Лайла

Келли Никки

Жестом подозвав меня, Азраэль предложил мне сесть на диван рядом с Гэбриелом.

– Из обычного любопытства хочу поинтересоваться: как бы ты описал ее внешность?

Солнце садилось, в комнате темнело, и Азраэль включил настольную лампу.

– Вот как вижу ее я: длинноволосая блондинка с голубыми глазами и светлой кожей, среднего роста, стройная… А ты?

Сбитый странным вопросом с толку, Гэбриел посмотрел на меня, а затем ответил кратко и уверенно:

– Точно так же. Она всегда такой была.

– Руадан, а

вы что скажете? – обратился ангел к моему доброму ирландскому покровителю, который сидел за столом с книгой, но – готова биться об заклад – не читал.

– А? Что?

– Опишите Чесси, пожалуйста.

Вампир искоса посмотрел на меня.

– Да как вы и сказали. Милая девочка, особенно когда не встревает во всякие неприятности, – усмехнулся Руадан, и от его улыбки мне стало немного легче.

– Анора! – позвал Азраэль.

Я насторожилась. Видеть вампиршу мне не хотелось. Наверху скрипнула дверь, и Анора не спеша спустилась к нам, встав рядом с Руаданом. Голову она повязала изысканным шелковым шарфом, но я все же заметила, что уши и шея ее были покрыты волдырями и красными пятнами ожогов. Раны заживают на вампирах очень быстро. Интересно, где она заработала такие жуткие отметины, которые до сих пор не прошли?

– Что скажешь?

Анора окатила меня волной презрения: если бы взгляд мог убить, от меня осталось бы лишь мокрое место.

– Ноги коротковаты.

Ну, разумеется! Не могла же она упустить отличный повод унизить меня. И, кстати, она явно подслушивала за дверью.

– Зачем вы спрашиваете их о моей внешности? – поинтересовалась я у Азраэля.

Но ответить он не успел: хлопнула входная дверь, и по лестнице со страшным грохотом взбежал Джона, а следом за ним – Брук.

– Чесси, что случилось? – крикнул Джона с порога.

– У нее все хорошо, – ледяным тоном произнес Гэбриел, поднимаясь с дивана. – Познакомься с Азраэлем. Он ангел. Он приехал помочь нам.

Гэбриел ободряюще пожал мне руку. С противоположного конца комнаты Анора метнула на меня быстрый взгляд. Азраэль расхаживал по комнате, а мы все смотрели на него.

– Ты ведь Обращенный, верно? – вкрадчиво обратился он к Джоне.

– Для Чистокровного я недостаточно уродлив, – огрызнулся тот.

– Гэбриел сказал, что однажды ты пил ее кровь. Это правда?

Джона кивнул и загородил собой Брук. По этому еле уловимому движению я поняла, что он не понимал, к чему весь этот разговор, и инстинктивно защищал свою подопечную. Любой ангел легко мог их уничтожить, а с этим они даже не были знакомы и понятия не имели, можно ли ему доверять.

– Ты считаешь ее привлекательной?

– Что? – переспросил Джона.

– Она разбудила в тебе аппетит?

Гэбриел напрягся.

– Какое это имеет отношение к делу?

– Тебя не смущает, что ты, темное существо, которое наслаждается, высасывая кровь из темных душ, считаешь ее, светлую, привлекательной? – нажимал

Азраэль. – Ты вампир, ты пил ее кровь. Расскажи, какой ты ее видишь?

Джона нахмурился. Просьба ангела его смущала.

– У тебя же есть глаза, верно? – напирал Аэраэль. Ему явно никогда не доводилось общаться с вампирами. Он быстро терял терпение и выходил из себя.

Пожав плечами и взглянув на меня, Джона ответил:

– Чесси – яркая девушка. Темно-серые глаза, почти черные. Очень большие, просто огромные. Длинные вьющиеся волосы цвета воронова крыла до самой поясницы. Кожа белоснежная, будто ее никогда не касались лучи солнца…

Увидев, что я раскрыла рот от удивления, Джона замолчал. Я переводила взгляд с Гэбриела на Азраэля.

– Джона, прекрати паясничать! – возмутилась я. – Скажи им правду, и прекратим этот дурацкий фарс.

Однако по лицу Джоны было видно, что он и не думал шутить.

– Ничего не понимаю, – встряла Анора.

– Лайла не особенно от вас отличается, просто лучше прячет свою истинную натуру, – спокойно объяснил Азраэль.

Руадан окаменел, услышав мое настоящее имя. Он тут же понял, что это значит, и не смог скрыть волнения.

Прежде чем я успела сказать хоть слово, Анора, позабыв свои изысканные манеры, завизжала:

– Гэбриел! Если она такая же, как мы, то ты не можешь к ней ничего чувствовать! Ты сам говорил! Всегда говорил! Иначе ты был бы со мной! Был бы, да?

Гэбриел выпустил мою руку и задумчиво молчал.

Все взгляды были обращены ко мне, а я готова была сквозь землю провалиться.

Подступили слезы. Гэбриел не отвечал. Поддавшись порыву, я выскочила через раздвижные двери в сад и помчалась, куда глаза глядят. Меня захлестнула паника. Я даже не знала, что я умею бегать так быстро. Остановилась я только на вершине поросшего травой холма.

Вечерний сумрак укрыл меня. Рядом пролетела летучая мышь, и я вздрогнула. С холма была прекрасно видна освещенная гостиная: скандал можно было наблюдать во всех подробностях. Гэбриел держал Анору, а та, как безумная, размахивала руками. Руадан, опустив голову, кругами ходил по комнате. Брук рыдала: новость о том, что я тоже в некотором роде вампир, выбила ее из колеи. Джона пытался ее успокоить. Даже с тридцати футов я видела мелькание красных огоньков в его глазах.

– Прости, но им нужно было знать.

Сзади подошел Азраэль. Он положил руку мне на плечо, и я отшатнулась.

– Откуда вы взялись?

– Оттуда же, откуда и ты, причем точно таким же способом. Похоже, ты умеешь прятаться не хуже нас.

– Нас?

– Нас с Гэбриелом. Ведь даже в этом измерении у тебя сохранились способности, присущие ангелам. Наверное, справедливо говорят, что яблоко от яблони недалеко падает. Все-таки ты моя дочь. – Монотонный голос Азраэля обволакивал мое сознание.

Меня затрясло.

– Зачем, зачем вы так?