Лечение водой
Шрифт:
Он чувствует, как ждет, ждет, пока созвонится с Олей…
«Да, но мне придется и не спать все это время», – отмечает он в своей голове заведенно-устало. Да, эта заведенность – работать, работать, не тратить время попусту – будто ключик кто-то вертит, механически вертит в его мозгу и сердце, клинит, клинит…
Но все вдруг и исчезает: как это хорошо, ведь они договорились созвониться с Олей в конце вчерашнего разговора.
«Теперь каждый день созваниваемся – и главное, она совершенно не протестует».
Ругань
В их отношениях не все в порядке.
Там не все в порядке, – произносит Оля, качая маленькой ладошкой.
«Да нет, на самом деле, мне и не нужно с ней отношений, – расслабленно думает Костя. – Меня устраивает то, что есть».
Тут вдруг телефон звонит – это мать, с работы. Интересуется, уплатил ли Костя за Интернет.
– А что такое? – спрашивает он. – Я схожу уплачу, когда…
– А можешь сейчас сходить? Мне еще нужно, чтоб ты посмотрел цену на гавайскую смесь.
– Гавайскую смесь? – Костя смеется. – Она тебе, выходит, понравилась, когда последний раз брали?
Мать отвечает: да, – кроме того, на днях придет крестная Кости, Валя Артемьева, она тоже любит гавайскую смесь.
– И рыбу посмотри. Надо будет сделать рыбных закусок.
Валя религиозный человек и совсем не ест мяса.
Левашов ставит компьютер в спящий режим, одевается, идет в магазин.
На улице – поздняя осень, но снега еще нет. Повсюду эта высохшая трава, она как обесцвечена и похожа на солому. Холод от этого кажется таким сухим…
Костя опять вспоминает, как Оля вчера отчеканила – «У меня есть молодой человек!»
«Да, она сказала это… как-то уж больно резко! Отрезающе… да, отрезающе… что-то притаилось за этим… это же совершенно не вяжется со всем остальным! Конечно, не вяжется!
Она сказала это как-то… Уж слишком резко и специально! Едва я только успел поинтересоваться ею как… Стало быть, наврала?»
Мы до сих пор встречаемся.
«Она сказала это очень настойчиво – так, будто хочет… чтоб я думал, что у нее есть молодой человек? И да – ну извини, я не живу с тобой и не вижу всего этого — как же тогда быть с этими словами?
Вдруг Костя вспоминает, как Оля сказала: да уж… сколько ж я мозгов переимела. Что не хочу отношений. Он спросил ее: «Да? А зачем?» – она ничего не ответила.
«Когда мы первый раз встретились! Она так сказала! Выходит, сейчас наврала? Специально сказала, что она с Меркаловым!.. Зачем? – и осторожно складывается мысль… – Потому что не хочет отношений сейчас, но потом…»
Да если б меня любили, я б на две работы пошла.
«Нет,
Стало быть, Оля врала так, чтобы Костя чувствовал, что она врет…
Левашов идет по улице.
Эта отрезающая, непререкаемая интонация… У меня есть молодой человек!
Когда-нибудь ты меня полюбишь… – У меня есть молодой человек!
Вдруг всеми фибрами души-и-и-и! – он ощущает: «Она хочет оставить на определенном расстоянии. На позиции друга… А еще вернее, она меня как бы выправила в дружбу».
С другой стороны… «Нет, конечно, она поддерживает отношения с Меркаловым. Она с ним общается». Левашов снова вспоминает Олину ругань с Игорем, которую он услышал вчера. Да, конечно, она поддерживает с ним отношения. Это случайность, что я слышал их ссору?.. Либо! Она подумала, что я отдалюсь, не стану с ней общаться – после того, как сказала, что она с Меркаловым, и поэтому…»
Костя входит в продуктовый… теплота магазина – тотчас он опять как окунается в страшную усталость, словно проникающую во все тело неоновым светом ламп… «Я работал семь лет без продыху… я устал я очень устал я очень…
Премия «Феномен»! Я прошел в полуфинал!..
Да это же ничего не дает – это просто промежуточный список…» – да, ни денег, ни раскрутки, ничего. Левашов ощущает зыбкий страх, тупо досаждающий, безысходный…
Подходит к платежному терминалу и набирает своего провайдера, чтобы заплатить за Интернет………………………………………………………………………
……………………………………………………………………………………….
Через десять минут он выходит из магазина, держа в руках пакет гавайской смеси.
«Уртицкий… Если вы эгоист, так хоть другим мозги-то не парьте, а?» – опять запрыгал в его сознании. «Теперь уж все, все! Пощады не жди! Раз я так прокололся. Все передали Уртицкому… И как нагло он меня поливал! Конечно, и в премии, и в журнале все зависит от него. Теперь все, теперь все-е-е-е-е!!.. – горечь, клинящий страх осознания… Все пропало. Мне ничего не дадут.
–
Это ж надо! Левченко клялся-божился, что не сдаст и… но что если все равно все обойдется? Что если мне повезет? Может, все-таки все будет хорошо? Уртицкий уже рекомендовал – может, обратной ход делу не сможет дать?.. И когда я получу премию, мы с Олей…
Но сейчас, стоит мне только заговорить с ней о люб…»
У меня есть молодой человек! Мы до сих пор встречаемся! – блок, в сознании поднялась маленькая ладошка.
«Я не способен, не способен заговорить с ней о…»