Лабиринт отражений
Шрифт:
Значит и мне пора перестать колотить в нарисованную дверь. Надо искать настоящий выход.
Я скидываю броню и снаряжение в шкафчик, лезу под душ, минуту тихо верчусь под ледяными струями. На место растерянности и бессилию приходит злость. Прекрасно. Здравствуй, злость. Ты — то, что мне нужно. Хватит игр по правилам.
Одевшись, я выхожу в колонный зал.
— Администрация «Лабиринта» просит Стрелка пройти к начальнику Службы Безопасности, — немедленно разносится в воздухе. — Администрация…
На меня поглядывают,
Особнячок администрации на этот раз оживлён. Меня впустили в общее рабочее пространство сисопов «Лабиринта» — я могу видеть их, а они — меня. Впрочем, вряд ли я кого-то здесь заинтересую. Иду по коридорам, заглядывая в стеклянные двери — за ними терминалы, парни и девушки за компьютерами. За несколькими дверями — целые залы, где на огромных столах водружены макеты. Макеты уровней «Лабиринта» — холмы и овраги, здания и руины, реки и полыхающие пожарища. Вокруг макетов лениво похаживают люди. Вот какой-то парень, склонившись над макетом, выливает в крошечную речушку колбу зелёной жижи. Речушка начинает бурлить. Парень толкает стоящего рядом товарища, тот смотрит на испоганенный пейзаж и пожимает плечами.
Вот как конструируются уровни. Точнее — их скелет, каркас, который дальше начнёт жить своей собственной электронной жизнью, заселится монстрами и игроками. Несколько недель или месяцев уровень будет будоражить воображение завсегдатаев «Лабиринта». Потом его сменят.
— Вы — Стрелок?
Девушка подходит ко мне неслышно и незаметно. Красивая, белокурая.
— Да.
— Идёмте, господин Агирре ждёт вас.
Иду следом. В общем-то я знаю, что мне сейчас скажут. Но почему бы не потратить десяток минут на формальности?
Гильермо стоит у окна в «Лабиринт», тёмный силуэт на фоне кровавого зарева. В треугольной комнате всё продумано — хозяин кабинета на фоне окна кажется маленьким, потерянным… и приковывает взгляд. Входящий — в вершине пирамиды, невольно преисполняешься сознанием важности своей персоны… и чувствуешь себя неуютно.
— О, Стрелок! — Гильермо энергичным шагом двигается навстречу. — Садитесь, садитесь…
— Вы разрываете контракт? — прямо спрашиваю я.
Гильермо останавливается. Трёт переносицу.
— Н-да… вы говорили с Анатолем, Стрелок?
— Говорил.
Как будто он не контролировал наш разговор…
— Стрелок, вы согласны с мнением наших дайверов, нет?
— Нет.
— Почему?
— Разве это что-то изменит? — вопросом отвечаю я. — Вы уже приняли решение отказаться от спасения Неудачника.
— Я решения не принимал, — говорит Гильермо. Слегка акцентируя «я».
— Но контракт расторгаете?
Гильермо вздыхает.
— Мы ценим ваши попытки помочь… значительно ценим.
Первый раз его речь становится неправильной, и я понимаю — Гильермо общается не через программу-переводчик,
— Но сложилось мнение, что сейчас мы столкнулись с акцией враждебно настроенного дайвера. Продолжать миссию спасения — это поддерживать его планы. Так?
Я киваю. В голосе Гильермо нет уверенности. Но и мне нечего противопоставить словам дайверов «Лабиринта».
Пока — нечего.
Спорить — бесполезно.
— Фирма выплатит вам вознаграждение, — говорит Гильермо. — Мы даже можем поспорить о сумме… немножко.
Он хитровато и доброжелательно улыбается.
— Я оставлю сумму на ваше усмотрение, — говорю я.
Гильермо испытующе смотрит на меня, потом садится за стол. Выписывает чек. У него в руках золочёный «Паркер», кредитная книжка выдана «Чейз Манхэттен». Сумма не потрясает меня так, как это случилось бы до операции в «Аль-Кабаре», но всё же она внушает уважение.
— Спасибо, — торжественно говорит Гильермо, вручая мне чек. Это просто формальность, деньги уже переведены на мой секретный счёт, указанный в контракте. Но держать в руках несуществующий чек приятно.
Я киваю, жму Гильермо руку. Всё, можно уходить вон. Маленькому мальчику дали конфетку и выгнали из компании взрослых людей, играющих в серьёзные игры.
— На посошок? — господин Агирре с улыбкой достаёт из стола бутылку. Настоящий французский «Арманьяк». В виртуальности он стоит немногим дороже кока-колы, но сам жест приятен. Агирре как бы не сомневается, что мне знаком вкус этого напитка.
Мы чокаемся, отпиваем по чуть-чуть. Я не любитель коньяков и бренди, но всегда лестно на секунду почувствовать себя знатоком благородных напитков.
— Я догадываюсь, как вы потратите эту сумму, — неожиданно говорит Гильермо.
— И как же?
— Они вернутся на счёт «Лабиринта», — Гильермо усмехается.
— Нет.
Он удивлённо приподнимает брови:
— Вы отступитесь? Да?
— Я спасу Неудачника. Но на это у меня есть деньги. А чек… я верну его. Чтобы вы изменили сумму.
Гильермо кивает. Он ожидал моей настойчивости и вполне удовлетворён обещанием.
— Удачи вам, дайвер.
— Если в «Лабиринте» случится что-нибудь неожиданное… вы не сможете известить меня? — интересуюсь я. — Неофициально?
— Адрес, — по деловому говорит Гильермо.
Я даю ему визитку, на которой указан сетевой адрес. Это не мои координаты, это просто почтовый ящик, на котором, сообщив пароль, я смогу получить письмо на имя Стрелка.
— Вызвать вам такси? — интересуется господин Агирре на прощание.