Ламентации
Шрифт:
Но когда пришли Ламенты, в воздухе веяло холодком. Дверь открыл Чип, прижимая к носу окровавленный платок.
— Боже, что стряслось? — ахнул Говард.
— Потом расскажу. Хочешь бурбона? Это все, что у меня есть, — бурбон.
Из-за спины мужа выглянула Трикси:
— Чип без ума от бурбона.
— А ты без ума от каждого встречного! — рявкнул Чип.
Джулия поспешно увела Уилла в комнату Уэйна, Трикси последовала за ней. Уэйн, в наглаженном матросском костюмчике и белых лаковых туфлях, тоже выглядел
— Можно переодеться? — спросил он.
— Нет, ты же именинник, — объяснила Трикси с вымученной улыбкой.
Уэйн все-таки скинул туфли и потащил за собой Уилла — разрушать только что построенный город из деревянных кубиков.
Трикси привела Джулию в просторную гостиную, сплошь увешанную холстами. Джулия узнала работы молодого английского живописца — безвольных обнаженных — и несколько небольших современных скульптур — шагающие фигуры.
— Трикси собирает этот хлам в Лондоне и Нью-Йорке, — фыркнул Чип.
— В искусстве мое счастье! — огрызнулась в ответ Трикси.
— А я думал, твое счастье в другом!
Чип поманил Говарда к себе в «логово» — уединенную комнатку с кожаными креслами и шкурой зебры на стене.
Оставшись вдвоем с Джулией, Трикси шепнула:
— Чип узнал.
— О чем?
— О том красавчике из арабского квартала, помнишь? Который пытался гадать тебе по руке.
— Мистер Мубарес?
Трикси поведала Джулии подробности своего романа с Мубаресом, начавшегося со встречи в гостиничном бассейне.
— А потом этот олух явился к нам и застал Чипа дома. Чип грозился прихлопнуть меня, а заодно и его.
Джулия вздохнула.
— Ну и ты попросила у Чипа прощения?
— Прощения? — У Трикси вытянулось лицо. — Я никогда и ни перед кем не извиняюсь.
Пока подруги созерцали нравственную пропасть, что пролегла между ними, из «логова» Чипа пулей вылетел Говард.
— Джулия, где Уилл? — спросил он сердито.
Джулия указала на комнату Уэйна. Через миг Говард, схватив в охапку упирающегося Уилла, вышел вон из дома.
Джулия последовала за ним. Трикси на прощанье чмокнула ее в щеку, оставив след помады, который Джулия обнаружила намного позже, глянув в зеркало.
Уилл, почувствовав холодок между родителями, раскапризничался перед сном. Говард и Джулия безропотно выполняли все его просьбы — принести водички, еще разок поцеловать, — лишь бы оттянуть неизбежное объяснение.
— Джулия, — заговорил Говард, лежа в постели и сжав пальцами виски.
— Что, милый?
— Что ты знаешь об этом человеке?
— О ком?
— Ну, — Говард в темноте повернулся к Джулии, — с которым она спит.
Джулия затаила дыхание.
— Ничего, милый, — ответила она. И стала ждать.
— Я и не сомневался, — кивнул Говард. — Трикси сказала Чипу, что идиот, который к ним заходил, влюблен в тебя. Я ответил, что это чушь. Твоя
Джулия сочла, что мудрее будет промолчать. Если она начнет рассказывать о своих встречах с Мубаресом, то рискует навсегда потерять доверие Говарда.
Вдруг Говард вскочил.
— Джулия, это кошмарное место. Давай уедем. Подальше от этих людей.
Джулия молчала. Сейчас не время отстаивать дружбу с Трикси. Но она взяла мужа за руку в знак своей любви — что бы ни делала и ни говорила Трикси. Может быть, все встанет на свои места и гнев Говарда уляжется.
Говард счел рукопожатие знаком согласия на переезд.
Трикси пыталась порвать с Мубаресом, но бедняга не мог смириться с поражением. Ведь Трикси первой начала его преследовать — как смеет она прогонять его? В отчаянной попытке заглянуть в душу роковой красотке-американке он купил книгу «Почтальон всегда звонит дважды». И отыскал там простой выход из затруднения: убийство.
Мистер Мубарес разработал план, пустив в ход хитрость, свое влияние в профессиональных кругах и связи в арабском квартале. Однако замысел его потерпел крах, а пострадал невинный человек.
Мубарес узнал, что по средам Чип обедает в ресторане четырехзвездочной гостиницы «Королевский оазис» и его любимое блюдо — морковный суп от шеф-повара. Поскольку Мубарес снабжал ресторан посудой, на кухне он был частым гостем. Однажды в среду он принес с собой пакетик белого порошка, слабо пахнувшего миндалем, и высыпал в суп. Его замысел непременно удался бы, если бы не миссис Мак-Кросс. Первую порцию подали ей, и после третьей ложки у нее закружилась голова. Через миг она хлопнулась на пол, как дохлая канарейка, и ресторан закрыли.
Когда Джулия пришла с цветами навестить миссис Мак-Кросс, та, без кровинки в лице, сидела в палате и вязала свитер с Ричардом Львиное Сердце.
— Никто не знает, в чем дело, но сдается мне, без этой женщины не обошлось, — пожаловалась миссис Мак-Кросс.
Несчастный случай укрепил решимость Говарда уехать, и Джулия тщетно пыталась его отговорить.
— Милый, а как же Уилл? Здесь у него друг.
— Куда бы мы ни поехали, мы заведем новых друзей, — заверил Говард. — И получше, чем здесь, — пообещал он.
Медные копи
— Здесь, в Родезии, нам нужна талантливая молодежь! — уверял Симус Тэтчер, неугомонный агент по найму, прилетевший к Говарду в Персидский залив за три тысячи миль.
Слова избитые, но Говард тем не менее был польщен. Медная компания предложила ему дом, машину и большую зарплату, часть которой можно откладывать. Вволю наговорившись, выпив виски, пожав руку Джулии и заполучив подпись Говарда, Симус Тэтчер умчался на поиски новых кандидатов — и поминай как звали.