Курсант

Горъ Василий

Здоровяка тоже унесло. По моим ощущениям, сдвоенным попаданием. Так что я мысленно поблагодарил снайперов Зеленцова, оценил расстояние до ворот ангара, бросил «Росомаху» в сторону и начал тормозить. Так, легонечко, чтобы ударом многотонного внедорожника надежно заклинить левую створку в полуоткрытом состоянии. На серое «пятнышко» из крошечных трещинок, внезапно появившееся перед лицом, не обратил никакого внимания, так как был уверен, что это бронестекло «на раз» не прострелить. Поймав почти в ту же точку еще две артефактные пули, отметил высочайший профессионализм снайпера-румына

и сообщил о том, что он есть, всем остальным членам группы. Потом уровнял скорость с машиной Янки, одновременно с ней впоролся

в створку и почти не удивился, когда она, сорвавшись с направляющих, улетела в полумрак ангара.

Идея, позволяющая воспользоваться этим подарком судьбы в наших интересах, мелькнула на краю сознания очень вовремя, поэтому я снова вдавил в пол педаль акселератора, чуть довернул руль, оторвал дверь-трап и свернул со штатного места левый — если смотреть с моей стороны — движок «Стрижа». Как выяснилось чуть позже, «младшая сестренка» поняла «намек» и с заноса — чтобы не застрять — лишила несчастный самолет переднего шасси. А Раиса Александровна, оказавшаяся не в пример глазастее нас, все в том же заносе снесла «стакан» секретного лифта, обнаружившийся в правом дальнем углу ангара. Но в тот момент мне было не до наблюдения за остальными машинами, так как моя, подхваченная земляным штормом, переворачивалась на крышу. Кроме того, в броню корпуса колотили артефактные пули, к капоту подлетал ледяной таран, в заднее стекло били мощнейшие вспышки, а артефакт защиты от ментальных воздействий неприятно пульсировал.

Я чуть-чуть уменьшил глубину режима «замедления времени», чтобы не ломать голову над расшифровкой команд матушки, и услышал ее голос:

— Рая, заткните Земляка. Яна, на вас Ледовик. Огневика успокоим мы. Тройка Люта работает в свободном режиме…

На вражеских метках, отображавшихся на тактической карте, сразу же появились кантики соответствующих цветов, так что несколько секунд большей части румынов стало не до моей «Росомахи». Вот я и зашевелился. В смысле, сориентировался в пространстве, ибо висел вверх ногами, зафиксированный ремнями безопасности, быстренько оценил взаимное расположение наших и вражеских меток, скрипнул зубами и пообещал себе при первой же возможности расцеловать «старшую сестренку» — прежде, чем приступить к выполнению приказа матушки, она перекрыла корпусом своего внедорожника направление, с которого по нам работал самый опытный снайпер!

Я уперся рукой в потолок, временно изображавший пол, разблокировал замок ремней безопасности, мягко завалился на бок и затараторил:

— Выхожу я один. Барыня, подключишься тогда, когда сочтешь нужным. Агрессия, найди возможность задавить менталиста, не покидая машины. Валя, пока в накопителях машины есть Сила, наружу не выбираешься…

Варя кивнула и открыла свою дверь, дала мне время выскользнуть из салона и вернула створку обратно. Щелчка блокирующегося замка я, конечно же, не услышал, ибо грохот в ангаре стоял еще тот. Но был уверен, что Слуга учла и этот момент. Поэтому со спокойной душой ушел в серию скачков прямо из положения «лежа». К Янке, не привыкшей работать в связке с Икой и Таней. И не прогадал: эта троица била всем, чем могла, в слишком мощную ледяную броню Архимага, но без толку!

Так что мое обезглавливание, оторвавшее ему правую щиколотку, пришлось очень кстати. Как, в общем-то, и дырокол, через миг перебивший магистральный канал в левом запястье. Правда, в тот момент, когда румына повело в сторону, в спину застоявшейся «волшебнице» попала артефактная пуля. Да, просадила не весь огненный щит, но э кс-русалка сделала напрашивавшиеся выводы практически мгновенно — в темпе откатилась в сторону из точки падения, потянула Силу из накопителя и оказалась на ногах. А затем ушла за спину взбешенно взвывшему Ледовику, шарахнула испепелением по обрубку, видимо, решив отвлечь румына новой вспышкой боли, и махнула мне рукой в знак того, что дальше они справятся сами.

