Ладья
Шрифт:
Менди ахнула.
— Кто взял его?
Дрю плотно сжал губы. Я уже подумала, что он не собирался ответить, как он наконец-то сказал:
— Два огра.
Она стала захлёбываться слезами. Я отвела её к креслу и оставила там безудержно рыдать. Я вернулась к её бывшему.
— Что, чёрт возьми, с тобой не так? — заорала я на него. — Ты продал Ромео тем тварям?
Помимо того, что огры обладали дурным нравом, они так же были известны тем, что ели кошек и собак. Если они забрали Ромео, вполне вероятно он уже мёртв, или скоро будет.
Парень
— Они просто забрали его. У меня не было иного выбора.
Я ощерилась.
— Выбор всегда есть. Когда они приходили и куда они его забрали?
— Прошлой ночью. Я не знаю, где они живут, — сказал он, вся его заносчивость и грозный вид испарились.
Я пнула его в плечо.
— Тебе лучше выяснить это и побыстрее.
Виолетта протянула ко мне руку.
— Дай мне твой шокер. Пятьдесят тысяч вольт встряхнет его память.
Я моргнула, глядя на неё. Кто эта девушка? Я не могла понять, то ли она серьёзно, то ли чертовски хорошо играет свою роль.
Дрю побледнел и начал рыдать и лепетать, пока в итоге не сообщил нам кое-что полезное.
— "Фентон". Они живут в "Фентоне".
Я вытащила телефон и забила название в поисковик. "Фентоном" оказался старый театр в Квинсе, который был закрыт уже как два года, тем самым став идеальным местом для таких "поселенцев", как огры.
— Сколько огров там живёт? — спросила я.
Он судорожно сглотнул.
— Только двое.
— Тебе лучше молиться, чтобы с собакой ничего не случилось, — сказала я сквозь стиснутые зубы, снимая с него наручники.
Виолетта хрустнула костяшками пальцев как мафиозный головорез.
— Я тебе гарантирую, тебе не понравится, если мы вернёмся.
Я подошла к Менди, которая теперь тихонько плакала, и помогла ей подняться с кресла.
— Пошли.
Мы все молчали, пока не вышли на улицу. Менди была сама не своя, так что Виолетта предложила повести её машину. Мы обменялись мрачным взглядом с подружкой, а потом разошлись по машинам. Шансы Менди увидеть своего питомца снова были практически равны нулю, и у меня сердце кровью обливалось из-за неё. Но если был хоть малейший шанс, что Ромео всё ещё жив, я сделаю всё возможное, чтобы вернуть его.
К театру я подъехала первой и припарковалась в квартале от него. После этого я написала Виолетте сообщение, давая ей знать, где найти меня. Я проверила своё снаряжение и взяла то, что мне могло понадобиться. Огры были сильными, но не особо хорошими борцами, да и умом особо не отличались. Но всё же, путём жёстких ошибок я научилась никогда не недооценивать противника, особенно после того, как тролль порезал меня мечом и отравил.
Виолетта с Менди приехали, когда я запихивала необходимое снаряжение в маленький рюкзак. Менди прекратила плакать, но её лицо было осунувшимся и бледным. Хватило одного взгляда на неё, чтобы понять, что с нами она не сможет пойти. Учитывая, что мы могли найти там, да и будет она лишь помехой.
Я закрыла дверь багажника.
— Вы двое остаётесь в машине.
— Я не позволю
— Ты не умеешь драться, — напомнила я ей.
Она закатила глаза.
— Я могу обогнать огра. И я знаю, что у тебя есть запасной шокер в сумке.
— Хорошо, но ты будешь делать то, что я скажу.
Я открыла рюкзак и передала ей оружие.
— А как же я? — спросила Менди.
Я закинула рюкзак на плечо.
— Кто-то должен остаться здесь, на случай, если мы наткнёмся на неприятности. Мы напишем тебе сообщение, если что-то случится.
Скрепя сердцем, она согласилась и пошла к своей машине, а мы с Виолеттой направились к театру. Старое кирпичное здание имело три этажа с арочным входом, и вывеской, на которой большими красными буквами было написано название театра. Мы прошли мимо главного входа и обогнули здание по задней аллее, где отыскали две небольшие дверцы. Первая дверь была заперта, а вот вторая поддалась нам, и мы тихо вошли внутрь.
Я попросила Виолетту помолчать, и мы прислушались к звукам, пока наши глаза привыкали к темноте. Ничего не услышав, мы стали красться мимо раздевалок. Все декорации, осветительное оборудование и кабель были убраны, и в театре пахло плесенью от запустения. Было немного жутко находиться в месте, которое когда-то бурлило жизнью.
Мы добрались до сцены, и я резко остановилась, уловив едва слышимые звуки, исходившие из зрительского зала. Повернувшись к Виолетте, я указала в сторону занавеса, который до сих пор висел там, частично закрывая сцену. Она кивнула и стояла смирно, пока я взбиралась по ступенькам в крыло и на цыпочках шла к занавесу.
Я дотронулась до занавеса, и меня обдало пылью. Мне пришлось подавить приступ чихания. Я отодвинула тяжёлую материю немного в сторону и выглянула в зал.
Зрительный зал был прямоугольным с двумя рядами кресел, разделённых проходом, а по обе стороны были лестницы, ведущие на бельэтаж и балкон. Стены были обшиты тёмными панелями, а потолок был покрыт выцветшими фресками. В центре потолка, где, судя по всему, должен был висеть огромный канделябр, зияла дыра, сквозь которую тянулся тонкий столб дыма.
Я проследила за движением дыма и отыскала его источник — в металлической бочке горел огонь. Кресла были выдернуты из пола и откинуты в сторону, так был создан привал для двух лысоголовых, желтокожих созданий, растянувшихся у огня. Огры ворчали и шумно чавкали, пожирая какое-то мясо. Меня замутило, когда один их них откинул кость в кучу у его ног.
Я накрыла рукой рот. Господи, лишь бы это был не Ромео.
Вытянув шею, я попыталась лучше осмотреться. У меня перехватило дыхание, когда я заметила собачьи клетки, установленные на креслах, которые пока что ещё оставались приколоченными к полу. Мне показалось, что в одной из них я заметила собаку, но клетки были слишком далеко, чтобы я могла сказать наверняка.