Лабиринт

Бар Иден

В какой-то момент отчаяние накрыло волной - он схватил меня за попу, а на нас уже поглядывали другие игроки. Алекс спокойно играл, казалось, абсолютно поглощённый тем, что происходит за столом. Ни о какой помощи ему речь уже не шла, и я, спасаясь, стремительно направилась к бару. Это и стало роковой ошибкой!

Мне показалось, что я заметила Тень за широкой колонной, но это было обманчивым впечатлением. Похоже, парни из команды не спешили ко мне на помощь, вместо этого застыв в ожидании неизвестно чего, или, быть может, ожидая чьего-то одобрения на вмешательство.

Тем

временем, пугающий меня субъект перешёл к активным действиям. Не успела я приблизиться к бару, чтобы попросить стакан воды, как он грубо схватил меня и потащил в мужской туалет, что располагался совсем рядом. Было ясно - как только мы окажемся одни, в закрытой кабинке, меня уже никто не спасёт! А вокруг одни ухмыляющиеся маргиналы. Он уже зажимал мне рот рукой, приговаривая «Ну че ломаешься, красотка?» и открывал дверь в санузел - я просто физически ничего не могла поделать наперекор ему, как вдруг кто-то осторожно оторвал его от меня.

С сильно бьющимся сердцем, я резко обернулась – Алекс. Единственный, кто смог мне помочь. Он молча толкнул в санузел того типа, и дверь за ними закрылась. Я, перепуганная насмерть, только стояла и слушала глухие звуки борьбы, как уже примерно через минуту набежала толпа - неизвестные мне люди распахнули двери настежь.

Я увидела Алекса, склонившегося над тем типом, который лежал теперь на полу с окровавленным лицом - он страшно бил его! На Алекса вдруг налетели со всех сторон, а я тоже смело ринулась в толпу, не в силах наблюдать, как его избивают, и только появившийся словно ниоткуда Старк, машина для убийства, подключившись, окончательно разрулил ситуацию. Драка довольно быстро закончилась.

Принцесса, как я в шутку иногда называла Алекса, оказалась дуболомом. Они, абсолютно все там собравшиеся, дрались так, что я боялась даже смотреть на них. Думаю, меня запросто могли бы убить, случайно, в этом кровавом месиве. Я видела, как некоторые там падали без сознания.

Охрана казино разняла дерущихся, и нас попросили уйти.

Мы с Алексом зашли перед этим в женский туалет - там меня стошнило. Он заботливо держал меня над унитазом, а после помог умыться. До сих пор помню брызги крови на выложенных плиткой стенах!

Я умывалась, глядя в зеркало на его рассеченную бровь и разбитые, улыбающиеся мне губы, и слезы мои все текли, никак не желая останавливаться. А он пытался шутить, как будто бы произошедшее было каким-то обычным, повседневным явлением. Я не могла понять этого! Кажется, именно тогда до меня впервые дошло, во что я ввязалась. Здесь не место детским играм или детскому восприятию жизни - все серьёзно и по-взрослому. Мы просто марионетки, разменные монеты в руках дядечек с деньгами, которые используют нас для своих целей. И никто кроме Алекса не посмел вмешаться, чтобы защитить меня.

– Не ори так! А то я сам тебя приложу, - лениво цедит Старк, и Кэп замолкает. Тень же сидит будто в глубокой медитации, спокойно и равнодушно глядя на каждого из нас.

– Я позвоню главному!
– с вызовом произносит Кэп и выходит из микроавтобуса, громыхнув

дверью. Мы все начинаем тихонько переговариваться, но уже через пару минут он возвращается. Останавливает зловещий взгляд налитых кровью глаз на нас с Алексом.

– Значит так, гребаные Бонни и Клайд! Виноват во всем, конечно, Альбион. Альбиону и платить по счетам. Ты сегодня сорвал нам план в пятьдесят кусков - стандартный усреднённый чек, а значит главный удерживает эту сумму с тебя. По пятьдесят процентов твоего заработка - чтоб не подох с голоду, с каждого выхода, пока не отдашь всю сумму! Всем ясно?

Пятьдесят тысяч долларов! У меня плывёт перед глазами. Эта сумма кажется мне неподъёмной настолько, что на нее, наверное, можно было бы купить самолёт. Кэп ещё бурчит о том, что и ежу было понятно, что за мной последует Старк, и поможет по-тихому.

– А если нет?
– дерзко спрашивает Алекс, - когда тот урод пошёл за ней, вы все оставались на своих местах.

– Срываться резко и нельзя было! Это привлекло бы внимание. А на сегодня все по норам, - Кэп делает знак водителю, - ну потискал бы он чуть твою девку, с нее бы не убыло.

– Ты че сказал?!
– Алекс одним резким движением хватает Кэпа за ворот франтоватой рубашки и опускает его голову вниз, к ногам, - извинись! Я тебе сейчас рожу разобью.

– Ты охренел?!
– визжит, извиваясь змеей в его руках, Кэп, - из-за куклы?

– Заткнись, Кэп, - вдруг подает голос Тень, - мы все протупили, значит и удерживать надо со всех! И с тебя тоже.

Кэп ругается долго, витиевато и нецензурно.

– Я готова отдавать сто процентов с каждого выхода!
– встреваю робко, но решительно. Они смотрят на меня с уважением, все, кроме Кэпа, голова которого возвращается в естественное положение только после двух, выплюнутых в мою сторону с ненавистью слов: «Извини, Эжени!».

В итоге решаем, что удерживаем по пятьдесят процентов за каждый выход абсолютно со всех, и не допускаем повторения подобной ситуации! При малейшей опасности, для кого бы то ни было - мобилизуемся сразу. Кэпу остаётся только подчиниться, он такой же член команды, хоть и воображает о себе.

Вообще, несмотря на то, что я общаюсь с этими ребятами только в микроавтобусе и урывками, мы уже успели привыкнуть друг к другу и нормально поладить. А благодаря вездесущему заступничеству Алекса, я не боюсь никого из них.

Много позже, когда я засыпаю рядом с Алексом в его новой квартире, в моей голове все ещё звучат слова Кэпа, которые он бросил в порыве гнева, там, в машине: «Ты просто тупо оставил карты, оставил все, и побежал за ней!»

Значит, я для него важна и значима. Он оставил все. Оставил все…

С этой чудесной мыслью я засыпаю, сладко улыбаясь в дремоте и обнимая Алекса.

Эту квартиру он снял несколько дней назад, сделав для меня сюрприз. Мария очень сокрушалась, и мы с ним решили как-нибудь навестить ее с детьми. У нас теперь много денег, по-настоящему много! Даже несмотря на долг. Мы все равно однажды отдадим его, рано или поздно.