Куртизанка
Шрифт:
Всю свою жизнь она искренне старалась жить так, чтобы они – старшие в семье – гордились ею, чтобы им не в чем было её упрекнуть. И теперь, как никогда отчётливо, она видела, что не преуспела. Она посылала отцу деньги – но могла только радоваться, что тот не знает, какой ценой. Она пыталась служить на флоте, но не смогла продержаться там и года. А теперь и вовсе оказалась в бегах.
В прошлом её не ждал никто, кто сожалел бы о ней, но и в будущем Элена не видела никого. Она могла бы выйти на любой остановке – этого не заметил бы никто. Высадиться на любой обжитой планете или проделать путь вместе с другими колонистами и остаться в одном из неисследованных
Лэрд приходил со смены раз в несколько дней. Такой уставший, что, как правило, засыпал, не сказав Элене ничего. Только к концу второй недели у него выдался первый выходной и, выспавшись, он пригласил к себе нескольких друзей.
Какое-то время, сидя в углу каюты, Элена смотрела, как они хлебают купленный у врачей виски, играют в лото и домино. Потом встала и, вежливо попрощавшись с людьми, которых не знала, потому что Лэрд и не думал представлять их ей, вышла в коридор.
Она поднялась на палубу, откуда открывался вид на бескрайнее море звёзд. Они отошли уже достаточно далеко от линий ветров, но не было здесь и планет – только довольно далеко светился голубоватый шар звезды, которую они уже оставили позади.
Элена долго стояла так, вглядываясь в этот безбрежный океан, где даже гигантские огненные шары казались песчинками, затерянными в пространстве – что уж говорить о ней, ещё более крошечной.
Затем, решив, что друзья Лэрда уже разошлись, и остаток вечера она проведёт в мире и спокойствии, повернулась и побрела назад.
Она угадала, но только отчасти – Лэрд был один. Чезаре, как и сама Элена, прислуживал на банкетах гостям и сейчас сновал во фраке где-то там, среди них.
Взгляд у Лэрда был шальной – немного весёлый, немного пьяный. В нём было что-то ещё, и Элена не успела понять что, когда Лэрд прижал её к стене и принялся покрывать поцелуями лицо.
— Лэрд, прекрати! – попыталась приказать Элена, но Лэрд то ли не слушал, то ли не хотел слышать.
Непослушные пальцы Лэрда путались в застёжках платья, пытаясь их расстегнуть, а влажные горячие губы уже скользили по шее, силясь забраться под твёрдый белый воротничок.
— Да ладно тебе, не в первый же раз...Ты ведь знала, что всё к этому и... — бормотал Лэрд.
Молния стала той заминкой, которая позволила Элене выгадать несколько секунд. Она подхватила стоящую на столе пустую бутылку из-под виски и с размаху, хотя и не очень сильно, заехала Лэрду в висок. Тот отстранился и секунду смотрел на Элену недоумевающе и обиженно, а потом медленно осел на пол.
Элена перевела дух. Её немного трясло, потому что Лэрд был заметно крупнее.
Собравшись с духом, она присела на корточки и приложила палец к шее мужчины, а затем с облегчением вздохнула – тот был жив, хотя на виске и показалась кровь.
Элена нырнула под койку и, выудив из чемодана шейный платок, быстро скрутила Лэрду руки за спиной, а потом отошла назад, размышляя о том, что делать теперь.
Своим положением она не очень-то дорожила. Лэрда она с трудом выносила даже когда тот просто засыпал рядом с ней, теперь же пьяный мужчина вызвал в ней такую брезгливость, какую ей редко доводилось испытывать.
Элена быстро побросала в чемодан те вещи, которыми пользовалась каждый день, и стала ждать – она очень надеялась, что Чезаре вернётся раньше, чем Лэрд придёт в себя, и, к счастью, так и произошло.
Вручив слуге чемодан, Элена коротко объяснила ему, что они уходят абсолютно неизвестно куда. Чезаре спорить не стал – видимо, понял всё по расположению тел, одно из которых
Первую пару ночей беглецы провели под машинным отделением рядом с множеством таких же, кому не хватило денег на более солидный билет. На работу никто из них, естественно, не ходил, и к концу второго дня даже безвкусный пудинг стал превращаться в далёкую мечту. Деньги на корабле были в ходу – но купить за них было можно мало что, буханка хлеба стоила столько же, сколько золотое кольцо.
Впрочем, теперь у обоих было куда больше свободного времени, и, пристроив чемоданы в багажное отделение, они проводили целые дни, глядя на космос и разноцветные кольца планет, проплывающие вдали.
Элена взялась вести дневник, но записывать туда было нечего: только описания медленно проплывавших мимо миров. Она думала о том, не переборщила ли, сбежав ещё и от Лэрда, и даже задумалась в какой-то момент: может быть, ещё можно вернуться… к нему или куда-то ещё?
Впрочем, решительное «Нет» тут же утвердилось у неё в голове. Элене было тошно. Причёска её изрядно поистрепалась, и ногти были поломаны, и всё же она не сомневалась, что в случае необходимости сможет найти себе на корабле немало более достойных покровителей, чем Лэрд. Она просто… не хотела. Питаться тем немногим, что они успели запасти перед тем, как оказались на палубе, и то было лучше, чем торговать собой. Последние слова управляющего «у меня есть покупатель на тебя» всё ещё прочно сидели у Элены в голове.
— Вот и всё, в чём я преуспела… — пробормотала она и, заметив на себе вопросительный взгляд Чезаре, покачала головой.
Долгое время ей не приходило в голову, что Чезаре, в сущности, с самого начала был в таком же положении, как и она. Что он точно так же выбирал между тем, чтобы принадлежать капризной и непостоянной госпоже или вовсе остаться в чужом мире без денег или еды.
Теперь она вдруг необыкновенно ясно это осознала и, не глядя протянув руку, поймала в неё ладонь Чезаре.
— Спасибо, что не бросил меня, — сказала она.
— Куда бы я пошёл…
Элена вздохнула. Она слишком хорошо понимала, что в этом Чезаре прав.
— Я тебя в это втянула.
— Я не жалею, — Чезаре опустил лоб ей на плечо, и больше никто из них ничего не сказал.
К концу третьей недели Элена была уверена, что корабль пропустил минимум пять остановок. Они почти что не заходили в порт, чтобы пополнить припасы еды и воды, так что с каждым днём всё больше не хватало воды – не только им, но и всем остальным, и начала ощущаться нехватка витаминов. Примерно тогда же на корабле воцарилась дикая жара, которую никто из пассажиров не мог объяснить. Дышать удавалось с трудом, и Элена начала подозревать, что капитан растерял по дороге не только воду, но ещё и кислород, когда атмосфера внезапно изменилась — температура упала до нуля.
Они с Чезаре сидели на палубе, обнявшись и закутавшись в прихваченный впопыхах Чезаре килт.
— Есс-сли только он сделает посадку в следующем порту – над-до сходить, — пробормотала Элена, прижимаясь к Чезаре плотней.
Однако, когда корабль всё же зашёл в следующий порт, оказалось, что всё, что есть на планете — это болота, над которыми кружатся тучи москитов, и небольшой сарайчик, гордо называвшийся «Гостиный двор». Те немногие постояльцы, которые застряли там, спали прямо на полу и, как поняла Элена после недолгих расспросов, ждали здесь корабля уже не первый год.