Ласка скорпиона

Робертс Нора

Рене смерила взглядом женщину, не упуская ничего: крысиные хвостики, дешевую белую рубашку поло, мешковатые штаны, серые кеды.

– Я лейтенант Оберман.

– Кэнди, отдел снабжения. – Бейджик с удостоверением Кэнди, прицепленный к рубашке, прыгал у нее на груди, пока она шла к столу.

– Давно пора.

– Ну, мы, бывает, запаздываем. Не разорваться же! Копы вечно гробят тачки. А я вам, между прочим, новенький «Торрент» подогнала. Классом выше прежней, как заказывали. Тут у меня ваши коды и все остальное.

Рене властно

протянула руку.

– Ну и где?

– Господи, ну я же не могу передать, пока вы не подпишете! А вы как думали? Думаете, мы за просто так тачки раздаем? Подпишите, проставьте дату, инициалы на каждой странице – все в двух экземплярах. – Кэнди выложила на письменный стол бланки и постучала по ним ногтем с ярко-розовым облезлым лаком. – Вы ж говорите, у вас бог весть какая спешка? Вот меня и послали. Симпатичный кабинетик.

– Просто передайте мне коды! – рявкнула Рене, размашисто подмахивая бланки.

– И нечего так злиться! – Кэнди передала запечатанную карту. – Будете менять коды, вы обязаны нас известить – в трех экземплярах, – чтоб у нас все было записано.

– Прекрасно. Можете идти.

– Э, нет. Вы должны подписать мой экранчик – вот тут, подтвердить прием новой машины и кодов. А то не подтвердите – меня же потом обвинят. Малоли, может, я казенную тачку на улице толкнула незнамо кому.

Рене схватила миниатюрный экран и нацарапала на нем имя прикрепленным стилом.

– Вон пошла.

– Господи… – Кэнди собрала свои бланки и фыркнула. – Ну и вам доброго здоровьичка.

– Стоит ли удивляться, что у них там царит бардак, – заметила Рене, когда Кэнди вышла. – Нанимают таких недоумков.

– Вы получили новую тачку, Оберман. А теперь, если вы готовы, почему бы нам не вернуться к нашей увлекательной дискуссии? Может, объясните мне, что двое ваших детективов делали вчера в квартире моего убитого?

– Прошу прощения?

– О нет, моего прощения вы не получите. Напротив, знаете, что я сделаю? Я подам официальную жалобу на вас, на ваших детективов и на ваш отдел за вмешательство и возможное препятствование уголовному расследованию.

Глаза Рене вспыхнули гневом, она сделала два вызывающих шага к Еве.

– И вы думаете, что можете приходить в мой отдел, в мой кабинет и угрожать мне и моим людям?!

– Да, потому что именно это я и сделаю. – «Какого черта?» – сказала себе Ева и сократила расстояние так, что они оказались чуть ли не нос к носу. – Именно это я и сделаю, если меня не удовлетворит ваше объяснение по поводу того, почему детективы Гарнет и Бикс вчера вошли в квартиру Кинера без моего разрешения. И я не просто подам жалобу, если обнаружу, что один из них или оба поставляли убитому наркотики.

– А я требую, чтобы вы мне объяснили, на каком основании вы делаете такие заявления.

Ева искривила губы в улыбке.

– Ничего я вам говорить не обязана. Это мое депо, мое следствие, моя жертва. Вот я и хочу понять, почему вы пытаетесь вставлять мне палки в колеса, почему вы вмешиваетесь,

почему тормозите следствие.

– Это абсурд! И это оскорбительно. Я такие оскорбления никому не спускаю, так что уж поверьте: это я подам официальную жалобу.

– Да нет, это я вам не спущу того, что пара ваших людей вламывается в квартиру убитого, нарушает целостность улик и подрывает мой авторитет. По правде говоря, я вообще этого не приемлю. Не хотите со мной разговаривать? Без проблем. Мы обе поговорим с Уитни.

– Вот как вы решаете проблемы, лейтенант? Бегаете жаловаться начальству?

– Когда это необходимо? Можете даже не сомневаться. – Ева бросила красноречивый взгляд через плечо на портрет майора Обермана. – Я-то думала, вы хорошо это понимаете, тем более что ваш отец занимал эту должность.

– Только не примешивайте к этому моего отца.

«Больное место, горячая кнопка», – подумалаЕва, заметив, что голос Рене задрожал.

– Не советую вам устраивать мне обструкцию.Я подам жалобу на обоих ваших людей, я протащуих через официальный допрос. Я обвиню их в незаконном проникновении, препятствовании правосудию – и это только для начала! – если не получу ответов на некоторые вопросы.

Рене повернулась на каблуках и отошла к столу.

– Я переговорю с моими детективами по этомуделу и свяжусь с вами, когда все узнаю.

«Надо же, как ты взбесилась, – отметила Ева.
– И как тебе хочется убедить нас обеих, что ты тут главная!»

– Вы не поняли меня, Оберман. Вы поговоритесо своими людьми в моем присутствии, прямо сейчас, или они поговорят со мной в комнате для допросов под протокол. Выбирайте, и хватит понапрасну тратить мое время.

Если бы Рене верила, что сможет пустить в ход оружие против товарища по службе и остаться ни при чем, она бы выстрелила. Еве показалось, что она прикидывает шансы.

Но прикидки оказались не в ее пользу. Вместо этого она щелчком включила интерком.

– Детективы Гарнет и Бикс – ко мне в кабинет.Немедленно. – Она повернулась к Еве. – Я не позволю вам терроризировать моих людей, лейтенант.

– Терроризировать? И в мыслях не было.

Гарнет вошел на шаг позади Бикса. Оба были втемных костюмах с аккуратно завязанными галстуками, у обоих ботинки блестели, как зеркало.

«Вроде копы, а выглядят прямо как федералы», – подумала Ева. Гарнет бросил на нее ледяной взгляд.

– Закройте дверь, детектив Бикс. Лейтенант Даллас, детективы, присаживайтесь.

– Нет. Спасибо, – ответила Ева после секундной паузы.

– Ну как угодно. – Рене села за стол. «Заняла командную позицию», – подумала Ева. Плечи назад, руки сцеплены, лицо суровое. – Детективы, лейтенант Даллас утверждает, что вчера днем вы двое проникли в жилище Рикки Кинера, ныне покойного. Лейтенант является ведущим следователем по делу Кинера.

– По убийству Кинера, – поправила ее Ева. – Это следствие по делу об убийстве.