Леди Бэтмен
Шрифт:
— Что-то я тебя не вполне понимаю, — произнесла Мариша.
— А и понимать нечего! — отрывисто бросила девушка. — Ты просто сделай так, как я тебе сказала. Тут у нас такие дела творятся, что врагу не пожелаешь!
— Вера! — раздался злой голос Лики из противоположного угла комнаты. — Тебе не пора в зал?
Вера кинула на трех подруг выразительный взгляд, приложила палец к губам и выскочила за дверь. Через некоторое время Лика велела новеньким тоже идти в зал. В коридоре девушки заметались в разные стороны,, решив поискать выход. Но были перехвачены
— Улыбайтесь, черт вас возьми, держитесь раскованно, болтайте, флиртуйте! — снабженные таким напутствием подруги оказались среди гостей.
Сначала от волнения они толком ничего не видели вокруг себя. Но постепенно волнение улеглось. И девушки стали различать отдельные лица. Главным образом тут собрались мужчины. Были и женщины, но гораздо в меньшем количестве. Все мужчины словно на подбор выглядели достаточно обеспеченными, чтобы позволить себе вечеринку и в местечке куда круче этого. Но, кажется, никто из них совсем не сожалел о том, что пришел именно сюда.
И еще подруги, не теряющие даром времени, присмотревшись, заметили, что все гости хотя и весело болтают с девушками, прогуливающимися между столиками, и охотно глазеют на медленно раздевающихся танцовщиц, которые изгибаются на сцене, но словно бы ждут чего-то, что должно вскоре произойти.
— Похоже, гвоздь программы ожидается впереди, — шепотом произнесла Инна.
— Лишь бы этим гвоздем стали не мы с вами, — заметила Мариша, которую еще со вчерашнего вечера мучили нехорошие предчувствия, ставшие к этому моменту совершенно невыносимыми. — Да еще под каким-нибудь острым соусом.
— Б-р-р! — передернуло Катю.
— Ну, я вам скажу, и лица у этих гостей, — прошептала Инна. — Словно племя людоедов в ожидании трапезы у праздничного костра!
И вот наконец после полуночи волнение собравшихся в зале гостей, казалось, достигло апогея. Всех девушек из зала удалил Арик. И под предлогом «передохнуть» загнал обратно в ту самую комнатку, где они переодевались. У выхода встал охранник, который предположительно должен был охранять девушек от слишком уж назойливого внимания некоторых гостей. Но подругам показалось, что охранник стоит тут совсем с иной целью. А именно:
не выпустить из комнаты ни одну девушку до того, как… На этом месте фантазия подруг себя исчерпывала. И они не знали, что и предположить.
— Чего мы ждем? — наконец обратилась Мариша к одной из девушек.
— Ждем? — усмехнулась девушка. — Ждем, когда выберут одну из нас. Первую.
И она облизала кончиком языка пересохшие от волнения губы. В это время в зале ударил медный гонг. Некоторые девушки взвизгнули.
— Все, — произнесла соседка Мариши. — Выбрали!
В ее голосе прозвучало такое волнение, а в устремленных на дверь глазах плескался такой страх, что Маришу охватила волна ужаса. Хотя в комнате было совсем не жарко, из окон немилосердно дуло, а уж костюмчик на ней и вовсе был тонюсенький, ее обдало жаром. В комнате повисло молчание. Все взгляды девушек были прикованы к дверям. Наконец она отворилась, и в комнату
— Ты! — произнес он, указывая пальцем на Веру — ту девушку, которая первой заговорила с подругами.
Остальные девушки вздохнули с некоторым облегчением. Вера стала бледней мела, но держалась хладнокровно. Молча она вышла, и дверь за ней снова закрылась.
— А теперь что? — спросила Мариша у все той же сидящей рядом с ней девушки. — Куда ее повели?
— К гостям, — хмуро произнесла она. — Отстань. Тебе что, ничего не рассказали, когда ты сюда устраивалась?
— Нет, — покачала головой Мариша.
— Ну дают! — то ли восхитилась, то ли возмутилась девушка. — Совсем обнаглели. Нас хоть предупредили, когда нанимали, чем мы рискуем.
— Чем? — спросила Мариша. — О чем предупредили? Они тут раз в неделю собираются, по пятницам, — принялась объяснять ей девушка. — И каждый раз сначала присматриваются к нам, как к добыче, а потом выбирают некоторых из нас для особых забав.
— Для каких забав? — пожелала уточнить Мариша, но ее перебила другая девушка.
— Сначала мы думали, что тех девушек просто потом увольняют, — возбужденно произнесла она, обращаясь к Марише. — А потом мы смекнули, что их убивают. То есть, может быть, и не специально, а сначала, как обычно, измываются над ними, некоторые, наверное, не выдерживают, ну и…
— Что? — осипшим голосом спросила Мариша. — И когда же вы это поняли?
— Последние три недели каждую пятницу после представления исчезала одна из нас, — сказала девушка. — Одна девчонка вообще была новенькой вроде вас. Она в этом баре в обычные дни официанткой работала. А потом пронюхала откуда-то, что нам лучше платят. И тоже явилась, на работу устраиваться. Ну, и устроилась на свою голову. Один вечер покрутилась и исчезла.
— А что говорит ваше начальство? — спросила у девушки Мариша.
— Арик говорит, что все пропавшие девушки живы и вполне благополучны, но мы ему не верим, — ответила танцовщица. — Ты же видела, сегодня он даже охрану к нашим дверям поставил. Нет, лично я сюда больше не сунусь. И никакие их деньги мне не нужны.
Но Мариша уже пристала к ней, как банный лист, требуя подробностей. Они не заставили себя ждать. Развязав язык, девушка уже не могла остановиться, пока не выплеснула все, что накопилось у нее на душе за эти три недели, несмотря на явное недовольство ставленницы начальства Лики. Но на ее шипение и угрозы уже никто не обращал внимания.
Оказалось, что при приеме на работу всех девушек предупредили, что от них могут понадобиться услуги для любителей «садо-мазо». Кое-кто отказался, но большинство согласилось. Ремесло этих девушек заставляло их на многие вещи в жизни смотреть проще. И в самом деле, вначале нанятые отделывались одними побоями. Некоторых били более жестоко, другим вообще везло, они за приличные деньги отделывались легкими ссадинами. Но тем не менее никого не убивали и даже не калечили всерьез. Несколько шрамов от кнута на спине оплачивались более чем щедро. И в общем, девушки не роптали.