Лёд и Серебро
Шрифт:
В его глазах невероятным образом смешиваются паника, животный ужас и невероятная нежность.
Он смотрит на нее и пытается улыбнуться.
Он все еще жив.
Глава 2. Собака
Держа на руках полусонного Джека, она спускается вниз на сладкий аромат блинчиков.
Это было, наверно, самое странное утро в ее жизни – весь завтрак она пыталась завести разговор (хотя обычно старалась общения со взрослыми
– Мам, мне надо купить кое-что для школы, – Хэвен нервно прикусывает нижнюю губу, слишком сильно, до крови.
В любой другой день ее бы за это поругали, но сейчас мама не сводит настороженного взгляда с Клавдии, которая устроилась в кресле с толстенной книгой в руках и делает вид, будто ничего не происходит. Хэвен жалеет о том, что вчера так быстро заснула вместо того, чтобы попытаться подслушать разговор бабушки и мамы. Ведь о чем-то же они говорили. Или спорили?
Наконец, мама будто просыпается и обращает на нее внимание:
– Да, конечно. Возьми у меня деньги. Может, захватишь Джека с собой прогуляться?
– Нет, я бы хотела пройтись одна.
Она сама поняла, что это прозвучало слишком грубо, даже для нее. Но мама никак на это не отреагировала.
Хэвен поставила тарелку в раковину и постаралась как можно быстрее свалить из дома.
От морозного воздуха щипало щеки, холодное солнце нехотя целовало в нос, и Хэвен набрала полные легкие свежего воздуха. Сейчас, оказавшись на улице, вдали от напряжения, царившего в доме, ее настроение резко взлетело вверх. Дорога к магазину канцтоваров заняла минут десять. Как идти она не знала, но быстро разобралась, спрашивая у прохожих. Ей все вежливо улыбались, но оглядывали с неприкрытым интересом. Открыв стеклянную дверцу магазина, она поймала на себе удивленный взгляд продавца, который так и говорил: "ты вообще кто такая?"
М-да, видимо, новенькие здесь редкость.
Она раздраженно втянула носом воздух. Это была одна из причин, почему она не хотела сюда приезжать. Хэвен ненавидела маленькие городки. Все эти крохотные улочки, по которым ходят одни и те же люди, знающие все друг о друге. Одна школа, одна церковь, один торговый центр, одна больница, один кинотеатр, и на том спасибо. От этой замкнутости ее бросало в дрожь. Ей нравились большие города, в которых можно было потеряться и раствориться, как капле в океане.
– Он точно возвращается завтра?
– Точно, точно.
– Ты в этом уверена?
– Да уверена я! Джим так сказал.
– Кэти мне в прошлый раз тоже говорила.
– Кэти не Джим.
Повисло молчание.
Не то, чтобы Хэвен любила подслушивать, но девочки стояли слишком близко и говорили слишком громко. Не затыкать же ей уши, верно?
Она подняла на них глаза поверх полок с тетрадками. У одной девочки из-под зеленой шапки торчали пучки коротких рыжих волос, вторая смахнула светлую прядку с лица и сверлила взглядом тетради, которые
– Бери голубую, – не выдержала рыжая через пару секунд.
– Какую голубую?
– Какая разница, они же одинаковые!
– Они разные.
– Мне пора домой, завтра в школе покажешь, какую выбрала, – рыжая быстро чмокнула подругу в щеку и пулей вылетела из магазина.
Хэвен перевела взгляд на свои тетради. Она схватила их наугад, не выбирая. Цвет школьных принадлежностей никогда ее не заботил.
Она снова посмотрела на девушку. Та все еще задумчиво крутила тетради в руках.
Не то, чтобы Хэвен любила заводить новые знакомства, скорее, совсем наоборот, но интуиция подсказывала ей, что в первый день в новой школе ей будет намного проще, если она познакомиться с кем-то оттуда заранее.
– Бери небесно-голубую, – легко бросила она и попыталась выдавить из себя приветливую улыбку.
Девушка вскинула на нее раздраженный взгляд.
– И почему?
Хэвен немного растерялась.
– Не знаю… Этот оттенок необычнее.
Взгляд девушки смягчился.
– Спасибо, – она неловко покрутила выбранную тетрадь в руках и поджала губы, видимо, испытывая угрызения совести за свой резкий ответ. – Ты новенькая? Я тебя раньше не видела.
– Скорее старенькая, – Хэвен вздохнула с облегчением. – Я тут жила в детстве. Хэвен.
– Иви. Добро пожаловать домой, Хэвен.
Хэвен приятно удивилась тому, насколько легко они с Иви нашли общий язык. Около часа они просто гуляли; изначально Иви хотела показать ей город, но довольно быстро они забыли об этом, переключившись на разговоры. Оказалось, им нравилась похожая музыка и похожие фильмы, они обе любили комедии и ненавидели арт-хаусы, поэтому вскоре их обсуждения сосредоточились на том, что же не так с Ларсом Фон Триером.
В какой-то момент Хэвен огляделась и поняла, что понятия не имеет, где находится. Гуляя, они сильно замерзли, и домой хотелось обеим.
– Зайдешь ко мне? Я живу на этой улице.
Иви прижала ладони ко рту, согревая дыханием.
Хэвен эта идея показалась неплохой, но ее внутренний чертенок возмущенно затопал ногами, требуя к себе внимания. Слишком много общения на сегодня.
– Вообще-то мне пора домой. Я сказала маме, что ухожу ненадолго. Увидимся завтра в школе.
– Конечно, увидимся!
Щеки покраснели от холода, пальцы онемели и неприятно ныли. Она заблудилась.
Какое-то время она просто бродила по заснеженным улицам, пытаясь вспомнить дорогу к дому, потом отчаялась и снова начала спрашивать у прохожих. Кое-как она все-таки нашла нужную дорогу, но не ту, по которой она шла к магазину; эта шла по боковой части города и упиралась в лес.
Пока она блуждала по городу, начался снегопад, и остатки людей мгновенно сдуло с улиц. От холода и усталости ее настроение с приподнятого после веселого разговора с Иви, скатилось ниже нуля. Вдали она уже видела красную кирпичную крышу, но идти до нее, казалось, нужно было вечность. Усиливающийся снегопад только подливал масла в огонь ее разгорающегося раздражения.