Лед Севера
Шрифт:
Лорд Берн бросил на меня злой взгляд. Он прекрасно знает про законы этой таверны, и знает, что ему придётся расстаться ещё с двумя мешками серебряных. Смотрит на меня, но не тянется за мешками, а требует показать товар. Достаю из кармана и бросаю на стол мешок. Он открывает его трясущимися руками и смотрит на кулон. По глазам вижу, что он не отвертится. Кидает на стол оставшиеся мешки с такой злобой и призрением на лице, что я должна была бы уже сгореть в аду. Правда, меня мало волнуют его желания.
Забрав мешки, открываю один из них и
— Купи себе мыло, воняет от тебя, как от сдохшей в канаве псины! — говорю это и выхожу из таверны на улицу.
Глава 4
Выйдя на улицу, сразу стягиваю с себя перчатки и выкидываю их в помойную яму. Всё равно на руках остаётся ощущение его потных рук. Я не очень брезгливый человек, но сомневаюсь, что он хоть когда-то в жизни их мыл.
Ускоряю шаги, чтобы побыстрее дойти до дома. По пути заглядываю на рынок. Покупаю свой любимый козий сыр с травами и мясо, что отложил мне Эрл, молоко и разную зелень.
Также не забываю забежать на сладкую часть рынка, где всегда продаётся вкусная выпечка, и купить там сладких кремовых ватрушек.
Дойдя до дома с покупками, я понимаю, что силы на сегодня уже на исходе. Тихонечко сползаю по стене около двери, чтобы просто посидеть и отдохнуть. Денёк сегодня выдался насыщенным, а скоро утро и опять нужно будет идти на работу.
Закрыв глаза, расслабляюсь. Вот так бы просидеть парочку дней в тишине и блаженстве. Но ничто не вечно на земле и мою нирвану прерывают самым грубым образом.
Всего пару минут блаженства и дверь открывается. На пороге появляется Агнес. Как она меня чувствует? Откуда у неё это? Мы ведь даже не родные, чтобы списать это на зов крови. Она опускает глаза вниз и смотрит на меня с укором.
— Развалилась тут около порога — бубня себе под нос, проговорила она и протянула мне руку, чтобы я за неё схватилась и поднялась — Вставай давай, блаженная.
Я могла бы встать сама, но забота по отношению ко мне трогала даже моё ледяное сердце. Она постоянно ворчала, но глаза всегда выдавали её. В них я видела беспокойство обо мне, а порой мне казалось, что так выглядит любовь. Материнская любовь.
Доверие не было главной чертой моего характера. Однако тётушка Агнес и покойный дядя Фред окружили нас своим теплом и любовью. Они каким-то чудесным образом оказаться в моём сердце. Скорее всего, это произошло потому, что они приняли нас и обогрели, не задавая вопросов и не влезая в душу. С их помощью я окончила военную академию, а Кэт получила диплом об общем образованее мага. Всё это дало нам возможность жить значительно лучше, чем многие в четвёртом кольце. А может их любовь к нам, которую мы чувствовали каждый день, растопила наши сердца?
Той самой любви, которой так не хватает нам по жизни. С шести лет меня начали учить обращаться с магией. Мой отец мог позволить себе нанять для меня лучших магов Северных земель. Они каждый день наперебой учили меня основным
Я не знаю с кем меня готовили сражаться. В то время мне больше всего хотелось найти минутку и сбежать в комнату старшего брата. Призрачные враги моего отца были для меня в параллельной вселенной.
Отец меня не любил, он вообще был не способен на какие-то чувства, кроме ненависти и злобы. И как бы это ни звучало, но когда он умер, я почувствовала облегчение.
Настоящим отцом стал для меня только Фред, а Агнес — второй мамой.
Они не отвернулись от нас в те страшные времена, когда большинство людей только плевали в нашу сторону. Для всех мы были жалкими отродьями — предателями. Детьми с дурной кровью Севера, из-за которых погибали их родные на войне.
Наверное, у них было право ненавидеть нас, вот только мы были просто детьми, которые никому не сделали ничего плохого.
Когда нас забрала к себе в дом семья Претлей, дядя Фред посадил меня, замкнутую и злую на весь мир, к себе на колени и сказал: — «Слушай меня, Ариэлла. Неважно с какой кровью ты родился. Человека определяет не заложенные в нём гены, а лишь его принципы и выбор».
Он воспитывал нас с Кэт, как своих любимых девочек. Бог не дал им с Агнес родных детей, но дал нас. Не самый лучший выбор, конечно, но и за нас они были благодарны.
Каждый вечер он приходил к нам в комнату, садился к кому — то из нас на кровать и рассказывал перед сном очередную историю. Как он умудрялся рассказывать детям истории так, что после каждой всегда был какой-нибудь поучительный вывод? Загадка.
Вот эти рассказы и помогли нам уже тогда начать учиться делать правильный выбор. Да, правильный выбор в жизни — наука, которую приходится постигать всю жизнь.
Порой даже сейчас я не знаю, правильно ли поступаю…
В первый день у них дома, когда ночью перед сном мы ложились в чистую и тёплую кровать, мне казалось, что тут что — то не так. Ведь не бывает таких добрых людей, которые могут просто так нас пожалеть и взять к себе. Это просто не может быть правдой. Долгие месяцы мы были вынуждены прятаться от людей и каждый вечер искать заброшенные чердак или подвал для сна.
Ребёнок, привыкший к людской злобе и призрению, не может сразу начать верить людям, а тем более осознать, что нужен хоть кому-то просто так.
В тот вечер дядя Фред пришёл к нам первый раз рассказывать историю на ночь. Именно эта его история запомнилась мне на многие годы:
— Слушайте меня внимательно, девочки. В каждом человеке идёт борьба, очень похожая на борьбу двух волков. Один волк страшный и грозный, он представляет зло: зависть, гнев, сожаление, эгоизм, уныние и ложь.
— Другой волк миролюбивый и красивый, он представляет собой добро: мир, любовь, надежду, истину и верность.