Шрифт:
Пролог
Луна светила ярко, освещая чёрное небо, усеянное множеством жёлтых звёзд. Ночь в Северных землях Империи была беспощадной. Всё живое, что попадалось ей на пути, мгновенно покрывалось толстой коркой льда. Путники, что не успели скрыться в тепле, замерзали намертво, оставаясь в Северных землях навечно. Животные, чуть дольше оставшиеся на улице, уже не могли добраться до своих нор, и застывали, превращаясь в холодные скульптуры, сотканные самой природой. Лёд Севера не знал жалости и сострадания, да и не было у него такой задачи.
Где-то вдалеке ледяных просторов, в большом зале замка на полу лежало бездыханное тело маленькой
Мальчик лет пятнадцати стоял за большой колонной, скрывающей его фигуру от посторонних глаз. Никто не увидит, как из его глаз бегут быстрые дорожки слёз, оставляя на полу капли его боли. Над его младшей сестрой склонилась фигура девочки, с кинжалом в руках. Её руки были все покрыты кровью, а из глаз текли горькие слёзы, но даже они не смогли обмануть его. Это она вонзила нож в живот ни в чём неповинной девочки, это она забрала ее жизнь.
Сегодня во дворце собрались все семьи Северной знати отмечать победу над давним врагом семьи Айстрон. Теперь Север стал отдельной Империей со своими законами и своей властью. Был знатный пир с большим количеством выпивки и еды. Веселились все: служанки, крестьяне, воины, аристократы и охранники. Именно этим и воспользовался юный воин и выскользнул из темницы. Он очень хотел найти свою младшую сестру, что была похищена вместе с ним с его родины. Им нужно было лишь встретиться и убежать, а теперь бежать было бессмысленно. Ярость и боль заполонили его сердце. Во всём виноват этот Север и лёд, что заполняет сердца обитавших тут людей. Единственное, что он так сильно любил и оберегал, теперь лежало перед ним не дыша. Внутренний огонь, что дан был ему с рождения, накалялся внутри его тела, пытаясь вырваться наружу. Темнота заполонила его сердце, и он решил, что пусть сегодня умрут все кто находится в этом замке. Пусть каждый из присутствующих здесь похоронит в пепле кого-то из своих близких, как он похоронил самое дорогое. Пусть испытают не сравнимую ни с чем боль. Пусть эта нескончаемая боль зародит в них желание смерти!
Огонь полыхал большим пламенем, опаляя каждый метр огромного замка. Языки пламени беспощадно сжигали все на своем пути, оставляя после себя лишь чёрную сажу. Крики и плач детей разносились эхом по комнатам. Мальчик был прав. Сегодня не стало многих людей. Они все сгорели, как доброта этого мальчугана. А те, кто остался в живых — оплакивали погибших.
В эту ночь каждый произносил слова, жалея о том, что не говорил их раньше. Каждый вспоминал лучшие минуты своей жизни, коря себя за то, что не ценили эти мгновения и читали молитвы в надежде, что ещё не стало слишком поздно и Бог услышит их мольбы.
Каждый сегодня потерял что-то очень дорогое для себя…
Лёд Севера нёс в соседние земли лишь беды и боль, не оставляя после себя надежду на лучшее. Эта ночь изменила судьбы слишком многих людей, делая кого-то сильней, а кого-то ломая до самого основания.
Глава 1
«Подайте нищему медяк на крошку хлеба» — сказал старик в оборванной одежде с гноящимися ранами на ногах.
Он не мог больше работать и обеспечивать свою семью, если ещё кто-то из них остался жив. Жизнь стоила слишком дорого для бедняков нашей Империи. Жизнь — привилегия богатых свиней, которые могут забрать чужую ради развлечения. Им нет дела до умирающих
Жизнь была не простой — это мягко сказано, особенно когда ты никому не нужен и все вокруг живут только для себя.
— Вставай. — Сказала я и старик дёрнулся. Он поднял на меня глаза, в которых не было страха, а была лишь боль и обречённость.
Попрошаек стража отлавливала часто. Тех, кто может ещё ходить, сразу отдают на грязную работу, где им не платят и почти не кормят. Зачем? Они и так всё равно умирают. Тех же, что уже больны и не готовы работать на Империю, сразу убивают. Считается, что воздух без таких людей становится чище, а карманы стражей — гуще. Убивая нищих на улице или отдавая их на работы, законники получают от Империи 3 медяка.
На 3 медяка можно купить маленький кусок копчёного кабаньего мяса или же выпить в таверне стопку медовухи.
Вот вам и цена жизни человека — стопка медовухи или вонючий кусок мяса.
Если же посмотреть, как часто наша стража напивается до свинячьего визга, то можно понять, что очистка от мусора у нас идёт весьма успешно.
Дай многим людям власть, хоть даже небольшую, то они сразу забудут, что в детстве ты лазил с ними воровать яблоки, и жили они с тобой в обветшавшем доме на краю столицы. Они убьют тебя за 3 медяка и из-за чувства власти, чувства своего превосходства, чувства, что твоя жизнь в их руках, а они твои Боги, которые решают жить тебе или умереть.
— Вставай, я тебе помогу. — Наклоняюсь и протягиваю ему руку, чтобы он мог опереться об меня и подняться. Чувствую его боль. Боль, которую испытывала сама в детстве, когда воровала у собак объедки со стола богатого помещика, чтобы не умереть с голоду.
Он медленно пытается встать. Раны, что на его ногах, не дают сделать это быстро.
В нос ударяет запах гноя и крови, в голове появляется мысль, а возможно ли его спасти? Нет. Сразу отгоняю такие мысли. Надо хотя бы попытаться. В умелых руках тётушки Агнес поправляются все, даже те, кому уже успела помахать старуха смерть с косой.
За своими мыслями я сразу не услышала, как дальше по улице раздался смех и лязг оружия.
Я аккуратно отпускаю руку старика, показывая глазами ему на стену, чтобы он на неё опёрся. Его рука облокачивается на неё и только после этого, я аккуратно выглядываю из-за стены.
— Тварь, это ты сегодня своровал мой мешок монет? — говорит один из стражей, еле стоящий на ногах. Похоже, что он только вышел из соседней таверны Голая Моррис, где изрядно подогрелся за счёт своих медяков.
Странно. Сегодня что, какой-то праздник? Только начало вечереть, а многие представители закона уже хорошо выпивши. Обычно пьяные драки солдат начинаются после полуночи.
— Нет, господин страж, я..я..я ничего не брал, — сказал сухенький мужичок, одетый весьма исправно. По нему сразу видно — не бедствуют, но и не так богат, чтобы у него нельзя было бы забрать кровно заработанные денежки.
— Да мне плевать, выкладывай монеты или поведём тебя в темницу. Там будешь дознавателю рассказывать, что брал, что не брал, — к его горлу прижался наточенный кинжал стража.
Все знают, что проще решить вопросы сразу на месте и отдать деньги стражнику, чем дознавателям, которые с тебя возьмут уже в два раза больше, за твою свободу.