Леди и лорд
Шрифт:
— Вполне возможно…
— А я тебя отблагодарю…
— На самом деле? — в притворном удивлении поднял он одну бровь.
— Да. Пожалуйста.
Удовлетворить просьбу Элизабет для Джонни не представляло никакого труда, поскольку он горел не меньшим желанием, нежели она.
— Давай же! — требовательно поторопила она, запуская пальцы в его густые волосы и склоняясь к его губам.
Потом Джонни лежал поверх нее и, чувствуя, как вздымается его грудь, думал, что Элизабет Грэм когда-нибудь доведет его до смерти. Настанет ли такой момент, когда он перестанет испытывать это постоянное всепоглощающее желание по
— Поехали… со мной… в «Три короля», — с трудом выдохнула она в его влажные от пота волосы.
Скатившись с Элизабет, словно она предложила ему выпить смертельного яда, Джонни распростерся на траве рядом с ней, закинул руки за голову и закрыл глаза. Прошла секунда, вторая, и тогда он, не открывая глаз, тихо шепнул:
— Да.
Позднее, когда его рассудок чуть прояснился, когда Джонни снова обрел способность говорить, когда сообразил, где находится, он спокойно добавил:
— В «Трех королях» мы сможем заниматься любовью в постели. — Элизабет улыбнулась в ответ на эти слова, а Джонни озабоченным голосом добавил: — Кажется, я вконец натер себе колени.
— Ты, видно, не привык заниматься этим на природе, — шутливо заметила Элизабет.
— Точно так же, как я не привык быть одержимым. Наверное, на меня так действует воздух Тинедейла.
— Или мое неотразимое обаяние.
— Да, — согласился Джонни, который после нескольких оргазмов пребывал в философском настроении. — Скорее всего. По крайней мере, колени себе я не натирал уже лет десять.
Мысль о том, чтобы заняться любовью в мягкой, удобной постели, казалась Джонни чрезвычайно соблазнительной, поэтому он немедленно вскочил на ноги и отправился на поиски воды. Вскоре он нашел чистый лесной родник, возле которого они с Элизабет умылись, а затем натянул на себя одежду с быстротой, присущей только военному человеку. Джонни помог одеться и Элизабет — затянул на ней корсет, застегнул многочисленные пуговицы ее платья, приколол булавкой платок на груди и даже извинился за то, что у него нет с собой гребешка.
— Когда я пригласил тебя на эту маленькую прогулку, я меньше всего думал о гребешке, — объяснил он.
— И я тоже, — призналась Элизабет, поправляя свои длинные светлые волосы. — Впрочем, я полагаю, никто из тех, кто нас ждет, не думает, что все это время мы и впрямь гуляли по лесу.
— Ну вот и прекрасно! — жизнерадостно откликнулся Джонни. — А теперь, леди Грэм, позвольте мне завязать ленты вашей шляпки, и постараемся предстать перед вашими телохранителями в лучшем виде.
14
Рука об руку они подошли к карете и расположившимся возле нее мужчинам. Некоторые из них играли в кости, другие просто отдыхали, разлегшись на поросшей травой обочине дороги. Монро, которого вообще было сложно увидеть без книги в руках, и на этот раз был занят чтением. Однако, как только Элизабет и Джонни появились в поле зрения, все до единого оторвались от своих занятий, и последнюю сотню ярдов любовники шли под изучающими взглядами нескольких пар глаз.
— Мы едем в «Три короля» все вместе, — сообщила Элизабет Редмонду, подойдя к карете. — Благодарю вас за то, что… подождали, — добавила она, непроизвольно покраснев.
Редмонд дипломатично потупился, однако, когда в следующую секунду он перевел глаза на Джонни, в их проницательном взгляде
— Леди Грэм пригласила меня, — спокойно произнес Джонни.
— Не сомневаюсь в этом, — ответил Редмонд — вежливо, но по-прежнему настороженно.
— Это мое решение, Редмонд, — пояснила Элизабет, мягко дотронувшись до рукава начальника своей охраны.
Несколько секунд Редмонд, похоже, колебался, словно давая понять, что воины из Ридсдейла не только подчиняются чужим приказам, но способны и сами принимать решения. Затем он кивнул и сказал:
— Очень хорошо, миледи. Надолго вы собираетесь у нас задержаться? — равнодушным голосом охранника, обращающегося к хозяину за инструкциями, спросил он, повернувшись к Джонни.
— Нет, не надолго, Редмонд, — ответила Элизабет за последнего. — Сейчас идет сессия парламента. И я не хочу никаких осложнений, — добавила она, сделав ударение на последнем слове и многозначительно посмотрев на капитана своих гвардейцев, брови которого все еще были сердито нахмурены. — Лэйрд Равенсби — мой гость и едет в «Три короля» по моему личному приглашению. На этом вопрос закрыт. — Элизабет говорила быстро и категорично, в ее низко звучащем голосе слышалась непререкаемая властность.
— Ну вот, видите… — с ленивой усмешкой проронил Джонни. Он прекрасно понимал причины подозрительности, владевшей Редмондом, однако был намерен ехать в «Три короля» вне зависимости от желания главного охранника. — Я тут ни при чем. Леди Грэм решает все сама.
— Что ж, если это действительно ее пожелание… — пробормотал Редмонд.
— Именно так, не правда ли, леди Грэм? — поддакнул Джонни. Взгляд, который он бросил при этом на Элизабет, был весьма красноречивым.
— Совершенно верно, — подтвердила та, ответив Джонни многозначительным взглядом смеющихся глаз.
— Значит, все улажено, — вежливо обратился Джонни к Редмонду.
Когда Монро узнал об изменении их планов, он с радостью согласился отправиться в поместье Элизабет. Молодой архитектор был приятно удивлен перемене, произошедшей в его кузене, который всегда старался сократить время своего общения с противоположным полом до необходимого минимума. Кроме того, он радовался за Элизабет, которая так и лучилась счастьем. Она, бесспорно, заслуживала его, поскольку за свою короткую жизнь видела слишком мало радостей. Монро, впрочем, не строил иллюзий по поводу продолжительности чувств Джонни, но он мысленно махнул рукой на свои сомнения. По крайней мере, сейчас ей было хорошо. Вдобавок ко всему Монро не терпелось взглянуть на дом, строительство которого затеяла Элизабет. Ее архитектурные планы, бесспорно, были интересны.
Итак, прерванное путешествие возобновилось. Монро и Джонни составили Элизабет компанию, перебравшись в ее карету. Они говорили о только что состоявшейся свадьбе Грэмов, о той помощи, которую Монро мог оказать в строительстве нового дома, о парламентской сессии и отце Элизабет. Впрочем, две последние темы давались им с большим трудом. Когда разговор зашел о некоторых сортах вин, которые Элизабет получала из подвалов лэйрда Равенсби, она обратила внимание на то, что в этом вопросе последний, несомненно, является крупным знатоком.