Лбюовь
Шрифт:
Евродоска
Сто пятьдесят лет назад Горбачев высказал два лозунга: даешь перестройку и даешь вхождение в общеевропейский дом. Слова оказались и судьбоносными, и ключевыми. С тех пор народ наш все перестраивается и перестраивается, все строится и строится, все обустраивается и обустраивается, никак не может остановиться. Долой тоталитаризм, да здравствует свободная планировка! Великая идея вхождения в общеевропейский дом вкупе с красивой идеей перестройки породили мощное явление российского евроремонта.
Все перестраиваются, все. Нон-стоп. Стоит выехать на любую окраину, сразу начинается: «Стройматериалы Склад», «Брус Доска», «Мир Обоев»,
Забавно было бы составить летопись великого и поэтапного вхождения страны в евроремонт. Не по дизайнерским журналам, а по живой истории нашего быта. Ведь наши представления о Европейской Красоте, они более или менее параллельно развивались. Сейчас вот минимализм у всех худо-бедно параллельненько отходит. А то помните, все были арки, арки. Золотистенькая фурнитура на всех местах – в пандан пуговицам на пиджаках. Белые крашеные стены взамен пропахших щами и тоталитаризмом бабушкиных обоев в цветочек…
В начале девяностых многие вдруг решили заделаться дизайнерами. Один мой одноклассник ездил за границу и при всякой нечаянной возможности фотографировал туалеты в кафе, банковские офисы, барные стойки, прихожие жилых помещений. Потом на родине воплощал, как мог. До сих пор, кстати, эту ниву пашет, и успешней многих. Главное – он умеет работать с клиентом, находить с клиентом общий язык. Без всяких там фиглей-миглей вроде «композиции» и «гармонии». Просто – дадим шика! И – дадим красоты!
Клиент евроремонта, он ведь удивительное, отдельное существо. Он любит чего: чтобы все было солидно, богато, а главное – аккуратно. Например, выравнивание стен. Выравнивание так выравнивание – без полумер и компромиссов. Это ничего, что комнаты в результате выравнивания станут в полтора раза меньше и в двери не протиснешься. Главное, чтобы было ровно! При сдаче-приемке объекта устанавливается отвес. И в щель между стеной и отвесом засовываются стодолларовые бумажки. Сколько влезет бумажек – столько и вычитается потом из вознаграждения несчастных украинских строителей. Поэтому они теперь если слышат про выравнивание стен, сразу начинают конвульсивно подергиваться и говорят, что возьмутся за работу только при условии, что на стены пойдут немецкие флизелиновые обои под покраску, и обязательно с крупными пупырями. Под пупыри можно выводить не так скрупулезно. Пупыри, они скрывают. Во всех приличных офисах так клеят, с пупырями. Клеят и красят, клеят и красят.
Но вообще, надо признаться, строители стали просто сказочные. Раньше-то это был страшный сон, ужасно страшный. Строители имелись двух видов. Одни говорили только одно слово «гы», вредили всеми доступными способами, потом выманивали аванс и уходили в запой навсегда. Другие, наоборот, сразу давали понять, что у них несколько дипломов о высшем образовании, практически написана кандидатская и за мастерок они взялись только из соображений выживания. Если те на все говорили «Гы!», то эти на все говорили «Надо подумать». И только когда ваша ванная приобретала вид кабинета трудотерапии в желтом доме, до вас доходило, что именно означает это «Надо подумать». А означало это то, что так называемый мастер-ремонтник-высшего-класса-работа-под-ключ устанавливает какой-нибудь там полотенцесушитель впервые в жизни и понятия не имеет, куда его приставлять и к чему подключать.
А сейчас-то волшебно. Я со своим мастером
Везде все разное». А моя соседка за прораба своих югославов вообще вышла замуж, живут счастливо. Он и выглядит как голливудский актер второго плана. Только жалуется, как у нас холодно в Москве, тем более из их стеклопакетов так чудовищно дует, что приходится дополнительно завешивать окна одеялами. Но это ничего, скоро они все переделают.
Общаться со строителями, которые не говорят ни «Гы!», ни «Надо подумать!», ужасно приятно. Особенно если у тебя ремонт за последние годы третий или четвертый и тебе уже многое открыто. Зачеканивание труб, выведение стен. Укрывистость водоэмульсионки. Простые уютные шутки: «Не половая доска, Катерина. Надо говорить – доска для пола». Так поощряют учеников, посвящают в профессию.
Неприятно только бывает, когда скажешь: «Никаких круглых арок не делаем, все проемы прямоугольные. Паркет кладем не елочкой, а в разбежку. Обои будут бумажные, цветные». А они: «Понятно, понятно. Прямоугольные, в разбежку, цветные. Сейчас все так делают». Сразу как-то чувствуешь себя униженно. Но что делать? Все вместе тараканимся в общеевропейский этот самый дом, все вместе.
Естественное предназначение
Антитеза: «естественное – искусственное». При этом «искусственное» эпитет негативный; искусственное всегда подозрительно, опасно и как бы нечисто. Естественное же – суть природное, чистое и светлое, Божески предопределенное. Известная поговорка: что естественно, то не позорно… Проблема в том, что ни одна область умственных представлений не содержит столько путаницы и противоречий, как эта: что, собственно, является естественным, а что – вовсе нет.
Знаменитый «естественный образ жизни». Косить траву, много рожать, кормить грудью, жить в деревне, есть свои овощи с грядки, носить порты и рубахи из натуральных волокон. Существует, разумеется, масса вариаций на эту тему, а также масса мотиваций: от религиозных и возвышенно-альтруистических до совершенно эгоистических и даже вполне параноидальных. Общее одно: никто из поборников «естественности» не призывает, все же, пойти до конца. Частично отказаться от благ/зол современной цивилизации – да. Отказаться от цивилизованности совсем?.. Даже от каменного топора?..
Интересно, что в поисках примера «естественной жизни» обращаются чаще не к Руссо, а к «Робинзону Крузо». Хотя там пафос прямо противоположный: только добившись возможности соблюдать некое подобие цивилизованного ритуала (брать пищу не руками, а вилкой и ложкой), Робинзон чувствует себя как раз более или менее естественно. То есть – как человек, разумное создание Божие.
В системе ценностей Робинзона, который за время жизни на острове из бездумного грешника становится философом и христианином, между понятиями «естественность» и «цивилизованность» фактически стоит знак равенства.
Или вот. Я работала на радио и делала блиц-опросы на улицах: двадцать – тридцать человек отвечали на какой-нибудь один вопрос, иногда политически актуальный, а иногда – довольно странный. Однажды решила опросить только женщин: нравятся ли им, когда мужчины носят бороду и усы? Оказалось: почти все были против бород. При этом ни одна не призналась, что борода щекочется, или там царапается, или нехорошо, когда в ней застревает капуста из щей. Но раз пять прозвучало слово, которое поставило меня в настоящий тупик. «Борода, – заявляли они, – это неестественно». А одна еще добавила: «Неестественно и некультурно».