Лечение водой

Москвин Евгений

«Какая взрослая, стильная деточка. Стильно качает головой».

Но ему слегка не по себе. И вдруг начинает что-то нетерпеливо-нервно провисать в грудной клетке…

– Я, кстати, вот еще чё хотел те сказать… это к нашему вчерашнему разговору. У меня с матерью как раз сейчас очень хорошие отношения стали. Это раньше они были не очень. Когда она хотела меня заставить работать. А сейчас, когда она приняла мои позиции – естественно, у нас уже нет никаких конфликтов.

– Поня-ятно, – произносит Оля. Она осматривает мороженое – с какой бы стороны начать есть.

– Мы сейчас

с ней очень мирно живем.

Ill

«Вот надо же! – раздосадовано повторяет Костя про себя; уже идя по улице, чуть только попрощался с Олей. – Как мы сходимся с ней! Как поддерживаем друг друга! И интересы совпадают, и позиции… никогда еще не было такого! Чтоб так во всем! Чтобы на полную».

Действительно ведь не было у него такой гармонии в отношениях. Это скорое и совершенно неподдельное притяжение, огромное – как хорошо!.. Но ведь он и раньше прекрасно чувствовал, что Оля благоволит ему…

«…И на тебе. У нее есть молодой человек. И правда жаль!»

Досада. Он опять ощущает нездоровые нервные колебания внутри – от усталости. А в глазах – туманно-световая поволока.

«Вот уж, что называется, если где прибавится плюсов то обязательно будет минус, от которого все… никакого смысла. И все в результате одно и то же – ничего не складывается. У меня нет девушки», – секундная скука, нудность… но быстро исчезает – в теплой мозговой поволоке.

Впрочем, он несильно переживает об Олиных словах. Гораздо больше: «Получу ли я премию «Феномен»? Я должен взойти на пьедестал!.. Роман, мой роман, надо мной издеваются… и теперь еще это – у Оли есть молодой человек. Как беспощадно это все, – коротко мысль. – Меня так поливали в студии, и она теперь отшивает меня – не смотря на то, как мне больно… Одно, еще другое, никакой пощады…» – но он тотчас криво ухмыляется.

Туман в голове так и не проходит, но потом Костя чувствует… ущемленное самолюбие разглаживается, что-то выправляется в его голове.

«…Но так ли уж мне важен минус? Ну и что, что она с Меркаловым – я просто хочу общаться с ней и дальше – говорить, говорить, говорить… Рассказывать о своих мыслях, проблемах. Мне этого вполне достаточно». Он понимает, что не обманывает себя. Действительно это так.

«Да мне ничего другого и не нужно было с ней, все правильно», – он вдруг совершенно охладел внутри; разом. Да ничего и не было.

«И не надо, да. Все правильно. Просто будем общаться. Вот Олина поддержка мне очень приятна…»

«Боже мой, никогда не было ничего подобного! Действительно меня влечет к ней только как к товарищу! Если уж мне раньше какая-нибудь сказала бы, что у нее есть молодой человек, так после отношения тут же и кончились. Они просто прекратились бы естественным образом! Я прекратил бы… а здесь мне не хочется, – отмечает опять Костя самому себе. – Я хочу дальше продолжать. Потому что с ней просто приятно общаться… она интересует меня как человек. Так может, это и есть настоящее чувство? Да нет, нет, в том-то и дело…»

Пауза.

«Мне никогда ничего и не нужно было, все правильно». Теперь он

действительно успокоился, поставив точку внутри, у себя: «Просто будем общаться. Сейчас мне нужна поддержка как никогда… И так ли уж важно, что она с Меркаловым?..»

Потом у него вдруг возникает странное ощущение… он будто выстоял эту новость – у меня есть молодой человек! Это Игорь… – и ему хочется продолжать общение… какое странное чувство. Выстоял новость.

«И мне уже не восемнадцать – я теперь должен приглядываться к человеку, терпеть… добиваться чувств? А не так просто – бросил и все, как раньше. Я к этому, наверное, своей жизнью пришел?» Или это какая-то внутренняя установка, кою он дал сам себе?

Липкая поволока – в мозге и в глазах.

«Опять что-нибудь не получится опять что-то не получится! Опять все будет как всегда!., ничего не… потому что я специально стараюсь что-то изобразить? Да мне ничего не нужно, правда! Оля просто поддерживает меня. А я хочу узнать ее как…»

Вот только не надо мною как девушкой интересоваться!

«…как человека.

Да мне никогда с ней ничего не нужно было. Все правильно. Забить».

Спустя минут десять у него бегут, бегут мысли, но просто по инерции, безо всяких чувств, просто логически складываются в жаркой голове… «…Моя голова стала такой – после романа. Так долго его делал. Извилины – как кончики змей? Я так устал, я нездоров», – в эти невольные соображения. Как клубок по инерции раскручивается, инерции, инерции:

«…днем Оля в институте – у нее пары. Вечером в лаборатории, даже сегодня в воскресенье туда ходила. Вчера мы были у Уртицкого, потом сразу созвонились… когда же она может встречаться с Меркаловым? Или ездить к нему? Эту неделю она не могла быть с ним… Ага», – еще он вспоминает, как Оля сказала в первый же разговор: «Я сейчас целыми днями занята, с утра у меня лекции, вечером – лаборатория».

«Да, да. Она так сказала. Для меня она выкроила время, мы встретились во вторник… но из ее слов следует, что все остальное время… В среду она сама позвонила мне. Очевидно, сразу после того, как пришла из лаборатории…»

IV

…Придя домой, он ходит, ходит по комнате – в воодушевлении, теперь надо писать, делать роман… Про Город заката? Но готов ли я? Да, сюжет в голове уже назрел, но…

Я еще не знаю всего вполне!»

Аморфная масса умозрения…

И вдруг он представляет людей, лежащих в воздухе над солнечным лугом. Они отдыхают на воздушных, невидимых постелях. Улыбаются, абсолютно расслаблены, в просторных белых одеждах, кое-кто беззаботно закинул руки за голову. Они все очень счастливы.

«Откуда это? Не понимаю…» Но картина не уходит. Они все счастливы. Чуть только он начинает концентрироваться мыслью… сразу возникает. И будто даже блокирует – он не может сесть и приняться за работу. «Это Город заката? Но ведь это луг…»