, что амурная история с выкидыванием героя-любовника без штанов это хорошее алиби.
Глава 4
Кларисса попрощалась с ректором, который сам прекратил разговор, заявив, что они вот-вот пропустят обед, прикрыла дверь и нос к носу столкнулась с Магарычем.
— Простите меня за эту идиотскую дискуссию об анатомии Багрового демона, — хмуро сообщил завхоз. — И насчет Крылатого Короля тоже. Мне не следовало так разговаривать с леди.