Леди-мафия
Шрифт:
Впрочем, даже гадать было нечего. Это Таежник наносил ответный удар. Сначала Петруха, теперь вот Мишка... Кто же следующий? Ответ подразумевался сам собой.
Петруха и Мишка погибли с разницей в сутки. Но Артем добился, чтобы их хоронили в один день. Он стоял у их могил и с тоской смотрел на свободный участок земли рядом с ними. Неужели скоро отроют яму и для него?
Если и ему суждено умереть, то пусть его похоронят рядом с друзьями.
Ни у Петрухи, ни у Мишки никого не было, кроме родителей.
И те и другие рыдали над гробами Мишки и Петрухи, но это было вчера и сегодня утром. А потом они куда-то исчезли. Артем как-то не обратил на это внимания. Слишком уж велико было его личное горе... Но стоп, куда же они все-таки делись? Не могли они не поехать на кладбище. Чертовщина какая-то...
Родители Мишки и Петрухи появились через два дня. Бледные, осунувшиеся, на лицах печать безумного страха. Они сразу же разыскали Артема.
– Что случилось? Где вы были? – спросил он тех и других.
Он усадил их за стол в баре клуба. Заказал горячее, выпивку. Спиртное сейчас было просто необходимо.
Женщины расплакались. Мужчины отвернули в сторону глаза.
– Да что такое? Рассказывайте все по порядку... – в предчувствии непоправимой беды попросил Артем.
– Да что тут рассказывать? – вздохнул Евгений Георгиевич, отец Мишки.
– Похитили нас, – вбил в пол взгляд Николай Сергеевич, отец Петрухи.
– То есть?..
– Людей много было, горе. Ничего вокруг не замечали. А тут вдруг свет померк перед глазами, – всхлипнула Наталья Андреевна, Мишкина мать.
– И со мной так же... – добавила Елена Антоновна. – Очнулась в какой-то комнате. Богатая комната...
– Со всеми так было... А потом появились какие-то люди. Морды бандитские, глаза акульи. И мужичонка с ними хлипенький. Душеприказчик вроде...
– Какой душеприказчик? – не выдержал Артем.
– В общем, так, Артем, продали мы свои акции...
– Какие акции? – Он почувствовал, как почва уходит у него из-под ног.
– Мы же наследники первой очереди. Акции сыновей достаются нам, так адвокат и объяснил...
Артему все стало ясно. Пока он горевал, бандиты Таежника не дремали. Взяли в оборот наследников убитых. Оформили на них все бумаги. Нотариус их заверил. Все по закону, ни к чему не придерешься. А потом выкупили у них акции. И нож к горлу не приставляли. Все решилось само собой...
– И за сколько же вы их продали? – тускло спросил он.
Хотя это уже не имело никакого значения.
– Мы свои отдали за пятьдесят тысяч долларов, – сказал Евгений Георгиевич. – Это большие деньги...
– И мы тоже... – кивнул Николай Сергеевич.
– Что? – В самую пору хвататься за голову. – Но это же мизер! Вас обвели вокруг пальца...
– А мы знаем. Но у нас не было иного выхода.
– Мы тут с Евгением Георгиевичем решили скооперироваться. Ферма у нас своя будет... – открыл радужную перспективу Николай Сергеевич.
– Удачи вам, – автоматически выдал дежурную фразу Артем и поднялся со своего места.
Ноги были как ватные. В голове шумело. Руки дрожали.
Вот и все. Прощай, клуб! Со своей третьей частью акций он никто. Будет получать дивиденды, и все. И то, если дадут. Контроль над заведением перейдет к Таежнику. И это всего за сто тысяч долларов... Но ничего уже не поделаешь.
Можно попытаться оспорить акт купли-продажи в суде. На каком основании произведено введение в наследство? Доказать недееспособность родителей покойных на момент сделки... Но это ничего не даст, кроме пули в голову.
Теперь он понимал, почему его оставили в живых. Слишком уж он хорошо спрятал Катю. К ней бандиты подобраться не могли. Да, может, это уже и не нужно. Контрольный пакет акций у них в руках... Артем Городецкий для них все одно, что пыль под ногами. Пусть пока живет...
Он ехал домой, не взяв с собой телохранителей. А зачем они? Если его решили ликвидировать, никакие охранники не спасут. В этом он уже убедился на примере Петрухи.
Подъехал к своему дому, вошел в подъезд, поднялся на лифте на шестой этаж, достал ключ от своей квартиры, открыл дверь. Зашел в прихожую, и тут на него сзади обрушилось что-то тяжелое.
Очнулся он в своей комнате. Одна рука свободная, другая прикована наручниками к батарее центрального отопления.
В кресле в трех шагах от него как на троне восседал какой-то мужчина с властными чертами лица. По обе стороны от него стояли двое громил с непроницаемыми лицами и протухшими глазами.
Мужчина читал какой-то журнал, что-то вроде коммерческого вестника. Умный шибко, что ли... Ему подали знак, что пленник пришел в себя. Он отложил журнал в сторону и с выражением превосходства посмотрел на него.
– Ну что, голубь, допрыгался?
– Кто ты?
Закономерный вопрос.
– Не узнал?.. Не узнал... И не узнаешь!.. Таежником меня кличут...
– Сам пожаловал...
– Ага, собственной персоной... Достал ты меня...
– Еще не достал. Вот когда достану, тогда держись...
– Ух ты! Что, голубок, зубки прорезались?
– Прорезались они или нет, не твое дело. Но где жена моя, не скажу...
– На хрен нам твоя жена?..
– Что тебе надо?
– Да так, пустяк. Бумаги кое-какие подписать...