Лавка древнойстей. Том 2
Шрифт:
— Вотъ-те на! Кто это такой? спросилъ Дикъ.
— А кто его знаетъ? Я его вижу въ первый разъ; пришелъ къ хозяину, въ контору.
— Ну, а фамилію его вы знаете?
Тотъ отвчалъ слогомъ, приличествующимъ «славному аполлонисту», что онъ «благословенъ навки», если знаетъ его фамилію.
— Одно только могу сказать, прибавилъ Чекстеръ, проводя пальцами по волосамъ:- изъ-за него я цльныхъ 20 минутъ стою здсь на тротуар. Я его ненавижу всей душой и, кажется, всю жизнь готовъ былъ бы подставлятъ ему ножку, если бы у меня было на это вревіи.
Пока они бесдовали, жилецъ Брасса — онъ, повидимому, не узналъ Дика Сунвеллера — опять вошелъ въ контору, а Китъ вернулся къ лошадк. Дикъ и къ нему обратился съ разспросами, и также безуспшно.
— Хорошій баринъ,
Чекстера взорвалъ этотъ отвтъ и онъ не утерплъ, чтобы не сказать — такъ, между прочимъ, будто ни на кого лично не намекая, — что не мшало бы скрутить шею и свернуть носъ всмъ вообще снобамъ. Однако, собратъ его по лож не поддержалъ его мннія — онъ, очевидно, былъ занятъ: соображалъ что-то. Минуту спустя, Дикъ спросилъ Кита, въ какую сторону онъ детъ. Оказалось, что ихъ путь лежалъ въ одномъ направленіи, и Дикъ изъявилъ желаніе отправиться вмст съ Китомъ, въ его экипаж. Тотъ съ удовольствіемъ отклонилъ бы отъ себя эту честь, но Дикъ уже сидлъ рядомъ съ нимъ, и ему оставалось только одно — попробовать насильно избавиться отъ него. Съ этою цлью онъ такъ дернулъ и погналъ лошадку, что Чекстеръ не усплъ проститься какъ слдуетъ съ гроссмейстеромъ и, вдобавокъ, пони отдавилъ ему мозоли. Понукаемая Дикомъ — тотъ въ продолженіе всего пути не переставалъ и свистть, и гикать, и кричать, — застоявшаяся лошадка помчалась во весь опоръ, еще чаще, чмъ обыкновенно, назжая то на фонарный столбъ, то на повозку. Не разъ она выказывала желаніе забраться на тротуаръ и почесать бока о кирпичныя стны. Слдовательно, разговаривать не было никакой возможности. Но вотъ она влетла во дворъ, гд Китъ ее всегда кормилъ, и помчалась прямо въ конюшню — кабріолетъ такъ и застрялъ въ дверяхъ; когда его оттуда вытащили и привели все въ порядокъ, Дикъ пригласилъ Кита распить съ нимъ бутылку пива посл такихъ трудовъ. Тотъ сначала отговаривался, но потомъ согласился и они отправились въ пивную.
— Выпьемъ за здоровье нашего пріятеля, какъ бишь его? молвилъ Дикъ, поднимая стаканъ со свжимъ пнистымъ пивомъ, — да тотъ, что еще съ тобой разговаривалъ сегодня. Я его знаю, онъ хорошій человкъ… только большой оригиналъ… вдь, какъ нарочно, забылъ его имя.
Китъ выпилъ.
— Онъ живетъ въ моемъ дом, т. е., собстаенно говоря, этотъ домъ принадлежитъ фирм, въ которой я состою главнымъ компаніономъ. У него трудно что нибудь вывдать, но мы все-таки его любимъ. Мы его любимъ, повторилъ Дикъ.
— Мн, сударь, пора уходить, сказалъ Китъ, вставая.
— Ну, чего ты спшишь, Христофоръ? выпьемъ-ка лучше за здоровье твоей матери, уговаривалъ его Дикъ.
— Очень вамъ благодаренъ, сударь.
— Твоя мать чудо какая женщина, Христофоръ! «Кто первый спшилъ меня поднять, когда я падалъ, и цловалъ меня въ больное мсто, когда я плакалъ?»
— Конечно, моя мать…
— Она была прелестная женщина… Я знаю, этотъ господинъ очень щедрый. Мы заставимъ его раскошелиться для твоей матери. Онъ съ ней знакомъ, Христофоръ?
Китъ отрицательно покачалъ головой, лукаво взглянувъ на своего собесдника, поблагодарилъ его за угощеніе и улепетнулъ прежде, чмъ тотъ усплъ вымолвить слово.
— Гм! Странное дло! Все, что иметъ соприкосновеніе съ домомъ Брасса, окружено какой-то таинственностью. Попробую-ка и я быть осторожне. До сихъ поръ всякій могъ вывдатъ у меня все, что хотлъ. Теперь баста. Никому ни гугу о своихъ длахъ. Странно, очень странно, разсуждалъ про себя Дикъ.