Я засомневался. И правильно сделал: буквально через полсекунды и нас, и вражеского Архимага приложило мощнейшим порывом ветра и отправило полетать. Мы с сестренкой, привыкшие правильно реагировать на такие атаки, автоматически ушли в скачок, вырвались из области действия заклинания, и снова метнулись к Ледовику. Ика, в общем-то, тоже ушла. Но в момент начала смещения находилась в неудобном положении. А Одинцова воткнулась в пол. Причем настолько жестко, что потеряла процентов сорок с гаком плотности огненного

щита. Вот румын ее и приголубил, пробив ледяным копьем на пару сантиметров ниже правой ключицы!

«Где-то далеко-далеко» раздался голос Барыни, доложившей, что она начинает работать по стрелкам, но я засек эту фразу лишь самым краешком сознания. Ибо снес Архимага своим телом, после падения вбил откатившееся обезглавливание в правый локоть, приложился к культе разрядом на четверть резерва, заметил, что ледяная броня «поплыла», и всадил дырокол в проекцию ядра. Да, потом взлетел в воздух, подхваченный смерчем, но вырвался из него метрах на двух с половиной, вспомнил, с какой стороны «дунул» порыв, ушел в следующий скачок в том направлении и сразу после выхода из перемещения засек Воздушника.

Этот Одаренный тоже оказался Архимагом. Судя по скорости реакции, со «вторичкой»-Молнией. А еще «сидел» на накопителях и лупил по мне, как из пулемета. Что самое неприятное, умело чередуя точечные заклинания типа воздушных игл, копий и кулаков, с «фронталками» вроде урагана и площадным вакуумным взрывом! Пришлось использовать инверсию, сдвигая баланс Даров в сторону моей Молнии, обновлять ускорение с воодушевляющим касанием, и вкладываться сначала в прерывалку, а после выхода на ближнюю дистанцию — и в угнетающий рык. Впрочем, даже с ними потрепало меня прилично. Вернее, «высушило» один накопитель и вынудило пересесть на второй. Тем не менее, я все-таки дорвался до этого монстра, не позволил сформировать воздушную подушку и разорвать дистанцию, «подстелил» нам под ноги зыбучий песок молний, ослабил защиту сминающим касанием, шарахнул обезглавливанием в лицо и обломался — румын успел пополнить воздушный щит из накопителя!

«Что ж, пойдем более долгим путем…» — отрешенно подумал я и перебил дыроколом магистральный канал на «ближней» щиколотке. А когда маг понял, что ток Силы стал другим, и на мгновение «поплыл», вбил в стопу той же ноги разряд.

К сожалению, в этот раз «удар током» никак не сказался на плотности защиты — да, Воздушника затрясло,

но его щит продолжил мерцать в обычном режиме. Более того, рефлекторно пополнялся даже после серии очень точных попаданий крупнокалиберных артефактных пуль, прилетевших откуда-то со стороны внешних ворот. Зато сработали откатившееся обезглавливание и второй дырокол: первое оторвало кисть левой руки, а второй случайно перебил магистральный канал не в области запястья, а под бицепсом сместившейся правой. В ответ румын шарахнул какой-то незнакомой дрянью, ударившей по площади и отправившей меня в полет, но я активировал скачок, «вернулся» почти в ту же самую точку и приятно удивился, обнаружив, что «мой» стрелок успел украсить «нашего клиента» двумя дополнительными дырками. И пусть попал в уже пострадавшую правую руку, зато раздробил предплечье и локоть. Что, конечно же, не добавило Воздушнику настроения, и он самоотверженно вызвал удар на себя!!!

Не знаю, кто именно шарахнул по нам чудовищным белым сполохом, но это заклинание не только добила моего противника и сдуло к чертовой матери защиту двух стихий, но и прилично поджарило мою тушку. Нет, не смертельно — фанатизм в раскачивании сопротивлений дал о себе знать — но жаростойкий комбез и тактический шлем неслабо раскалило, кожу кистей рук сожгло и, что самое неприятное, «пробило» фильтры линз МДР и обожгло дыхательные пути. Поэтому следующие секунд двадцать я хаотично перемещался скачками на дистанции в полтора-два метра, дожидаясь, пока регенерация восстановит зрение и вернет способность нормально дышать. Кроме того, вслушивался в команды матушки и Суккубы, то и дело раздававшиеся в общем тактическом канале, переключался в канал целителей, слушал парфинцев и изо всех сил пытался представить общий рисунок боя.