Леди и смерть
Шрифт:
– Но она выходит на прогулки, – возразил лорд Гренвилл. – Кто знает, с кем она может тайком встречаться?
– Моя сестра – разумная девушка, – Эмили знала, что должна поддерживать супруга, но в споре с мужчиной женщина всегда поддержит другую женщину. – Она не совершит никакого безрассудства. Жаль только, что своей нотацией, подходящей скорее твоей бабушке, ты мог разрушить ее доверие к нам…
«Вот я еще и остался виноватым! – слова жены рассердили лорда Гренвилла. – Вместо того чтобы поблагодарить меня за заботу о ее сестре, Эмили упрекает меня! О каком доверии можно говорить, если я опасаюсь, что у моей жены есть любовник!
– Прошу меня простить, я лишь хотел напомнить, что леди должна вести себя подобающим образом! – Уильям коротко кивнул и вышел из комнаты, оставив жену в недоумении.
– Что нашло на них обоих? – Эмили несколько раз повторила про себя последние слова супруга, и ей показалось, что в них был какой-то скрытый смысл.
Ей не в чем было себя упрекнуть в отношении Уильяма, а потому она не приняла его слова на свой счет. Может быть, лорд Гренвилл знает о романе Дафны и Ричарда? Но долго думать об этом она не стала, миссис Пейтон и мистер Соммерсвиль в состоянии позаботиться о себе сами. Другое дело – Кэролайн.
– Уильям прав, кто-то из наших соседей или их гостей нравится моей сестрице сильнее, чем она хочет признать. Кто же это? Кто-нибудь из Блэквеллов, Пауэллов или Тейлоров?
Некоторое время Эмили перебирала в памяти известных ей молодых джентльменов приятной наружности, способных привлечь внимание молоденькой девушки, но так и не смогла вспомнить, чтобы Кэролайн с кем-то из них кокетничала или хотя бы танцевала больше, чем с остальными.
Другое дело – Кэтрин Рис-Джонс. После Рождества Эмили узнала от соседок, что Николас Ченнинг находит способы появляться на балах и обедах, где должна быть мисс Рис-Джонс, и непременно танцует и беседует с нею. После свадьбы Сьюзен и Генри Николас не вернулся в дом своего отца, как ожидалось, а предпочел вновь сделаться гостем леди Пламсбери. Учитывая напряженность его отношений со старой леди – это о чем-нибудь да говорит!
– Неужели Кэтрин и Ченнинг увлечены друг другом? Она ведь так молода, а он так скучен…
Эмили и представить себе не могла, чтоб она сама или ее младшая сестра могли находить нудного Ника достойным внимания, но Китти еще слишком мало знает свет….
16
Леди Гренвилл не надела на бал Рис-Джонсов розовое платье. От Сьюзен Говард она узнала, что в розовом будет Кэтрин, и не захотела использовать те же тона, что и хозяйка бала. Светло-синему платью леди Гренвилл добавляли теплоты кремовые кружева, не позволяя ей казаться излишне бледной. Свой любимый жемчуг сегодня она заменила кораллами, и в целом воздушный туалет напоминал одеяние морской девы, русалки, выбравшейся на берег посмотреть, как веселятся человеческие существа. Даже ее хромота казалась естественной для этого образа – морской обитательнице тяжело передвигаться по земле, она предпочитает качаться на волнах.
Дафна и Сьюзен одобрили туалет подруги, а Кэролайн нашла его излишне смелым. Впрочем, многие леди позволили себе экстравагантные наряды, но не все из них смотрелись так утонченно, как платье леди Гренвилл. Миссис Блэквелл в драпировках в восточном стиле выглядела словно продавщица тканей, увешанная образцами своего товара.
Против ожиданий, Кэтрин Рис-Джонс неплохо справлялась с ролью хозяйки дома. Она
Мисс Меллотт в темно-зеленом платье, обманчиво уменьшающим ее формы, как она надеялась, сегодня пребывала в прекрасном расположении духа. Едва распространились слухи о будущей помолвке Филиппа Рис-Джонса и мисс Несбитт, на Эвелин вновь стали обращать внимание молодые люди из хороших семей и их маменьки, даже те, кто осуждал происхождение богатства мистера Несбитта. А ухаживания будущего лорда Пламсбери за Кэтрин только способствовали этому.
Будь Николас Ченнинг богат или хорош собой, Эвелин позавидовала бы кузине, но созерцание Кэтрин, неумело с ним кокетничающей, не могло испортить настроение мисс Меллотт. Она находила эту пару вполне подходящей друг другу и уверяла свою матушку, что вслед за помолвкой Филиппа все услышат и о помолвке его сестры. Может быть, это даже произойдет в один день, на сегодняшем балу – иначе отчего Кэтрин так и сияет?
После обмена приветствиями Филипп Рис-Джонс осторожно поинтересовался, намерена ли леди Гренвилл танцевать. Когда Эмили ответила утвердительно, он попросил ее составить ему пару и выбрать танец, наиболее удобный для нее, с этой мелодии музыканты и начнут бал.
Эмили понадеялась, что Флоренс Несбитт не обидится на нее за то, что хозяин дома открывает бал не с ней. Молодая леди получила необходимое воспитание и наверняка понимает, что сперва Филипп должен проявить уважение к высокородным гостям, а затем только сможет уделить время своей возлюбленной. Мисс Несбитт пригласил на первый танец кто-то из многочисленной родни Блэквеллов, а лорд Гренвилл, к удивлению Эмили, повел в паре мисс Рис-Джонс, опередив растерянного мистера Ченнинга.
Кэтрин заметно покраснела от смущения, а Эвелин, кажется, едва не позеленела от зависти – так говорила позже миссис Пейтон.
Верный друг Генри Говард, неизменно приглашавший Эмили на танец, если ее самочувствие это позволяло, не отступил от своего правила и теперь.
– Ты танцуешь уже третий танец вместо обычных двух! – заявил Генри, едва только они заняли свое место. – Мы со Сьюзен так рады видеть тебя полной сил и веселья! Должно быть, доктор Вуд постарался и приготовил для тебя особенное снадобье?
– Это все ваша свадьба! – рассмеялась Эмили. – Я уверена, это счастливое событие подействовало на меня лучше всякого лекарства!
– В таком случае хотел бы я, чтоб такие благотворные события следовали почаще, одно за другим! – засмеялся Говард.
– Надеюсь, что скоро мы будем поздравлять мистера и миссис Рис-Джонс со вступлением в брак, их помолвка не затянется надолго, как мне кажется.
Говард с некоторым сомнением на лице повертел головой, отыскивая мисс Несбитт и Рис-Джонса среди танцующих, но так и не увидел ни одну, ни другого.
– Четверть часа назад я случайно услышал, как они ссорились, – после паузы ответил Генри. – Кажется, мисс Несбитт в чем-то обвиняла Филиппа, а он был резок, едва ли не груб.
Эмили сочувственно вздохнула – ссоры влюбленных всегда вызывали в ней желание немедленно все уладить.
– Я уверена, еще до ужина они помирятся. Мисс Несбитт всегда бывает в хорошем настроении, она мила, приветлива и не умеет долго сердиться. А как можно сердиться на нее?! Рис-Джонс скоро раскается и попросит прощения!