Леди, будте плохой
Шрифт:
– Любил. И провел много лет, расплачиваясь за него. Мой отец закладывал его несколько раз. Я унаследовал заброшенный кусок земли и гору долгов.
– О, простите. Джейн намекала, что дела начали ухудшаться еще до пожара.
Рочдейл фыркнул.
– Это очень мягко сказано. Эта женщина, моя мачеха, высосала из отца все до последнего гроша. Он заложил свое будущее и мое тоже, чтобы эта старая корова и ее вечно недовольная дочь ходили в шелках и жили в роскоши. Пока фермы арендаторов рушились, леди Рочдейл заново обставляла дом. Пока штат слуг в Беттисфонте сокращался до минимума, ее
– Господи! – воскликнула Грейс. – Разве он не мог ограничить ее в тратах?
Рочдейл покачал головой:
– Мой отец был слабым человеком, когда дело касалось женщин.
Он опять почувствовал на себе ее пристальный взгляд. Было бы легче, если бы она знала его только как распутного соблазнителя. Благодаря Джейн и ее болтливому языку у Грейс появилось желание докопаться до истины и выяснить, – может быть, он совсем другой? Последние двенадцать лет Рочдейл провел, пытаясь забыть того проклятого юного дурака, каким был когда-то. Тот мальчишка погиб в огне, так же как и его отец. Он терпеть не мог говорить о тех днях и ужасно сожалел, что Грейс узнала от Джейн так много о его прошлом.
И все же крошечный уголок мозга соглашался позволить ей допытываться. Это будет поддерживать ее интерес, что может послужить хорошей приманкой для достижения его цели.
– Вы поэтому никогда не женились? – вдруг спросила она.
Он рассмеялся:
– Потому что не хотел быть таким, как мой отец? Ни в коем случае. Я был слишком занят восстановлением состояния Рочдейлов за карточным столом. Теперь, когда я это сделал, я слишком занят, развлекая себя. Жена никогда не была частью моих планов на будущее.
– О? А как же дочь сквайра, за которой вы ухаживали?
Он дернул вожжи так сильно, что лошади от неожиданности взвились на дыбы. Потребовалась минута, чтобы успокоить их и восстановить шаг. Проклятие!
– Похоже, миссис Флетчер сегодня действительно хорошо посплетничала обо мне.
– О нет, вы не должны винить ее. Я спросила, откуда она знает вас, и она рассказала. Вот и все. Боюсь, я задавала слишком много вопросов, в общем, если она сказала больше, чем следовало, это моя вина.
– Так заинтересовались мной, да?
Она тихо рассмеялась:
– Немного.
– Ну что ж, если вы хотите знать, да, была дочь сквайра. Мисс Кэролайн Линдсей-Холмс. Светловолосая красавица, почти такая же, как вы. Моя юная натура была совершенно ослеплена. Между нами было то, что вы бы назвали пониманием. Она согласилась подождать со свадьбой, пока я закончу университет. Но как оказалось, она гораздо больше любила во мне наследника большого поместья и считала, что в моем распоряжении будет значительное состояние. Когда после пожара она узнала, что у меня есть только титул и больше ничего, она быстро перенесла свою привязанность на другого, более состоятельного джентльмена. Последнее, что я слышал, что она растолстела, как индюшка, и обзавелась выводком из шести или семи детей. Вот это промах.
– Для
Он рассмеялся:
– Думаю, для нас обоих. Ну а теперь не можем ли мы оставить в покое мое неинтересное прошлое?
– Позвольте мне еще один вопрос. Пожалуйста.
Он шумно вздохнул:
– Если вам это необходимо. Но только один. Я бы предпочел поговорить о вас.
– Джейн сказала, что вы очень увлекались учебой. Что вы могли бы даже стать священником, если бы у вас был выбор. Это правда?
– Джейн преувеличивает. Я был старательным учеником, это правда. Я до смерти надоедал им с Мартином своими книгами, но никогда не был истинным ученым. И никогда, никогда не чувствовал влечения к церкви. – Он рассмеялся. – Я оставляю это таким, как ваш покойный муж.
– Но как же вы…
– Больше никаких вопросов. Вы просили об одном, и я ответил. Если выдумаете, что из-за того, что я когда-то был идеалистичным юным глупцом, во мне осталось много хорошего, то вы ошибаетесь. Много лет назад я оставил эти идеалы. Я такой, какой есть, и мне нравится моя жизнь. Карты, вино, скачки, женщины. Вы не можете изменить меня, миссис Марлоу. Ну а теперь давайте поговорим о чем-нибудь другом.
– Я ничего не могу поделать со своим любопытством.
– Помните о кошке, которая задавала слишком много вопросов.
Она рассмеялась, и он снова был очарован чувственным звуком ее смеха. Он вдруг понял, что она уже не раз смеялась по дороге назад, в Портленд-плейс. Она начинала расслабляться рядом с ним, может быть, даже начинала доверять ему. Несмотря на вынужденные воспоминания о болезненном прошлом, этот день оказался успешным, продвинувшим Рочдейла ближе к поставленной цели.
Когда они подъехали к Мейфэру, начал моросить дождь, и Рочдейл остановил лошадей, чтобы поднять верх коляски. Еще одно очко в его пользу: крыша придаст их поездке немного интимности. Он решил попытаться еще раз поцеловать Грейс, когда они подъедут к ее дому. Если она позволит ему.
К тому времени, когда они подъехали к дому Грейс на Портленд-плейс, дождь разошелся не на шутку.
– Боюсь, у меня нет зонта, – сказал он. – Давайте подождем, здесь, пока дождь немного не стихнет. Я не хочу, чтобы вы испортили свою очаровательную шляпку.
Она выглянула из-под края кожаной крыши и быстро нырнула обратно.
– Только одну минутку. Я уверена, дождь скоро стихнет, – Грейс развернулась к нему всем телом. Напряженно глядя ему в глаза, она произнесла: – Лорд Рочдейл, вы должны позволить мне еще раз выразить мою благодарность за невероятную щедрость вашего пожертвования для Марлоу-Хауса. Не могу представить, как я смогу отблагодарить вас.
Он наклонился, теперь их тела соприкасались от плеча до колена.
– Я знаю один способ. – Рочдейл нырнул под поля ее шляпки и поцеловал. Прежде чем он успел углубить поцелуй, Грейс оттолкнула его.
– Господи, прекратите это. Кто-нибудь может увидеть.
Он взял ее руку и начал ласкать через перчатку пальцы.
– Мы совершенно закрыты. Никто не узнает.
– Я буду знать. Один раз вы поцеловали меня, застав врасплох. В другой раз – потому что выиграли пари. У вас больше нет причин целовать меня.