Лангбэрроу
Шрифт:
— Нет! Запротестовал Оуис. — Это всё из-за Доктора. Он хочет убить нас всех! В дверь вошла Инносет. С ней был Ринд.
Она осуждающе посмотрела на Криса.
— Зачем Доктор вернулся? Он должен был оставить нас похороненными с миром.
— Чтобы вы продолжали тратить жизни, играя в свои дурацкие игры? — ответил Крис.
— Себе-то он мог позволить одну или две, — равнодушно заметил Оуис. В этот момент что-то упало из трубы и ударило в очаг.
Это оказалась рыба. Большая рыба
— Это знак? — взволнованно спросил Оуис. — Или чудо? Инносет обхватила шею руками.
— Возможно, — медленно произнесла она. — Доктора всегда привлекали странности.
— Крис! — прошипел голос.
Крис обернулся и увидел Дороти с ещё одной женщиной, стоявших в дверном проёме. Остальные молча смотрели на них. Рыбы, задыхаясь, ползали вокруг их ног.
— Дороти? Как вы сюда попали? Новый грохот.
— Не спрашивай, — ответила она. — Где он? С обеих сторон вышли драджи.
— Это мои гости, — уверенно начала Инносет. — По законам…
Драдж оттолкнул её в сторону. Она повернулась и выбежала из комнаты.
— Прячьтесь за меня, — сказал Крис, когда огромный слуга попытался загнать новых гостей в угол.
Слишком поздно. Женщина в бикини ударила ножом безголового драджа, но даже втроём против двоих у них не было ни малейшего шанса.
Первый драдж взял обеих женщин. Второй засунул Криса под мышку, и воспользовался свободной рукой, чтобы поднять рыбу и положить во внутренний ящик.
* * *
— Шаткое время, — сказал Глоспин. Он взял фигуру с доски для «Сепалчезм». — Один неверный шаг, и Дом может уничтожить нас всех. — Он поднял кубик. — Какого цвета?
— Патрикс. — Доктор ударил по фиолетовому диску. — Планируешь ли ты убить и меня тоже?
— Что?
— Так же, как ты убил Квинца. Как ещё можно остановить Дом, если не его смертью? Глоспин выбрал для себя серебристо-серый диск цвета Дромиан.
— Все говорят, что ты убил его.
— Скучно, — ответил Доктор. — Что ты сам думаешь?
— Я был слишком болен, чтобы знать об этом.
— О, да. Ты был занят регенерацией, — Доктор посмотрел на Глоспина. — Выглядишь бледным.
— Да. Думаю, от недостатка солнечного света. — Глоспин улыбнулся. — Не волнуйся, Червоточина. Твоё происхождение и сомнительная родословная слишком важны, чтобы убивать тебя.
— Возвращаться домой так радостно, — произнёс Доктор. — Однако я помню, на чём мы остановились в прошлый раз. Я — твой кузен, Глоспин.
— Среди прочего.
— То есть?
Глоспин взял кубик и медленно обернулся.
— Когда
— Надежда всегда есть, — сказал Доктор. — Бросай кубик. Выпало одиннадцать.
— Я думал, что ты лазутчик или перебежчик. Не с Галлифрея.
— Это слова Агенства, — ответил Доктор. Он бросил кость, где выпало шесть. — Я знаю ещё одно хорошее слово. Кукушка. Что скажешь?
— Мы не сделали ставки, — ушёл от ответа Глоспин.
— Хорошо. Я играю за местонахождение завещания Квинца. Они сжали пальцы.
— А я играю за твою ТАРДИС, — улыбаясь, ответил Глоспин.
* * *
Саттралоп пыталась наблюдать за игрой, но она не могла ни услышать Глоспина, ни прочесть мысли Доктора. Тогда он вышел, блокируя её видение. Он смотрел на неё из зеркала с этой штукой, застрявшей в груди.
Я мёртв, Саттралоп. Мёртв и истекаю кровью в ожидании отмщения.
Она не поверила привидению. Этого не было. Квинц погиб в результате убийственной атаки Доктора. Он использовал все силы, чтобы утешить и убедить Дом.
Старик искоса глядел из зеркала на неё. Независимо от того, на что она смотрела сквозь зеркало, он заливал это абсурдным количеством крови.
— Квинц, старый вампир! — закричала она. — Я желаю тебе действительно быть мёртвым! Ей показалось, что она чувствует запах рыбы.
*** Фишка Глоспина продвинулась вперёд. Он выигрывал.
— Ты был единственным, о ком заботился Квинц, — сказал он. Доктор по-прежнему оставался высокомерным.
— Ты мог присоединиться к нашим турнирам по «Сепалчезм». Нужно было только спросить. Мы часто играли на этой самой доске.
— Даже после того, как он выставил тебя, он по-прежнему о тебе заботился. Если бы он только знал, что играл с…
— Огонь, Глоспин. Прямо, как ты. — Доктор бросил кубик. — Опять шесть. Любой другой сказал бы, что это подстроено.
Глоспин потёр шрам на руке.
— Только, когда эта штука напала на меня, я понял, что ты на самом деле.
— Продолжай. Твоя фантазия не знает границ.
— Это была Рука, не так ли? Легендарная Рука Омеги, сила из прошлого. И надо же случиться такому, что она нашла тебя!
— Глоспин, — сказал Доктор, — у тебя было почти семьсот лет, но ты смог придумать только такую чушь?
— Я — первый, кто догадался? Так вот почему ты так боишься?
Доктор был тих и спокоен. Никакой истерики или отрицания. Словно подтверждая сказанное.