Лед и пламя 1-2
Шрифт:
Всей душой Хьюстон пожалела, что подняла эту тему.
Скромный ужин наедине с Кейном, который задумала Хьюстон, обернулся полнейшим хаосом. Не успели они приступить ко второму блюду, как вошел Эден и протянул Кейну бумаги, которые тот должен был прочесть и подписать. Кейн пригласил его поужинать с ними, и они ни на минуту не переставали говорить о делах.
Хьюстон молчаливо наблюдала, как за окнами садится солнце. Миссис Мерчисон входила и выходила из комнаты, принося с собой огромное количество вкуснейших блюд, которые съедались до последней
Кейн не уставал говорить ей комплименты, варьировавшиеся от «чертовски вкусно» до предложения убежать с ним и жить во грехе. Миссис Мерчисон захихикала и залилась краской, как гимназистка.
Вспомнив, что к сегодняшнему ужину были приготовлены все любимые кушанья мистера Кейна, Хьюстон задала ему вопрос.
– Что вы больше всего любите, мистер Таггерт?
Он взглянул на нее поверх бумаг:
– Все, что вкусно, включая хорошеньких леди.
Слегка покраснев, Хьюстон отвернулась.
В девять часов она поднялась со своего места.
– Мне уже пора. Большое спасибо за ужин, мистер Таггерт.
Ей показалось, что он вообще не замечает ее присутствия.
Неожиданно Кейн поймал ее за подол платья.
– Вы пока не можете уйти. Я хочу поговорить с вами.
Для того, чтобы уйти, ей надо было выдернуть юбку, поэтому ничего не оставалось, как стоять, уткнувшись взглядом в стену над головами двоих сидевших у ее ног мужчин.
– Думаю, я здесь лишний, – сказал Эден, собирая бумаги.
– Мы еще не закончили, – возразил Кейн.
– Тебе не кажется, что нужно уделить немного времени своей невесте? – многозначительно спросил Эден. – Я скажу миссис Мерчисон, что она свободна.
Он встал:
– Хьюстон, спасибо за ужин. Все было замечательно.
Эден вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь.
Не шелохнувшись и не взглянув вниз на Кейна, Хьюстон продолжала стоять на месте.
Он несколько раз дернул ее за подол платья, но, увидев, что она никак не реагирует, он поднялся и посмотрел ей в глаза.
– Думаю, вы от меня без ума. Хьюстон отвела взгляд:
– Это невероятно смешно. Уже поздно, мистер Таггерт, мне пора домой. Родители будут волноваться. Кейн взял ее лицо в свои ладони:
– Было очень мило с вашей стороны устроить этот ужин со свечами и всем таким.
– Я рада, что вам понравилось. А теперь я должна…
Он притянул ее к себе.
– Я весь вечер думал о том, что, как вы выразились, у меня есть убедительные доводы, – сказал он, целуя ее в шею.
– Пожалуйста, не надо, – прошептала она, безрезультатно пытаясь оттолкнуть его.
Он запустил ладонь в ее аккуратно уложенные волосы, и они упали на плечи. Кейн пробежал пальцами по густой массе ее мягких волос.
– Красиво, – пробормотал он, приблизив ее лицо и не отрывая взгляда.
В следующую секунду он наклонил ее голову и принялся целовать ее так, что она почувствовала, что тает. Он играл с ее губами, оттягивая нижнюю губу зубами, проводя кончиком языка по контуру ее рта.
Хьюстон не
Когда он стал опускаться на ковер, она даже не подумала возразить, только прильнула к нему, как к животворящей силе. Пока они опускались на ковер, его губы не оставляли ее губ.
Кейн провел ладонью по ее бедру, покрывая поцелуями ее шею.
– Кейн, – прошептала она, запрокинув голову.
Его ноги сжимали ее ногу.
– Да, моя хорошая, я здесь, – также шепотом сказал он. Его голос заставлял ее трепетать.
Рука Кейна проникла под ее платье и, проскользнув по бедру, нащупала открытый участок тела между закрепленными подвязками и длинными свободными панталонами.
Хьюстон ни о чем не думала, только наслаждалась неземными ощущениями от прикосновений его ладоней к ее коже, его губ к ее лицу. Инстинктивно она, придвинулась еще плотнее к нему, ее нога еще сильнее втиснулась между его ног.
Кейн со стоном оттолкнул ее, лишь секунду оставаясь лежать рядом, глядя на нее, а затем поднялся.
– Вставайте, – холодно сказал он, отошел и встал к ней спиной у темного окна.
Хьюстон лежала на ковре с поднятыми до талии юбками, чувствуя себя опозоренной, униженной, обманутой. Когда она медленно поднялась, стараясь вернуть самообладание, на глаза ей навернулись слезы.
– Пойдите приведите в порядок волосы, – сказал Кейн, не оборачиваясь. – Приведите в порядок волосы, и я отвезу вас домой к матери.
Хьюстон вылетела из комнаты так быстро, как только могла, прикрывая рот ладонью, чтобы не дать вырваться всхлипываниям.
Обе ванные внизу были между кабинетом Кейна и кухней. Она боялась столкнуться с Эденом или с миссис Мерчисон, поэтому она поднялась наверх, в ванную, находившуюся рядом со спальней Кейна.
Очутившись внутри мраморной ванной комнаты, она дала волю слезам. Он хотел жениться на леди, и ему стало противно, что она ведет себя как шлюха. Но тем не менее, это было то, что имела в виду Блейр, сказав, что видела искорки, когда Лиандер поцеловал ее. Поцелуи Лиандера никогда не вызывали в ней никаких чувств, но поцелуи Кейна…
Она посмотрела на себя в зеркало и увидела живые сверкающие глаза, немного вспухший рот, румяные щеки, волосы, в беспорядке рассыпавшиеся по плечам. Это была не та леди, которую он хотел взять в жены. Не удивительно, что он оттолкнул ее.
Слезы снова покатились по ее щекам.
Как только Хьюстон выбежала из гостиной, Кейн прошел в кабинет, где за письменным столом, уткнувшись в бумаги, сидел Эден.
– Хьюстон уехала? – спросил Эден отсутствующим голосом.
Кейн не ответил, и Эден поднял голову. Он увидел Кейна с трясущимися руками, залпом заглатывающего полстакана виски.