Лаборатория Тэк
Шрифт:
Он был смертью.
Ни один из них, во всяком случае – сегодня, сейчас. Но как знать. Возможно, в один из дней кто-то из них умрет.
Он сам никогда не знал заранее. Просто он снова начинал жить, начинал мерно, спокойно дышать и получал имя. Сегодня задание легкое, без уймы переездов с места на место.
Сегодня он будет убивать совсем рядом с домом. Нельзя сказать, чтобы ему не нравилось путешествовать. Но нельзя сказать и того, что ему нравилось путешествовать. Не нравилось ему только одно – запоминать все подробности, касающиеся человека,
Это значило изучать и слишком уж напоминало школу. В конце концов, он окончил колледж уже... сколько лет назад? Этого он не помнил. Во всяком случае – довольно давно. Но он пока не жаловался.
– Прибываем на станцию Паддингтон, – известил голос откуда-то сверху.
Молодой человек подождал, пока другие пассажиры, собирающиеся выйти, встанут и подойдут к дверям, а затем встал и сам.
Поезд бесшумно остановился, двери бесшумно распахнулись.
Когда молодой человек выходил из вагона на перрон, правый карман его черного пальто с металлическим звуком стукнулся о дверную раму. Никто ничего не заметил.
Не торопясь, дыша мерно, спокойно, молодой человек прошел на выход. Проверяющий наличие оружия детектор молчал. Простенькому примитивному механизму не под силу было справиться с антидетекторным устройством, лежащим в кармане молодого человека, за компанию с парализатором и лазганом.
Движущаяся дорожка, на которую встал молодой человек, вынесла его на улицу. Он вышел на первый уровень Пред-стрит, совершенно не беспокоясь о плотном, промозглом тумане, затопившем эту магистраль.
Магистраль. Красивое слово. Оно показывает, какой у него обширный словарь. Правда, иногда молодому человеку хотелось, чтобы и память его была не, хуже, чем словарь.
По правую руку в тумане парили, отсвечивая колючим красным сиянием, слова: «ПАБ ДЛЯ ТУРИСТОВ». Не замедляя шага, молодой человек продолжал свой путь, пока не достиг первого уровня Эджвэа-роуд. Здесь он на мгновение остановился и незаметно огляделся.
Никто за ним не шел, никто не проявлял к нему неподобающего интереса. Можно без помех осуществить план сегодняшнего убийства.
Кивнув головой, он по пандусу поднялся на второй уровень Эджвэа-роуд. По пути он похлопал по второму карману своего пальто. В кармане лежала аккуратно сложенная записка, которую он должен оставить на теле, – разрезав это тело на четыре куска.
Глава 12
Как только робот-слуга удалился, Гомес перенес свою бутылку к большому мягкому креслу.
– Ну и что же мы, по твоему мнению, имеем, Джейк? – спросил он, усаживаясь. – Уйму кусочков одной большой головоломки или по нескольку кусочков от нескольких маленьких?
– Не знаю, не уверен.
Скрестив руки на груди, Джейк прислонился плечом к стене и смотрел в окно, на ночной город.
– Но все-таки мне кажется, что большей частью все это как-то связано.
– То есть тут никак не могло обойтись без тэк-лордов.
Гомес отпил прямо из горлышка холодной бутылки.
– Не думаю, чтоб они стали вытаскивать
Гомес внимательно изучал потолок.
– Вполне возможно, amigo, что Бушон разнюхал какую-то часть планов и был отправлен на тот свет, чтобы много не болтал.
Подойдя к кофейному столику, Джейк взял копию письма Неизвестного Солдата.
– Если эта штука настоящая, бразильский псих отпадет. – Рассеянно он сложил записку пополам. – Да и Зак Рольфе тоже что-то знал. Подозреваю, он помог подставить Бушона.
– Так ты говоришь, мадам Нана, она же наша старая подружка Лулу Блубэрри, заявила, что она знает абсолютно точно?
– После того как я покинул эту столовую, мы с ней весьма оживленно побеседовали, ожидая прибытия парижских копов. Говорит, что совсем и не собиралась меня задерживать, не сообщала никому, что я пришел и ищу Рольфе, тем более не подозревала, что кто-то собирается устроить налет на ее заведение и прикончить этого парня. Далее, сочетание звуков «Экскалибур» не обозначает для Лулу ровно ничего.
– Непременно поручу кому-нибудь покопаться в ее делах и знакомствах последнего времени, – пообещал Гомес. – А что касаемо Экскалибура...
– Да?
– Когда ты первый раз сказал это слово, где-то в глубине моей cabeza что-то слегка зашевелилось. – Гомес огорченно потряс упомянутой частью тела. – Но нет, я все еще не могу вытащить из нее ничего определенного.
Кинув сложенную бумажку на столик, Джейк снова подошел к окну.
– Сэндз знает очень много про антитэковую систему профессора Киттриджа. Возможно, он даже знает, как ее обойти.
– Не исключено, что этот hombre может дать неким избранным деятелям тэк-бизнеса дельный совет, как обезопасить свой товар от грядущего антитэкового погрома, планируемого Киттриджем в сотрудничестве с МАКН, – размышлял Гомес. – Если после того, как большая часть чипов погорит, несколько дельцов сохранят запас действующих чипов, у них в руках окажется весьма и весьма прибыльная монополия.
– Завтра мы узнаем больше про жизнь и приключения покойного Зака Рольфе, – сказал Джейк. – И нам надо выяснить, что он имел в виду, говоря «Экскалибур».
Сделав еще один глоток, Гомес вернулся к созерцанию потолка.
– А стоит ли это хлопот? – пробормотал он через некоторое время.
– Что это?
– Да так, спорю сам с собой, – признался Гомес. – Вполне возможно, мне удастся выяснить у прекрасной Натали порядочное количество весьма полезной информации. Вот только не уверен я, что хочу снова попасть в ее паутину.
– Конечно, Натали способна извести кого угодно, но ведь работал ты с ней раньше, – заметил Джейк. – И от нее была некоторая польза, например – в Японии, несколько месяцев назад. А то, что она втюрилась в тебя, Сид, еще не значит, что она не может судить здраво о других вопросах.