Лабиринты фей
Шрифт:
— О, это работает только по определенным дням, — сказала та, — тем более, что я не помню текст, это только часть песни, вырванная из серединки, да и голоса мне не хватает.
— А что должно быть? — спросила Изабель.
— Они должны светиться, — Виолетта положила руку на камень, — вот, смотрите, этот теплый. Он все же услышал меня. Но энергии не хватило, чтобы стать светлым.
Изабель приложила руку к камню и почувствовала, что тот и правда теплый, намного теплее тех камней, что стояли
— А зачем это все твоему отцу?
— Камни указывают вход в лабиринты, — сказала дочь Валентины совершенно буднично. Возможно, для нее это было обыденностью ее жизни с ее странными родственниками.
— Ты знаешь, где вход? — спросила Изабель.
— Нет, — покачала головой девочка, — каждый раз открывается новый вход.
Повисло молчание. Изабель рассматривала камень, у которого стояла. Волосы ее трепал ветер, а руку обжигало тепло камня...
— А что там, в лабиринтах?
Виолетта подняла брови.
— Вы не знаете? — спросила она.
— Нет.
— А как же вы будете петь? — девочка искренне удивилась, — странно, что папа не сказал вам. История его жены Диоргиль тут известна каждой служанке, — Виолетта присела на низкий камень и подтянула ноги, обняв их руками, — Диоргиль очень сильна в нашем деле. Она много знает и много умеет. И в своих исканиях она узнала, что есть некий спуск в лабиринт, который можно отыскать, и что в лабиринте хранятся несметные сокровища. Те, что непонятны нам, и которые можно использовать как во зло, так и во благо. Ортанс сказала мне, что сейчас она нашла кубок, что может исцелять и травить одной и той же водой, в зависимости от желания и мыслей того, кто в него наливает. Она так долго искала его...
Повисло молчание, которое Изабель боялась нарушать. Виолетта, казалось, задумалась, смотря вдаль, на бескрайнее поле камней.
— В лабиринтах хранятся и сокровища, там есть целые комнаты, где можно жить, и где еда появляется сама по себе на столе в вазе. Там... есть выход в страну снов. Где можно любого, кого видно через зеркало, притянуть в свой сон. Там остатки той, древней, страны...
— А как туда попала Диоргиль?
Виолетта, казалось, смутилась. Щеки ее порозовели.
— Когда мой отец и моя мать полюбили друг друга, Диоргиль, знавшая путь в страну лабиринтов, забрала маленькую Ортанс и ушла за зеркала. Она искала тот кубок, чтобы... чтобы отравить мою мать. Но путь обратно найти она не смогла, навсегда оставшись по ту сторону зеркала. Когда моя мать умерла, отец женился снова, чтобы вызволить Ортанс из зазеркалья. Был проведен обряд, я там пела. Мари позволила взять ребенка и с его помощью открыть зеркало. Только вот открылся проход только для одного. Для второго проход не открылся. Поэтому Диоргиль вытолкнула Ортанс в наш мир. А Мари ушла в их, забрав сына, и не желая более быть пешкой в руках Франсуа. Она быстро раскаялась в своем решении, но теперь без нового ребенка вызволить
— Мой ребенок нужен для обряда? — спросила Изабель, — граф поэтому на мне женился? Чтобы добыть ребенка? — она задохнулась от возмущения. Ей всегда казалось, что Франсуа хоть немного, но любит ее. А оказалось, что он просто желает совершить обряд, чтобы вызволить своих предыдущих жен. А что будет с ней, с Изабель, когда две жены Франсуа окажутся рядом с ней? Многоженство запрещено во Франции... что он сделает? Убьет ее? Прогонит? Или отправит в лабиринт, — я... я не позволю! — закричала она, — я не буду для них петь!
Виолетта усмехнулась.
— В ваших же интересах петь для камней, — сказала она тихо, — камни помнят тех, кто для них пел. Позже, вы сможете прийти к камням, и они пропустят вас в лабиринты, и, возможно, даже выпустят оттуда...
_________________
Глава 21. Приоткрытая пелена
— Эстен, пожалуйста, остановись!
Изабель бежала за ним по коридору, путаясь в платье.
Он обернулся. Глаза его встретились с ее глазами, и Эстен остановился, поймав Изабель и резко притянув ее к себе. Изабель уперлась руками ему в грудь, чувствуя, как бешено стучит его сердце.
— Я хочу...- она не договорила, когда его губы оказались на ее губах, голова ее закружилась, и руки сами собой обхватили Эстена за шею, притягивая к себе и лаская его волосы.
Они так давно не оставались наедине... Руки ее дрожали от сдерживаемой страсти, а тело все горело от его прикосновений. Эстен прижимал ее к себе так, что ей было больно, но Изабель хотела, чтобы он сжал ее еще крепче и никогда не отпускал.
— Эстен, я хочу спросить...
Наконец ей удалось немного отстраниться. Дыхание их сбивалось, и Эстен отпустил ее губы, лаская шею и грудь.
— Эстен!
Он поднял на нее глаза, в которых плескалась страсть. Тяжело дыша отстранился, прислонился к стене, откинув назад голову. Черные волосы его растрепались, и кольцами падали на лоб. От одного взгляда на него у Изабель подкашивались ноги.
— Уходи, — он отвел взгляд от ее припухших от поцелуев губ, — пожалуйста, уходи!
— Но...
— Я клялся быть верным Ортанс. Изабель, пожалуйста, не мучай меня...
При имени Ортанс она вздрогнула, потом развернулась на каблуках и быстро пошла по коридору.
— Я люблю тебя! — услышала она его шепот.
Сердце ее прыгнуло. Она подхватила юбки и побежала, будто за ней гнались все демоны лабиринтов.
…
— Пожалуйста, объясни мне хоть что-нибудь! — Изабель сидела на кровати, а Франсуа лежал, накрывшись одеялом, и делал вид, что спит.