Лайла
Шрифт:
Я кивнула.
– Но ведь однажды ты уже убил меня, почему же я все еще должна тебе? – Я притворялась, что уверена в своей правоте, хотя на самом деле внутри у меня все сжималось от волнения. Я просто тянула время.
– Не убил. Ты стоишь передо мной, а я, один из приспешников Дьявола, стою перед тобой. Из-за тебя я стал таким.
Я бросила взгляд на побелевшие пальцы, сжимавшие рукоятку шпаги: в любой момент он готов был сделать выпад и…
– Что же с тобой произошло? Я ведь ничего не знаю. Когда мы были знакомы, мы оба были людьми.
Я
Но Этан молча шагнул ко мне.
Я выставила вперед руки, останавливая его.
– Послушай, ты отомстишь – я не буду сопротивляться. Но сперва помоги мне разобраться, прошу тебя. – Мой голос дрожал, выдавая волнение.
Обдумав мою просьбу, Этан заговорил:
– Ты собиралась сбежать. Я видел ваши с ним встречи, но ты ведь была обещана мне. В конюшне я застал тебя за подготовкой к побегу. Твои планы открылись. Но, Лайла, я не хотел причинять тебе вред.
Глаза его были широко раскрыты, как будто перед ними проносились картины воспоминаний: к нему возвращались чувства, которые он испытывал до того, как навсегда стал слугой мрака.
– Я хотел помешать тебе уйти с чужаком. Я сам хотел дарить тебе счастье…
– С чужаком? С Гэбриелом?
– Я не знаю его имени. Мы так и не познакомились.
Лицо Этана снова стало суровым.
– Но разве вы не говорили накануне? Перед тем, как ты застал меня в амбаре?
По словам Азраэля, Гэбриел воздействовал на Этана, но, как выяснилось, они ни разу не встречались.
– Лайла, я так и не смог поговорить с ним. Ты рухнула на пол, и, подумав, что убил тебя, я трусливо бежал на материк. А там меня уже поджидал один из приспешников Дьявола.
– Элихио?
– Да, он стал моим Гуальтьеро.
Лицо Этана исказила гримаса.
– Собственными руками я лишил самого себя единственного… единственного человека, которого любил. – Воспоминания явно мучили его. – Я искал смерти и нашел ее. Я не испытывал страха, когда Элихио вливал в меня яд. Мне казалось, что это справедливо: я отнял жизнь у тебя, а он отбирает ее у меня.
Я скорбно склонила голову. Из-за меня он стал вампиром.
– Прости.
С небес полетели первые снежинки, которые вскоре закружились в густом, слепящем вихре.
– Тебе не понять, каково это – служить Гуальтьеро! Ты сидишь взаперти и зависишь от его капризов: вдруг сегодня он выпустит тебя, чтобы удовлетворить свои темные замыслы? А потом наступает тьма. Она завладевает тобой, пожирает, опустошает, заполняет собой. И ты сам становишься ею. – Этан молча подошел ближе. – Теперь я существую ради смерти, ради крови, ведь ничто другое на этой богом забытой земле не способно утолить мою жажду. Так было, пока я не встретил тебя вновь…
Его губы изогнулись в улыбке, изо рта потекла слюна.
Я тяжело вздохнула.
– Я отдам тебе свою жизнь, только подожди немного, – вкрадчиво попросила я. Мне хотелось купить его подороже, хотя за душой у меня не было ни гроша.
– Ради чего мне ждать?
Он выхватил шпагу и приставил
– Если ты убьешь меня сейчас, я воскресну. Дождись Чернобога и, когда он появится, ударь меня вот сюда.
Я взялась рукой за клинок и переместила острие к сердцу. По шее текла кровь. Мне удалось убить вампира, загнав ему в сердце железный прут. Такой способ должен был сработать и со мной.
Шпага застыла у моей груди. Этан вдыхал запах крови.
– Той ночью, когда я впервые увидел тебя после смерти, я рассказал о тебе Элихио. Он не поверил. Но когда он проходил через трещину, невиданная сила затянула его в ад. Там ему пришлось пообщаться с самим… Дьяволом.
Я кивнула, глядя Этану в глаза. В его зрачках разгорались кровавые угли.
– Я подслушал их разговор. Они считали тебя своей. Тогда это показалось мне невозможным, но твоя кровь… – Вампир подошел ближе, сделал глубокий вдох. – Я заберу свой долг и уничтожу дьявольское отродье. Достойная расплата за два века службы.
Голову сдавила боль. Я схватилась за виски. Сознание заполнил ужасный Чернобог, и мне стоило титанических усилий вытеснить его оттуда и снова увидеть озеро, возле которого я стояла. Я вернулась в реальность как раз вовремя: острие шпаги болезненно надавило на кожу под ключицей.
Порыв ветра оставил у меня на ресницах крупные снежинки. Я не стала их стряхивать.
Времени больше не было.
– Прости, Этан. Я и правда виновата перед тобой.
Холодный металл заскользил по моему телу, рассекая одежду и кожу под ней. Шпага остановилась лишь на бедре, со звоном упала на камень, а затем соскользнула в снег. Этан полетел следом за ней. Это Джона дернул за ноги Этана, и теперь они, сцепившись, катались в снегу. Моя кровь заструилась на снежный покров, и оба вампира замерли: в их глазах вспыхнули красные огни. Этан кинулся ко мне, но Джона перехватил его, перекинул через себя и сел на противника сверху.
– Джона, не надо! – закричала я.
Рана от шпаги горела огнем. Чтобы хоть немного унять боль, я прыгнула в ледяную воду у берега. Но, как только вынырнула, мою плоть вновь охватил жар. Рана, хоть и не была смертельной, причиняла невыносимые страдания.
– Дай мне помочь! – голос Гэбриела прозвучал над нами, заглушая вой ветра.
Я моргнула, стряхивая иней с ресниц. Гэбриел стоял рядом со мной.
– З-зачем ты з-здесь? – стуча зубами, спросила я.
– Где же мне быть, как не с тобой? – мрачно ответил он вопросом на вопрос.
Земля дрожала. Я выглянула из-за валуна: Этан с Джоной по-прежнему боролись в снегу.
– Гэбриел, спаси их! Прошу тебя! – взмолилась я, ведь брать на себя ответственность за новые смерти я больше не могла.
Я попыталась встать, но сил не хватало. Гэбриел вытащил меня из воды и помог прислониться к огромному валуну – ноги по-прежнему утопали в ледяной жиже.
– И ты позволишь помочь тебе?
– Да, – согласилась я. Не время спорить.
Задержавшись лишь на мгновение, Гэбриел исчез.