Кусака
Шрифт:
Ровно в семи милях от Инферно и Окраины решетка выгнулась и пошла к земле взяв город в кольцо. Она перерезала строй маршировавших по шоссе N 67 телефонных линий и линию электропередачи, а водитель грузовика, который замешкался и слишком поздно нажал на тормоз, на скорости шестьдесят миль в час врезался в нее. Грузовик сложился в гармошку, шины полопались, мотор влетел в кабину. Грузовик отскочил от решетки и взорвался — точь-в-точь так, как если бы въехал в каменную стену. Дикий кролик по другую сторону решетки испугался и попытался пробежать через нее к своей норе, но поджарился раньше, чем его мозг зарегистрировал боль.
Закрепляясь, образующие
На Селеста-стрит вмиг погасли все фонари. В домах воцарилась тьма. Потухли экраны телевизоров, перестали тикать электрические часы. Холодильные насосы в «Ледяном доме» застонали и остановились. Погасли глазки светофоров и три уцелевших стеклянных шара на мосту через Змеиную реку.
И Джесси, и Том, и Роудс с Вэнсом, и Коди с Риком услышали: упало напряжение — и с завыванием замерла огромная повседневная цепочка механизмов, дающих жизнь Инферно и Окраине; все они, от кондиционера, обслуживавшего комнату для бальзамирования в похоронном бюро до электронных замков на банковских сейфах, доживали последние секунды.
А потом все закончилось.
Инферно и Окраина лежали, озаряемые лиловым светом небесной решетки, и тишину нарушало только урчание пламени.
У Роудса пересохло во рту. На востоке внутри решетки что-то снова высекло искру — вероятно, взорвался второй реактивный самолет, попытавшийся вырваться за ее пределы. Пламя быстро улеглось, и на землю упало что-то напоминающее пепел. Роудс понял, что перед ним силовое поле, которое генерирует находящийся внутри пирамиды источник энергии.
— Батюшки-светы, — простонал Хитрюга Крич.
Чат-чат-чат винтов заставило Роудса повернуться на юго-запад. Оттуда примерно в семидесяти футах над землей летел военный вертолет. Держась на безопасном расстоянии от черной пирамиды, он медленно сделал круг над Инферно и снова сел в Престон-парке. Бегом кинувшись к нему, полковник увидел Ганнистона, который, пригнувшись, выбирался наружу. Джим Тэггарт, долговязый рыжий пилот, вырубил двигатель, и винты, взвыв, остановились.
— Мы видели пожар! — сказал Ганнистон, когда Роудс оказался рядом с ним. — Мы были в воздухе, и тут это… не знаю что… осветило небо. Что случилось с фонарями?
— Тока нет. Это силовое поле, Ганни. Только что на моих глазах два «фантома» въехали в него — с концами. Проклятая хреновина, небось, тянется на мили!
Ганнистон уперся глазами в пирамиду. Щеки капитана горели от возбуждения, в глазах сияли красные отблески пожара.
— Еще одно ИПСП, — сказал он.
— Угадал. Остальные вертушки летят?
— Нет, сэр. Вылетели только мы. Сэндерс и О'Бэннон еще на точке.
— Я бы сказал, для нас первоочередную важность только что приобрела вот эта точка, разве не так? Иди за мной. — Полковник широким шагом двинулся к шерифу Вэнсу, Ганнистон не отставал. — Надо поговорить, — сообщил Роудс Вэнсу, чьи недоумевающие глаза по-прежнему умоляли о доступном шерифу объяснении. — Пошлите кого-нибудь разыскать мэра. Лучше, если придут и священники — вообще, любой, кто может помочь справиться с толпой. Встретимся через пятнадцать минут в вашем кабинете. Нам понадобятся фонарики, свечи — что сумеете собрать.
— Через пятнадцать минут, — повторил Вэнс и обалдело кивнул: — Ага. Ладно. — Он посмотрел на решетку и сглотнул, кадык подпрыгнул. — Мы… нас поймали в клетку, так? Я видел, как самолет разнесло в клочки. Эта чертова клетка уходит прямо за гори…
— Слушайте
Вэнс выпучил глаза. По правде говоря, ему никогда, даже в самых дичайших кошмарах, не мерещилось, что он окажется ответственным за критическую ситуацию в Инферно. До сих пор самой больной проблемой, с какой шериф сталкивался, было не давать Отщепенцам и Гремучкам отправить друг друга в мир иной. И вот в считанные секунды вся жизнь шерифа изменилась.
— Д-да, сэр, — ответил он.
— Идите! — распорядился Роудс, и Вэнс заторопился прочь. Теперь — за Томом и Джесси, отвести их на собрание. Придется проверить телефоны (правда, Роудс уже догадался, что они будут молчать, разъединенные той же силой, которая уничтожила линию электропередачи) и попробовать работающую от батарей рацию шерифа. Вдруг радиоволны пробьются через заслон на базу ВВС Уэбб? Однако Роудс понятия не имел, что за изъяны могут отыскаться в силовом поле или есть ли они на самом деле. Пойманы в клетку, сказал Вэнс? «Попал в точку», — сказал полковник себе под нос.
Он поглядел в сторону «сивика» Тома и пережил очередное потрясение.
Дифин там не было.
Ее вообще нигде не было видно.
Джесси заметила это почти одновременно с полковником, и сначала у нее вырвалось «Сти..». Она осеклась. «Том, Дифин пропала!» — сказала она, и Том увидел, что там, где пару секунд назад стояла Дифин, пусто. Они начали искать среди зевак, а Рэй уселся на бровку тротуара, пересчитывая зубы. Все оказались на месте, но парнишка чувствовал, что вот-вот отключится.
Через несколько минут Том и Джесси обнаружили, что на Селеста-стрит Дифин больше нет.
На автодворе у Кейда пламя с ревом пожирало запасы краски и смазки, от горящих покрышек и масел под купол решетки поднимались черные полотнища дыма. Он собирался там в грозовые тучи, а висевшая в небе луна почернела.
23. ПОСЛЕ ПАДЕНИЯ
— Что такое? — сипло спросил Эрли Мак-Нил, неторопливо растягивая слова.
— В теле ребенка находится чужая форма жизни, — повторил Роудс. — Откуда — не знаю. Откуда-то оттуда. — Он вытер потный лоб влажным бумажным полотенцем. Рубаха прилипала к спине. Электрический вентилятор, естественно, не работал, и в офисе у шерифа тяжело зависла жара. Несколько мощных фонарей, «реквизированных» в хозяйственном магазине, давали ослепительно яркий свет. В офисе, помимо доктора Мак-Нила, Роудса и шерифа, собрались Джесси, Том, преподобный Хэйл Дженнингс из баптистской церкви, отец Мануэль Ла-Прадо и его более молодой помощник, отец Доминго Ортега. В качестве представителя Окраины Ла-Прадо попросил придти Ксавье Мендосу, а рядом с Мендосой стоял и грыз ногти мэр Бретт.
— Значит, это существо появилось из шара и залезло в Стиви Хэммонд? По-вашему, мы должны это скушать? — продолжил Эрли, который сидел на принесенной из камеры жесткой скамье.
— Дело обстоит несколько сложнее, но суть вы ухватили. Я думаю, она занимала сферу — я говорю о «нем», как о существе женского рода, поскольку это тоже упрощает дело — пока не сумела совершить перемещение. Как это случилось или какова физика этого процесса, я объяснить не сумею. Очевидно одно: мы имеем дело с чертовски странной технологией.