Лабиринт Выходов
Шрифт:
– Это Андрей, а меня зовут Алиса, - непонятно почему Алька представилась полным именем.
– А вас как?
– Роза.
– Красивое имя.
Что ж, раз такие здесь порядки - называть взрослых всех возрастов по именам - надо привыкать.
– А еда у вас в буфете всамделишная?
– продолжала расспросы Алька.
– В смысле... она не просто кажется?
– А ты попробуй - и узнаешь, - усмехнулась Роза.
Алька покосилась на витрину. Там было всякое - булочки, коржики, бутерброды. Но Альку больше интересовали кремовые пирожные. А Андрей так и вовсе начал коситься на них гораздо
– История, - сказала Роза в ответ на Алькин вопрос.
– За покупку полагается история. Только с пирожными спешить не советую: возьмите сначала несладкое что-нибудь. По сырной булочке, например.
Да уж, к здешним странностям тоже пора бы привыкать - но не так-то это легко.
– Если за это нужно рассказать историю, у нас ни булочку, ни пирожное съесть не получится, - кисло откликнулась Алька.
– Вам наверняка свежепридуманные нужны, а не такие, которые мы где-то читали и смотрели?
– Точно, - покивала Роза.
– Истории могут быть любые - хоть рассказанные, хоть нарисованные, хоть сыгранные на скрипке - если ты сумеешь сыграть историю, детка. Но обязательно ваши собственные. И от тех, которые не ваши, я их всегда отличу.
– Да мы и не стали бы обманывать, очень надо.
– Алька изо всех сил притворялась, что до пирожных ей дела нет.
– Пошли, Андрей. У тебя ведь тоже истории наготове не имеется?
– Прямо сейчас - кажется, нет...
– Ну вот. До свидания, - последние слова были сказаны не Андрею, а Розе.
– Да подождите, - остановила буфетчица собравшихся уходить ребят.
– Так уж и быть, берите в долг. Но по истории будет за вами.
– Мы обязательно придумаем и расскажем, - заверил Розу Андрей так убеждённо, что Алька удивилась.
– Можно, чтобы это истории про какие-нибудь вещи с "чердака" были?
– Само собой. Можно даже, чтобы это были совсем простые истории. Вы же новички, вам простительно.
– Тогда дайте, пожалуйста, две сырных булочки и два пирожных. Один эклер и...
– Алька вопросительно посмотрела на Андрея.
– И одно крем-брюле. Если такое есть.
– Найдётся, - пообещала Роза.
– А попить что?
Алька тут же потребовала лимонад. Андрей захотел кофе капучино. Роза сделала его с помощью вполне обыкновенной, с виду ничуть не волшебной кофеварки.
Получив заказ, друзья поставили его на один из столиков, освещённых цветным светом. Окна в буфете почти полностью закрывали занавески, поэтому цветные лучи были видны даже днём. Но иногда лучи как будто исчезали, и ребятам представлялось, что они сидят не посреди буфета, а под открытым небом, под ветками большого дерева.
– Круто!
– восхитилась Алька, глядя на это дерево.
– Зонтичная акация.
– Какая акация?
– Андрей в разновидностях деревьев не очень разбирался.
– Зонтичная. В африканских саваннах растёт.
Ну
Когда буфет переставал быть буфетом, и появлялась акация, вместе с ней появлялась и сама саванна - огромный простор буроватой травы с редкими зелёными островками других акаций и каких-то кустов. Горизонт такой далёкий, что его заволакивает туман, но в вышине из этого тумана выступают очертания сине-фиолетовых с белыми верхушками гор. А что за множество крошечных точек там, вдали? Да это же стада антилоп и газелей! А точки побольше - могучие буйволы, а вертикальные чёрточки - длинношеие жирафы.
– Вот-вот появятся львы, - сказала Алька.
Андрею тоже казалось, что эти грозные и красивые хищники с лохматыми гривами, с блестящей на солнце золотой шерстью с минуты на минуты могут показаться из-за ближайших кустов и огласить саванну низким раскатистым рыком. Но он решил успокоить Альку:
– Вряд ли они стали бы запускать львов в буфет. По крайней мере, взаправду опасных львов.
– Думаешь, я боюсь?
– насупилась Алька.
– Да я и не думала бояться! Это же так интересно и здорово - львы не по телевизору и не в клетке несчастного зверинца, а прямо в саванне!
Да уж, с чего он, Андрей, взял, что Альку нужно успокаивать? Не знает её, что ли? Если бы не вся здешняя обстановка, которая с толку сбивает, он бы никогда такой глупости - попытки успокаивать Альку - не сделал.
Про зверинец она сказала не просто так. Это был случай из жизни. Передвижные зверинцы иногда приезжали в Волгинск, и однажды Алька с Андреем пошли туда. Зрелище было печальное - худые звери за решётками тесных клеток. Лисица, похожая на облезлого бродячего пса из тех, которые крутятся возле мусорных контейнеров. Хмурые нахохленные орлы. Но самым грустным был именно лев. Он лежал с закрытыми глазами, опустив на вытянутые лапы тяжёлую морду. Не хотел глядеть на тех, кто пришёл рассматривать его. Во сне он мог видеть далёкую саванну, но стоило открыть глаза - и вот она, решётка тюрьмы.
Ребятам сделалось стыдно перед пленниками зверинца. Стыдно за людей, которые заперли их в клетки. Они поспешили уйти. Долго потом Алька возмущалась и говорила, что надо закон против зверинцев издать.
Теперь Андрей подумал, что те, кто посадили льва и остальных за решётку, понятия не имеют о жизневедении, которому в Школе Лабиринта учатся.
Пирожное крем-брюле оказалось корзиночкой, в которой лежало действительно не мороженое, а крем. Сделан ли он из молока, сахара и яиц или из чего-то ещё - Андрей определить не мог, но было вкусно, сладко и пахло ванилином. Альке её эклер тоже понравился.
Цветной свет то вспыхивал над столиком, то пропадал, уступая место саванне и ожиданию львов.
– Странно, всё-таки, - сказала Алька, - мы сейчас в Школе, а не внутри Лабиринта, но видим всё это, джунгли, море, саванну...
– По-моему, - Андрей решил поделиться мыслью, которая пришла ему в голову ещё на лестнице с окнами, смотрящими в разные времена года, - мы хоть и не внутри Лабиринта... но в Лабиринте. По-моему, Школа и всё, что вокруг неё - это тоже Лабиринт Выходов, его часть.