Углубившись въ свои размышленія, — скорчивъ при этомъ необычайно умную физіономію, — онъ просиллъ еще нкоторое время за бутылкой пива, потомъ подозвалъ къ себ мальчишку-полового, все время наблюдавшаго за нимъ у двери, и, выливъ остатокъ пива, въ вид жертвоприношенія, на песокъ, веллъ ему снести пустую бутылку и стаканы въ контору и кланяться отъ него хозяину. Вмсто того, чтобы дать мальчику на водку, онъ далъ ему совтъ: вести скромную жизнь и воздерживаться отъ всякихъ возбудительныхъ напитковъ. Свой совтъ, — какъ онъ самъ очень умно замтилъ, — онъ считалъ гораздо цнне какого нибудь полпенса. А затмъ пожизненный гроссмейстеръ «Славныхъ
II
Не смотря на то, что Киту пришлось до вечера прождать м-ра Абеля въ город, онъ не зашелъ къ матери. Онъ не хотлъ предвосхитить т радости, не хотлъ, такъ сказать, дробить т удовольствія, которыя предстояли всей семь на слдующій день. А день приближался знаменательный. Наступалъ срокъ его трехмсячной служб у новаго хозяина: завтра онъ получитъ четвертное жалованье, т. е. четвертую частъ шести фунтовъ стерлинговъ, назначенныхъ ему въ годъ — шутка ли, сколько денегъ, цлыхъ 30 шиллинговъ! — и завтра же хозяинъ отпускаетъ его на весь вечеръ домой. Боже мой! сколько удовольствія имъ предстоитъ въ этотъ вечеръ: они побываютъ въ театр и зайдутъ въ ресторанъ, чтобы показать Яш, какъ дятъ устрицъ.
И вдь надо же, чтобы выбрался такой счастливый денекъ! Все благопріятствовало празднику. Хозяинъ и хозяйка заране предупредили Кита, что не станутъ высчитывать изъ его жалованья т деньги, которыя онъ получилъ на обмундировку, а вручатъ ему все сполна; а тутъ еще, какъ нарочно, Богъ послалъ этого милаго барина, который подарилъ ему 5 шилл. — такое счастье другому и во сн не приснится! Въ довершеніе же всего, и Барбара завтра получитъ свое четвертное жалованье и отпускъ на весь вечеръ, и они вмст съ ея матерью отправятся къ его матери, и такимъ образомъ между обими семьями завяжется знакомство.
Китъ спозаранку поднялся съ постели, чтобы посмотрть на небо, нтъ ли тучекъ; Барбара тоже не утерпла бы ранехонько выглянуть въ окошечко, если бы ей не пришлось чутъ не всю ночь напролетъ провозиться съ разглаживаніемъ и прилаживаніемъ разныхъ кусочковъ, оборочекъ и обшивочекъ, изъ которыхъ должно было выйти великолпное платье для предстоявшаго праздника. Какъ бы то ни было, оба они встали раньше, чмъ обыкновенно, ничего не ли за завтракомъ и обдомъ и вообще были очень возбуждены. Явилась мать Барбары, объявляя, что погода восхитительная, что не мшало ей запастись огромнымъ зонтикомъ — безъ него и праэдникъ не въ праздникъ для такихъ особъ, и наконецъ настала торжественная минута, послышался звонокъ сверху, господа зовутъ получать жалованье.
И какъ все это вышло хорошо! Съ какимъ добродушіемъ старичокъ-баринъ обратился къ Киту:
«Христофоръ, вотъ твое жалованье: ты вполн его заслужилъ», а старушка-барыня — къ Барбар: «А вотъ и твое, Барбара; я очень довольна тобой!»
Посл этого Китъ расписался въ полученіи на своемъ листк, а Барбара — на своемъ, и рука у нея при этомъ порядкомъ дрожала. Потомъ старушка угостила мать Барбары виномъ. Ta, поднявъ стаканъ, сказала:
— За ваше здоровье, сударыня, и за ваше, сударь такихъ добрыхъ господъ дай Богъ всякому; и за твое здоровье, милая дочка, и за ваше, г-нъ Христофоръ.
И долго-долго тянула она вино, какъ будто въ рукахъ у нея былъ не стаканъ, а большой кубокъ. И такая она была нарядная, въ перчаткахъ, — точно барыня. Вдоволь они посмялись потомъ, вспоминая обо всемъ во время путешествія на имперіал, и не разъ отъ души пожалли тхъ, для кого этотъ день не былъ праздникомъ, какъ для нихъ.
А мать Кита! Глядя на нее, каждый сказалъ бы, что это барыня, жившая весь вкъ въ довольств. Все у нея было въ порядк, все блестло, чайный приборъ могъ бы служить украшеніемъ любой посудной лавки, а какъ мило дти были причесаны и одты! Можно было подумать, что костюмы на нихъ съ иголочки, тогда какъ въ сущности платьица были совсмъ старенькія. Вотъ они услись за столъ. Не прошло и пяти минутъ со времени знакомства между обими дамами, какъ уже хозяйка любезно объявила своей гость, что она ее представляла себ именно такой, какъ она на самомъ дл. Гостья отплатила ей такимъ же точно комплиментомъ, и заодно уже поздравила ее съ такимъ славнымъ сыномъ, какъ Китъ, а хозяйка, въ свою очередь, поздравила гостью съ такою славной дочерью, какъ Барбара; и пошло, и пошло. Барбара же была въ восторг отъ дтей, и надо было видть, какъ маленькій Яша жеманился, чувствуя, что имъ любуются, и какъ скоро между ними завязалась дружба.