Леди маскарада
Шрифт:
Глава 19
Элинор завязали глаза и вывели на внутренний двор, расположенный позади здания, а оттуда – через душный тоннель, который, как предположила она, был проложен под несколькими соседними домами. Наконец с нее сняли повязку, и Элинор увидела, что стоит посреди тротуара. Она с облегчением вздохнула.
О нет! Оказывается, Элинор снова попала в западню. Невдалеке ее поджидал Себастьян Боскасл – хмурый и непреклонный. Она покорно приготовилась
– Если ты еще хоть раз выкинешь такое, я собственноручно прикую тебя к…
У Элинор не хватило духу спорить. Ей даже не пришло в голову спросить, как Себастьян узнал, где ее надо ждать.
– Где экипаж? – пробормотала она, направляясь туда, где, по ее мнению, он должен был стоять.
– Нужно идти совсем в другую сторону.
– Но почему?
– Ради Бога, Элинор, не задавай глупых вопросов.
– Нет, ответь мне, куда делся экипаж? Себастьян взял ее за руку и крепко сжал.
– Я его переставил.
– А где Уилл? – изумленно спросила Элинор.
– Он появится в нужный момент.
– Ты…
– Об Уилле потом. Лучше скажи, что случилось с тобой. Элинор съежилась под пристальным взглядом мужа.
Она увидела искреннюю заботу в его глазах, поняла, что Себастьян о ней волновался, и почувствовала, что может немного расслабиться. Муж крепко обнял ее, и Элинор позволила ему это, понимая, что заслужила его гнев, и сознавая, что сейчас нуждается в его поддержке.
– С тобой все в порядке? – прошептал Себастьян, когда Элинор положила голову ему на грудь.
Она кивнула, кусая губы. Ах, как бы ей хотелось как-то обойти в разговоре тему ее провала!
– Как тебе удалось убежать?
– Я бы не назвала это побегом. Скорее, меня выдворили, – пряча глаза, призналась Элинор.
– Так, значит, ты так и не забрала письмо?
– Не удалось. – Она высвободилась из объятий Себастьяна. Качая головой, Элинор сказала: – Я разыскала там сразу два письма, но меня поймали.
– Охранники? – спросил Себастьян, оглядываясь на улицу.
– Нет…
Из дома неподалеку раздались мужские голоса. Себастьян взял жену за руку и повел по улице. Его теплая рука дарила Элинор утешение.
Уилл, одетый в плащ из верблюжьей шерсти и высокую бобровую шапку, нервно вышагивал возле экипажа. Его белокурые, с рыжим отливом волосы были в беспорядке. А когда Элинор подошла ближе, она почувствовала, что от кузена сильно пахнет бренди.
– Твой муж, – сообщил Уилл, покосившись на стоявшего рядом Себастьяна, – сущее чудовище. Я думал, что он… что он собирается…
Тот не дал ему договорить, встав между ним и Элинор.
– Хватит чесать языком, как торговка на рынке.
Уилл молча кивнул и послушно занял место кучера.
Через пару минут Элинор сидела в экипаже напротив своего супруга, а гнедые рванули с места и понесли так резво, словно принимали участие в скачках.
– Не хочешь объяснить мне, что случилось? – спросил Себастьян, испытующе глядя в лицо притихшей жены.
– Одри Уотсон поймала меня с поличным, но потом отпустила.
Себастьян нахмурился, а потом потер лоб.
– Почему же она проявила великодушие?
– По-моему… Мне кажется, она понимает, почему я этим занимаюсь.
– Тогда, может, она и со мной поделится этим? – съязвил Себастьян, а затем грозно спросил: – Зачем тебе все это, Элинор? Почему ты ввязалась в такую авантюру?
Та резко отвернулась, чтобы не видеть его сердитую физиономию.
– Я задал вам вопрос, мадам.
– Ты в самом деле хочешь узнать?
– Да.
– Потому что мне очень нравится это занятие.
– Тебе доставляет удовольствие тайком проникать в чужие спальни и ускользать, рискуя покрыть свое имя позором в случае разоблачения?
– Это помогает мне развеять скуку.
– Миссис Уотсон известно о том, кто ты такая? – помолчав, спросил Себастьян.
– Пока нет.
– Вы раньше встречались? – удивленно поинтересовался он.
– Прошлым летом я видела ее мельком на аукционе в королевской академии, где проходила выставка акварелей Беллисанта.
– Нуда, разумеется, – согласно кивнул Себастьян.
Элинор сжалась в комок. Она чувствовала, что заслужила неодобрение мужа. Одри Уотсон может легко узнать, кто она такая. Это просто вопрос времени. Герцогине придется пережить двойное унижение – не только от разглашения якобы опрометчивых связей герцога, но и от того, что их разоблачит самая известная в Лондоне хозяйка борделя.
– А еще у меня забрали мой любимый пистолет, – пробормотала Элинор.
– Ну, это не самая высокая цена за свободу. Я был готов разнести весь дом в щепки, чтобы вызволить тебя оттуда.
– Представляю, что это была бы за сцена, – грустно улыбнулась Элинор.
– Если бы хоть волосок упал с твоей головы, я бы устроил им светопреставление, – мрачно проговорил Себастьян.
Она вздохнула. То, что муж о ней тревожился, растрогало Элинор и растопило остатки льда в ее сердце. У нее пропало желание прятаться в надежную броню, которая до этого не позволяла ей снова влюбиться в своего мужа.
– Ради чего весь этот риск, милая? Я все-таки не понимаю.
Себастьян сел рядом с ней.