Леди и Волк

Берд Джулия

— Ты останешься в замке на несколько дней, Кэйт.

— Нет, Стефан, — в ее голосе слышалось отчаяние. — Родители хотят, чтобы я вышла замуж за Марлоу. Я хотела сбежать, поверь мне, но это было невозможно.

— Ш-ш-ш. Молчи. — Стефан бережно разглаживал морщинки на ее нахмуренном лобике. — Я все знаю и не обвиняю тебя. Ты должна набраться терпения. Планы Марлоу мне хорошо известны, но у меня есть свои собственные, которые решат наши проблемы.

В ее взгляде он читал любовь и сомнения.

— Разве ты волшебник, который может превратить железо в золото?

— Было бы лучше,

если бы ты просто верила мне. Я клянусь, что он не тронет тебя.

Стефан притянул Кэтрин к себе. В серебристом сиянии луны его огромная черная тень, казалось, поднималась выше деревьев. Развязав плат на ее шее, Стефан распустил шелковистые локоны по спине.

— Один последний поцелуй перед тем, как я исчезну в ночи.

Когда их губы встретились, Кэтрин затрепетала. Со стоном наслаждения она отвечала на чувственные движения его языка. Пальцы Стефана скользили по золотистому шелку волос, подставляя обнаженную мраморную шею лунному свету. Он ласкал и целовал ее губы до тех пор, пока девушка не попыталась оттолкнуть его. Но сопротивление ее было слишком слабым, чтобы прервать поцелуй.

Кэтрин никогда не могла устоять перед его натиском. И хотя она ненавидела Стефана за это, руки сами обвивали его шею. Сколько сомнений ей пришлось побороть прежде, чем отважиться на ответное чувство! Конечно же, ей придется заплатить за нарушенную клятву, но это будет потом. А сейчас…

Стефан прижимал ее к себе все крепче, ведя в медленном эротическом танце. Они задыхались от желания слиться телами в порыве, которому не суждено было состояться, поскольку одежда отделяла их друг от друга.

— Ты напряжена, — прошептал он девушке, когда она приникла к его щеке. — Ты не веришь, что я буду рядом. Но я обещал, что вернусь за тобой, и сдержу свое слово.

— Я верю, но боюсь… потерять… тебя. — Тело Кэтрин внезапно выгнулось от пронзившего его спазма.

Луна освещала все вокруг голубым сиянием. От черной земли поднимался запах плодородия. Наступивший покой восстанавливал душевные силы.

— Кэтрин! — ворвался вдруг в тишину свирепый окрик Марлоу. Он был всего в десяти футах от них. — Где ты?

Девушка отшатнулась от Стефана, прикусив распухшие губы.

— Марлоу, — в ужасе прошептала она. Ее глаза были полны душевной мукой, когда она смотрела на исчезающего Стефана. Его прощальная загадочная улыбка растворилась в темноте. Через несколько мгновений зловещий смех эхом разнесся по лесу, приглушая удаляющиеся шаги.

У Кэтрин во рту все пересохло. Она быстро собрала волосы и повернулась навстречу разъяренному Марлоу.

— Кэтрин, — грубым голосом сказал он. — Что ты здесь делаешь?

Марлоу был изрядно пьян, и речь его была невнятной.

— Я… я хотела уйти подальше от шума, лорд Марлоу. Такие праздники не для меня.

Он шагнул к Кэтрин. Ощутив отвратительный запах перегара, девушка отшатнулась.

Марлоу поднял руку, словно собираясь что-то сказать. Неожиданно его лицо утратило всякое выражение. Он громко рыгнул и без сознания свалился на землю.

Девушка была ошеломлена этим зрелищем. Затаив дыхание, она с опаской ожидала, когда он придет в себя. Когда стало ясно, что это случится не скоро, она облегченно вздохнула

и рассмеялась. Теперь надо было найти Стефана. Она перебежала через лесок, надеясь обнаружить его там. Однако он не вернулся. И ей ничего не оставалось, как обреченно вернуться в замок в сопровождении его уставших обитателей.

Теперь она была уверена, что Стефан не покинет ее. У него на самом деле был определенный план. Впервые с тех пор, как Кэтрин покинула Даунинг-Кросс, она была полна надежд на будущее.

Но Марлоу не был единственным, кто стоял на пути к ее счастью. Был еще один. Это был призрак Джорджа. И Кэтрин должна была похоронить его раз и навсегда.

Глава 18

Два дня спустя после праздника, во время обеда в Грейт Холле, Марлоу схватил Кэтрин и поцеловал ее в присутствии всех гостей. Девушка была застигнута врасплох и не знала, что делать. Она смотрела на Марлоу, не веря, что он осмелился на такой отвратительный поступок. Придя в себя, она вытерла губы, словно ее укусила змея, и молча покинула гостиную. Марлоу был в бешенстве. Но это мало интересовало Кэтрин, хотя она и опасалась за собственную безопасность. Спальня была единственным прибежищем, где Кэтрин пока чувствовала себя относительно спокойно.

Ко всем этим неприятностям добавлялось беспокойство за Луппу, которая не появлялась уже несколько дней. И девушку не отпускало предчувствие, что с волчицей случилась беда.

На следующий день она решила разыскать свою любимицу и приказала оседлать лошадь. Но привратник отказался пропустить ее через подъемный мост. Однако после продолжительного спора он согласился при условии, что Кэтрин поедет в сопровождении охраны. Вместе с двумя всадниками она уже тронулась в путь, когда увидела Марлоу со сворой его охотничьих собак. Щеки его были обветрены весенним солнцем, за спиной висел колчан, полный окровавленных стрел.

— Ты решила прокатиться, любовь моя? — выкрикнул он, останавливаясь около Кэтрин. Жеребец под ним фыркал и рыл копытами землю.

— Да, — холодно ответила девушка, натягивая поводья. — Я не вижу Луппу последние два-три дня и хочу найти ее. Сегодня прекрасный день для поездки верхом.

— Луппа, — злобно произнес Марлоу. — Это гадкое животное. Я поеду с тобой.

— Нет! — едва не выкрикнула девушка. Смущенно потупив взор, она спокойно добавила: — Право, в этом нет необходимости. Меня охраняют.

— О! Но ты не узница, дорогая леди. Не надо охранников. Позволь мне сопровождать тебя. Мне кажется, я видел сегодня твою серебристую волчицу на дальнем поле. И могу показать тебе дорогу.

Марлоу не стал дожидаться ее приглашения и отправил охранников назад. Немного поколебавшись, Кэтрин пришпорила свою кобылу и стремительно унеслась вперед, опережая Марлоу. Но вскоре он ее догнал.

Дорога, по которой вел ее Марлоу, в самом деле, была совершенно незнакома девушке. Она пролегала через луговину, заросшую вереском. Солнце пригревало землю. Веселое щебетание птиц, порхающих с ветки на ветку, и фырканье лошадей, пощипывающих молодые побеги травы, успокаивали Кэтрин. Она с удовольствием подставляла щеки теплым солнечным лучам.